Принцесса для космического ковбоя (ЛП)

На этот раз я падаю на него. Он прижимает меня к себе, нежно целуя в щечки, ладонью скользя по спине в успокаивающей ласке.
Когда я наконец снова поднимаю голову, сразу ловлю его взгляд.
— Принцесса.
Он касается ладонью моей щеки, большим пальцем проводя по нижней губе.
  
Глава четырнадцатая
 
Эшер
На следующее утро я просыпаюсь с Джейн, свернувшейся пышным теплым комочком рядом со мной. На мгновение я говорю себе не переусердствовать, не поддаваться постоянным порывам к ней, которые так же глубоки, как река.
  
Но затем напоминаю себе, что на этой неделе у нас есть работа. Работа, которая для меня не что иное, как чистое удовольствие. Когда я провожу рукой вдоль ее бока, я не могу не задержаться под пышным изгибом ее груди. Она что-то бормочет сквозь сон, ее глаза медленно открываются, пока она поворачивает голову набок.
— У вас здесь это тоже называется «утро»? — спрашивает она тихим голосом, слова невнятные после сна.
Я чувствую, как уголки моих губ приподнимаются, наслаждаясь тем, как она отвечает собственной улыбкой.
— Да, утро, — я склоняю голову и вдыхаю ее запах.
Я не уверен, сколько времени прошло, но точно уже немало, после того как я довел ее до кульминации, после того как мы повалялись в постели, и после того как я снова взял ее в душе. Она смотрит на меня, пока вытирается полотенцем.
— Похоже, вам не нужно беспокоиться о запасах воды здесь, — замечает она.
— О нет. Это никогда не было проблемой для нас. Я не бывал на Земле достаточно надолго, чтобы испытать на своем опыте, но понимаю, что там ее нормируют.
Она кивает.
— Так было всю мою жизнь. Насколько я понимаю, сначала засушливыми стали определенные районы. В Соединенных Штатах это был запад. Реки начали высыхать, и засуха медленно распространилась на восток. Восток — это теперь зеленая зона. Хотя я там никогда не была.
— На нашей планете есть нечто вроде тропического леса, но не настолько дождливого. По другую сторону гор немного суше. Но даже там мы никогда не беспокоимся о запасах воды.
— На Земле вода может течь из крана только три минуты или меньше, — говорит Джейн. — Они ставят таймеры на все линии. Начали это делать, когда люди игнорировали добровольные ограничения.
— Думаю, тебе здесь понравится. Природа очень похожа на Землю до того, как она там стала сухой и жаркой.
— Как часто мне нужно будет возвращаться для организации службы знакомств? — спрашивает она меня.
— После этой недели ты будешь координировать действия с нашей командой, которая летает на Землю каждый месяц. Ты разработаешь план. Полагаю, раз в два месяца, но, возможно, и не так часто. Зависит от того, как ты все организуешь.
Глаза Джейн сверкают, пока она натягивает юбку с струящимся подолом и майку, облегающую изгибы.
Мне не хочется одеваться, но моему телу нужна еда, поэтому я неохотно натягиваю рубашку и брюки. Большая часть нашей одежды похожа на земную, но более практична. Хотя наша природа богаче и изобильнее, мы изучили на опыте других планет, чего не следует делать, если мы не хотим оказаться в том же положении, как они, с почти уничтоженной средой и, как следствие, ограниченным производством.
— Пойдем, — говорю я после того, как мы оделись, протягивая руку. — Я проведу тебе экскурсию. Это и твой дом тоже.
Ее мягкая рука такая теплая в моей, пока я веду ее из ее душевой зоны.
— Что ж, спальня и душ прекрасны, — говорит она с ухмылкой.
Я останавливаюсь и оглядываю пространство. У нас большая спальня с квадратной кроватью, над углами которой задрапирована шелковистая белая ткань. Окна, выходящие во внутренний двор, открыты, и мягкий ветерок продувает пространство насквозь. Яркие ковры украшают пол по обеим сторонам кровати. В ванной комнате такой же глянцевый деревянный пол, большая открытая душевая кабина, сверху световой люк, а рядом — глубокая ванна. Многие из наших удобств похожи на земные, в основном потому, что мы смешивались с людьми веками.
