Любовь под Рождество (Сборник)

Зак слегка покачал головой, как будто удар, как ни легок он был, оглушил его.
— Грабеж в пассаже?
Брэнди кивнула.
— Бред какой-то. Ему пришлось бы пробежать весь пассаж, сотню ярдов, чтобы выбраться на улицу.
— Или удирать через весь магазин к выходу на автостоянку.
— Да, но там же полно охранников.
— Они его взяли?
— Вроде бы нет, — ответила Брэнди. — Когда продавщица перестала кричать и смогла объяснить, что случилось, этот парень был уже далеко.
  
— Так, может, не такой уж он и псих.
Брэнди села в машину и стала грызть ноготь.
— К счастью, продавщица почти не пострадала — просто напугана и, может быть, слегка ушиблась. Знаете, я всегда думала, что нам подобные вещи не грозят уже просто потому, что у нас семьдесят прилавков, вокруг постоянно сотни людей, грабителю было бы очень трудно уйти.
— Может, этот шизик недостаточно хорошо соображает, чтобы это понять?
Брэнди вздрогнула.
— Если вы стараетесь меня ободрить, Зак, то у вас пока не очень получается. Я бы предпочла думать, что неудавшийся грабитель соображает достаточно хорошо, чтобы подумать о последствиях, потому что иначе может случиться все что угодно.
Она погрузилась в молчание, которое продлилось до самого конца пути.
Магазин был уже закрыт, так что Зак проигнорировал знаки, запрещающие парковку, и остановился у самого ближайшего входа в универмаг «Тайлер-Ройал». Всего в нескольких ярдах стояли три полицейские машины с включенными мигалками.
— Зак, — медленно сказала Брэнди, вместе с ним переходя через тротуар. — Насчет того, что я наговорила сегодня… Мне жаль, что я вас обвинила в участии в каком-то заговоре.
Зак молча открыл перед ней дверь. Брэнди продолжала:
— Это, наверное, выглядело как приступ паранойи. Когда что-нибудь угрожает моему универмагу или хотя бы мне так кажется… я становлюсь как сумасшедшая.
— Брэнди…
Тон его голоса испугал ее: он был почти мрачен. Брэнди надеялась, что Форрест не собирается сейчас обсуждать поцелуй, которым они обменялись, и то, насколько он соответствует обычному стилю ее поведения. Она не могла поднять на него глаза.
— Сейчас не время и не место для подобного разговора, Зак. Так что давайте просто забудем об этом. Хорошо?
Она не стала ждать ответа. В универмаге вокруг парфюмерно-косметического прилавка, что был у самого центрального входа, столпились люди. Продавщица, которую все еще бил озноб, сидела на высокой табуретке, комкая в руках носовой платок. С ней говорили двое полицейских. Брэнди она не увидела. Навстречу спешил охранник.
— Извините, что разбудил вас, миссис Огилви, но я подумал…
— Вы меня не разбудили, Джон. Я рада, что вы позвонили.
— Да? У вас был немного странный голос, как будто спросонья.
Он глянул на Зака, стоявшего на шаг позади нее, и лицо его вдруг порозовело.
Он, конечно, сделал ложный вывод, подумала Брэнди. Пытаться исправить впечатление было, впрочем, бесполезно: любые возражения звучали бы подозрительно.
— Где доберман? — живо спросила она.
— В конуре. Я подумал, при такой толпе полицейских не стоит впутывать еще и собаку.
— Вы уверены, что он вам не понадобится?
Охранник кивнул.
— Этот парень уже далеко. Множество людей видели, как он удирал, но не понимали, что происходит, и не остановили его.
— Уж конечно. — Брэнди повернулась к Заку: — Это, очевидно, займет какое-то время. Вам не стоит ждать.
— Как же вы доберетесь до дому?
— Кто-нибудь подвезет. Или возьму такси.
Продавщица парфюмерии услышала ее и обернулась. Она была бледна и вся дрожала, а когда Брэнди похлопала ее по плечу — разрыдалась.
Брэнди обняла ее.
— Все в порядке, — прошептала она, — вы просто молодец.
— Но, миссис Огилви, — всхлипнула женщина, — полицейский говорит, что я должна была просто отдать деньги грабителю!
Брэнди пронзила стоявшего рядом полицейского неодобрительным взглядом. Он был, несомненно, прав: нет таких денег, из-за которых стоит рисковать жизнью. Но сейчас вряд ли был подходящий момент для внушения дрожащей от страха женщине, что она сделала все как раз наоборот.
