Принцесса для космического ковбоя (ЛП)

Кейден встает и скрещивает руки на груди. Он внушительный мужчина — высокий, широкоплечий, и упрямство течет в нем, как глубокая река.
Он сглатывает, не отводя от меня взгляда.
— Возможно.
Я смотрю на своего давнего друга и усмехаюсь.
— Утром я сказал Джейн, что ты всегда насмехался над идеей импульса бесконечности.
— Насмехался, — отвечает он голосом таким же сухим, как земная трава.
  
— Джейн сказала, что была удивлена, потому что ты выглядел… — я постукиваю кончиками пальцев по столу, прежде чем закончить, — …как будто ты на кто-то запал.
— Какого хрена значит «запал»? — Кейдена недовольно прищурился.
— Я у нее то же самое спросил, — говорю я, чувствуя, как губы растягиваются в улыбке. — Она сказала, что это когда тебя сильно тянет к кому-то, когда ты действительно хочешь этого человека.
Кейден закатывает глаза.
— Надин чудесная, — произносит он.
— Ты говорил, что не собираешься связываться с парой. И, разумеется, этим разбил сердце своему отцу.
Отец Кейдена — правая рука моего отца. Как и у нас, их дружба крепкая и глубокая. Кейден редко об этом говорит, но его мать умерла, когда он был мальчиком. Это разрушило его, отца и сестру. Он поклялся никогда больше никому не позволять разрушить себя. Всегда уверял, что будет верен семье и нашему народу, но в импульс бесконечности не верит. Его родители пережили его, и он годами наблюдал, как отец скорбит по матери.
Он пожимает плечами, резко поворачивается и проходит через мой кабинет. Огромные окна открывают вид на наш город и горный хребет вдали. Над горами мерцает знакомая серебристо-голубая дымка, а солнце клонится к горизонту.
— Я никогда не собирался искать пару. Но и не ожидал почувствовать… вот это. Я не… — он обрывает фразу, резко разворачиваясь. Его взгляд становится тяжелым, тревожным.
— Ты не ожидал, каково это будет. Я тоже не ожидал, — говорю я, — но ты ничего не можешь с этим сделать. Не все вообще испытывают импульс бесконечности, ты не в силах его остановить, и ни с кем больше его не почувствуешь. Ты же понимаешь это, правда?
— Конечно, я это понимаю, — резко бросает он. — У меня есть дела поважнее, чем спариваться с кем-то.
— Верно, но, как тебе известно, связь только делает тебя сильнее.
Кейден закатывает глаза, издавая короткий, резкий смешок.
— Я заметил. Нам нужно сосредоточиться на том, что произошло с Джейн, и на новом плане обороны.
— Мы уже все предусмотрели. Засылаем шпионов. Нам нужно знать, кто это спланировал, и пока что ситуация под контролем. Ты можешь сосредоточиться на Надин, если захочешь, — говорю я. — Сегодня Джейн и я хотели бы пригласить тебя на ужин. Я могу рассчитывать, что ты будешь?
Кейден несколько долгих мгновений молча изучает меня, медленно качая головой, а на его губах играет неохотная усмешка.
— Ты что, собираешься испытывать меня, чтобы выяснить, кто еще метит на Надин?
Я пожимаю плечами.
— Ладно, я буду, — бурчит он.
— Отлично.
Я встаю, иду к двери, следуя за ним по коридору.
— Ты куда это? — бросает он, бросив на меня взгляд.
— К Джейн, — просто отвечаю я.
Он снова закатывает глаза и продолжает идти, когда я останавливаюсь у офиса Джейн в нескольких дверях дальше, напротив. Я уже решил, что мы должны дать ей другой кабинет, смежный с моим. Мне нужно, чтобы она была ближе.
Резко стучу костяшками пальцев по ее двери, и пульс учащается, когда слышу ее голос:
— Войдите!
Я вхожу в ее кабинет и улыбаюсь. Запираю дверь на ключ, и она встает из-за стола, а по ее щекам разливается красивый розовый румянец.
— Что случилось? — спрашивает она.
Мой член уже набухает. Она обходит стол и направляется ко мне.
Похоже, у меня слабость к столам. Этот стол куда приятнее того складного пластикового уродца, на котором я впервые вкусил ее нектар на Земле.
Когда она останавливается передо мной, я наклоняюсь, чтобы поцеловать, и поднимаю, усаживая ее на край стола.
— У тебя же сегодня утром был прием, — бормочу я, уткнувшись в ее шею, смакуя мягкий, сладкий вздох и едва уловимый терпкий запах ее кожи.
Ее колени легко раздвигаются, когда я делаю шаг ближе и притягиваю ее за бедра к самому краю стола, с облегчением отмечая, что на ней юбка.
— Был, — говорит она, когда я наконец поднимаю голову и смотрю ей в глаза.
— Ну и?
— Я беременна, — говорит она, и по ее лицу расплывается улыбка.
Глубокое удовлетворение прокатывается по мне волной. Я придвигаюсь еще чуть ближе и вжимаюсь бедрами в ложбинку между ее ног.
— Конечно, беременна, — бормочу я. — Я знал.
Она резко вдыхает. Я не могу сдержаться. Протягиваю руку и нахожу ее голую, мокрую киску, погружаю в нее пальцы.
— Эшер, — шепчет она.
— Я люблю тебя, — шепчу я в ответ.
  