Я веду ее из спальни по коридору, выходящему во внутренний двор.
— С эойа стороны — просто наша спальня, — говорю я.
Я поворачиваю, чтобы обойти заднюю часть к одной из других сторон квадратного дома, где расположены наши два кабинета.
— Мой, — говорю я. — И твой.
— О! — пищит она. — У меня есть кабинет?
— О да. Ты будешь занята. Хотя моя семья правит на этой планете, мы очень много работаем. Ты увидишь.
Мы заходим за другой угол, который является главным жилым пространством для нас. В просторной гостиной стоит большой диван рядом с небольшим камином, установленным у стены, выходящей во внешнюю часть дома. На внутренних стенах много окон, выходящих во внутренний дворик. Мы поворачиваем в последнюю зону — кухню.
— Если ты любишь готовить, у нас отличная кухня, — говорю я, размашисто жестикулируя рукой.
— Ты все это время жил здесь? — спрашивает она. Она озирается, широко раскрыв глаза.
— Нет, это пространство ждало, пока я женюсь. Я могу показать тебе, где я жил раньше, после того как эта неделя закончится.
Кухня практична и красива, с большой каменной столешницей. Она мерцает под потолочными окнами. Раковина расположена у окна во двор, как и ряд табуретов и обеденный стол.
Джейн кружится на месте, сжимая руки перед грудью и улыбаясь мне снизу вверх. Мое сердце сильно бьется в груди.
— Мне здесь нравится! — восклицает она.
Она замирает, хмуря брови и снова глядя на меня.
— Мы что, заперты здесь?
Я усмехаюсь.
— О нет, мы можем выйти, но… — я улыбаюсь, глядя на нее, — думаю, нам, возможно, и не захочется. Еду будут доставлять сюда, и мы можем заказать все, что пожелаем.
— А мой телефон с Земли вообще будет здесь работать?
Я усмехаюсь.
— Будет.
— Ну что ж, тогда что на завтрак? — она подходит к холодильнику, распахивая его настежь. Он полностью забит продуктами, включая большое количество разнообразных свежих фруктов и овощей.
Утро проходит быстро. Мы завтракаем после того, как я показываю ей зону доставки, и обнаруживаем, что для нас уже привезли заказ из местной пекарни.
Джейн хочет кофе и беспокоится, что его у нас нет.
— У нас есть кофе. Люди прилетают на нашу планету веками, и у нас есть собственный напиток, похожий на него, — объясняю я. — Чуть менее горький, но сильнее кофеина.
Она щурится, наклоняя голову набок.
— Это наркотик?
Я ухмыляюсь.
— Ну, технически кофеин — тоже наркотик.
Она закатывает глаза. После завтрака я показываю ей, как пользоваться телефоном и подключиться к нашей версии компьютерной системы, которая здесь намного быстрее, чем та, что доступна на Земле, а затем мы выходим во двор. Мне не разрешали осмотреть этот дом до самого момента отбытия на Землю в надежде найти пару.
— Здесь красиво, — говорит Джейн.
Она медленно поворачивается, ее взгляд скользит по большому внутреннему двору, где есть небольшой пруд, а среди деревьев порхают дикие птицы. Она взвизгивает, когда поднимает глаза.
— Там змея! — вскрикивает она.
Ее ярко-зеленая переливчатая чешуя мерцает под солнечным светом.
— Они безобидны, — уверяю я ее.
Джейн смотрит на меня.
— Это так странно.
— Странно? — переспрашиваю я, подходя ближе, не в силах удержаться и не взять ее за руку.
Она пожимает плечами, выглядя немного смущенной.
— Да. Я на другой планете. И она вроде как похожа на Землю, но гораздо лучше. И ты здесь, и я принцесса. Я вышла замуж в тиаре, — с изумлением говорит она.
Я усмехаюсь, притягивая ее к себе.
— Ты здесь принцесса.
— Меня все здесь будут постоянно называть принцессой? — она наклоняет голову, глядя на меня снизу вверх.
  
— Только в официальной обстановке. В остальное время ты будешь Джейн.
— А тебя будут называть Эшером? Ты привык, когда тебя называют принцем?
Я качаю головой.
— Меня короновали принцем вчера. До этого я был просто Эшером.