— Ладно, теперь уже все позади, — успокаивающим тоном сказала Брэнди. — Вы сделали все, что смогли. Когда кончите давать показания, вас проводят домой, и можете взять столько выходных дней, сколько понадобится.
— Я кончил, — отрывисто сказал полицейский. — А ее, наверное, надо показать врачу.
После того как продавщица ушла, опираясь на руку сотрудницы, он повернулся к Брэнди и скрестил руки на груди:
— О деньгах беспокоитесь? Ему ничего не досталось, так что, с вашей точки зрения, очевидно, она с ним разобралась как надо.
— Нет, конечно, — огрызнулась Брэнди. — Но вы правда думаете, что ей лучше спалось бы сегодня, если бы вам удалось ей объяснить, что, разбираясь с ним подобным образом, она могла погибнуть?
Зак подвинулся ближе к ней:
— Брэнди…
Брэнди прикусила губу. Она не смотрела на Зака — только на полицейского.
— Извините. Послушайте, если вы захотите специально прийти к нам, чтобы обучить моих работников правильно себя вести в подобной ситуации, я буду только рада. Но, запугивая эту женщину еще больше, вы делу не поможете.
Ей показалось, краем глаза она видела улыбку, тронувшую губы Зака.
Полицейские поискали еще полчаса и, убедившись, что незадачливый грабитель не оставил отпечатков пальцев и ничего не обронил, закончили. Брэнди могла идти. В магазине к этому времени стало тихо. Раздавалось только мягкое цоканье когтей доберман-пинчера по твердому полу — это охранник пошел в свой обычный обход. Брэнди, зевнув, сказала: «Спокойной ночи», — и стала прикидывать, сколько придется прождать такси.
Но Зак, оказывается, не уехал. Он тихо сидел на обитом ковром большом кубе в дальней стороне атриума, а когда Брэнди подошла, встал и взял ее под локоть.
Дружеская поддержка пришлась кстати, однако Брэнди совсем не хотелось разговаривать. Зак, впрочем, тоже не тяготился молчанием. Только подъехав к ее дому, он произнес:
— Вы совершенно непостижимое создание, Брэнди.
Она удивилась.
— Не знаю, что вы имеете в виду.
Зак не ответил. Вместо этого он сказал:
— Вам не нужно составить компанию?
Это было скорее утверждение, чем вопрос. Приглашу я его или нет, входить он явно не собирается, подумала Брэнди. Ее это устраивало. Было поздно, и сил у нее не осталось.
И все же интересно, почему он не хочет войти.
Просто устал? В этом не было бы ничего удивительного: у него тоже был трудный день. Проявляет деликатность, видя, как вымоталась она? Или осторожничает, помня, что произошло между ними сегодня?
— Со мной все будет в порядке, — сказала Брэнди. — В конце концов, это не меня пытались ограбить.
Он припарковался и помог ей выйти из машины.
— Вы не рассчитываете ни на кого, кроме самой себя, так ведь, Брэнди?
Она пожала плечами.
— На кого же мне еще рассчитывать?
Он не ответил и не делал больше попыток дотронуться до нее. Просто прислонился к дверце машины и смотрел, пока не убедился, что она благополучно вошла в дом.
Центральное отопление работало, но Брэнди все равно мерзла. Это были, несомненно, последствия вечерних событий. В «Тайлер-Ройал» случались кражи. В центральном офисе однажды обнаружили растрату, и время от времени то один, то другой магазин взламывали. Но, насколько Брэнди знала, это был первый случай, когда один из их магазинов пытались ограбить прямо во время работы.
Неудивительно, что она все еще не в себе. Но только ли из-за попытки ограбления она так расстроена? Может быть, причина и в том поцелуе? События вплотную подошли к черте, за которой бы могли выйти из-под контроля. Что могло бы случиться, если бы их не прервал охранник?
  
Ничего, сказала себе Брэнди. Уж конечно, она не такая дура, чтобы допустить лишнее.
Брэнди грела руки над огнем. Они так торопились в магазин, что забыли выключить газ в камине. К счастью, Зак поставил на место экран, так что ничего не произошло.