Глава двадцать четвертая
 
Джейн
Я провожу рукой по круглому животу. Чувствую себя… ну, просто круглой со всех сторон. Грудь распухшая и болезненная, живот такой большой… Я могу родить в любой момент.
Когда я еще жила на Земле, помню, как женщины переживали из-за родов, ведь на весь город был всего один врач. Здесь же у нас целый медицинский центр и больница с продвинутыми технологиями. И главное — я не боюсь, что кто-то проигнорирует мою боль или будет относиться ко мне так, будто я существую только для того, чтобы рожать. О, не поймите неправильно: я прекрасно осознаю, что родить наследника королевской семьи — это важно. Но жить в месте, где женщин любят и ценят, — невероятно.
Я выхожу из нашей спальни на кухню, где Эшер наливает мне сок. Он поворачивается, и наши взгляды встречаются. Даже сейчас, когда я чувствую себя неуклюжей и расплывшейся, в его глазах вспыхивает жар.
— Как ты себя чувствуешь этим утром? — он ставит стакан с соком на стойку и разворачивается ко мне, когда я подхожу. Он останавливается прямо передо мной, наклоняется и касается губами моей шеи. По коже пробегают мурашки, я все еще очарована своим мужем.
— Готова лопнуть, — поддразниваю я, когда он поднимает голову.
Он проводит ладонью по моему животу, прикосновение успокаивает и оберегает.
— Доктор говорил, что это может случиться со дня на день, — тихо произносит он.
И в этот момент я чувствую резкий толчок, и между бедер разливается тепло.
— По-моему, у меня отошли воды! — выпаливаю я.
Дальше все как в тумане. Эшер стремглав везет меня в медцентр. К счастью, роды длятся меньше шести часов. Эшер рядом со мной все это время. Когда все наконец заканчивается, и я слышу здоровый крик нашего ребенка, я поворачиваю голову и встречаю его взгляд. Он крепко сжимает мою руку.
— Это мальчик, — объявляет доктор.
Через мгновение малыша кладут мне на грудь. Я прижимаю его к себе, взгляд падает на его крошечный хвостик. Я улыбаюсь Эшеру.
Этой ночью мы отдыхаем в постели. Эшер фактически стал моим личным слугой с того момента, как мы вернулись из медцентра. Медсестра приехала вместе с нами и убедилась, что для нас и ребенка все подготовлено.
Я все еще измотана родами. Я смотрю на Эшера, когда он поворачивается на бок и убирает прядь с моего лба.
— Моя принцесса, — шепчет он, прикасаясь губами к моей щеке. — Отдыхай.
Я погружаюсь в сон.
***
Прошло полных два месяца, и мое тело понемногу восстановилось после родов. Наш малыш здоров, дома, и растет так быстро, что я едва успеваю это осознавать. Мальчика назвали в честь Эшера, и мы зовем его Эш.
Тем временем доктор только что сообщил мне, что я снова могу вести полноценную жизнь. Никогда, никогда бы я не подумала, что буду настолько отчаянно желать мужчину, что почти проигнорирую рекомендации врача. Но теперь нам наконец можно быть вместе.
  
Я почти бегом влетаю в дом к Эшеру, который стоит на кухне. Мы тут же смотрим друг на друга. Еще до того, как я задаю вопрос, он говорит:
— Эш только что уснул.
Я чуть ли не вприпрыжку пересекаю комнату и останавливаюсь перед ним.