Наркоз для совести. Часть II (CB)

Коридор здесь был другим. Не технический, по которому они прошли к лифту, не административный — что-то принципиально иное. Чистый, ровный, с белым освещением без единого мигания. Пол без царапин. Панели на стенах — новые, без следов времени.
— Идёмте, идёмте, — бормотал Мерсер, поторапливая их и уже уходя вперёд. — Покажу вам. Прекрасное. Все должны это увидеть…
Дилан и Тайвин переглянулись. Потом переглянулись с Шенон. Тайвин лишь молча пожал плечами, как бы спрашивая — а какой у них выбор? Так что он пошёл за стариком.
  
Коридор вывел их на широкую галерею. Ран не сразу понял, что именно он видит. Галерея шла вдоль стены, и с одной стороны протянулись сплошные прозрачные панели от пола до потолка, а за ними открывались помещения. Не коридоры, а скорее отдельные блоки, один за другим, каждый со своим оборудованием.
Первый блок занимала лаборатория. Длинные рабочие столы, центрифуги, аналитические установки. Чисто, аккуратно, всё выглядело так, словно персонал вышел час назад и скоро вернётся. Экраны на стенах светились в режиме ожидания.
Второй блок — автоклавы. Несколько рядов, крупные, промышленного класса. Рядом — стойки с маркированными контейнерами. Медицинское оборудование, явно не для исследований на клеточном уровне — для работы с чем-то большим.
А вот когда Тайвин увидел, что именно находилось в третьем блоке, то невольно замедлил шаг.
Внутри помещения за прозрачной преградой стояли маточные репликаторы.
Он узнал их практически сразу. Не столько из-за того, что видел в каком-то справочнике, а потому что именно в таком они с женой растили их сына. Та же форма резервуаров, лишь чуть-чуть отличающаяся от тех, что использовались в Рейне. Похожие мониторы для мониторинга параметров сбоку, та же система трубопроводов. Только здесь их было много. Очень много. Ряд за рядом, все одинаковые, все пустые сейчас. Индикаторы на части из них светились — системы поддержания среды работали вхолостую. Шенон, похоже, тоже узнала оборудование и остановилась рядом с ним.
— Это же…
— Да, — кивнул Тайвин. — Только я не понимаю, зачем они здесь.
— Мерсер уходит, — сказал Старк и указал головой дальше по коридору.
И правда, старик не сбавлял шага и уходил дальше по коридору.
— Пошли, — вздохнул Ран. — Нужно его догнать.
Они шли дальше. Блок за блоком. И чем дальше они шли, тем отчётливее складывалась картина. Оборудование для забора биоматериала. Изолированные боксы с системами жизнеобеспечения — достаточно большие для человека. Операционный стол за прозрачной панелью, с фиксаторами для рук и ног.
Тайвин замедлился и посмотрел на операционный стол и подумал о том, что всё это оборудование было очень дорогим. Очень современным. И, похоже, что это место было построено в первую очередь для работы с людьми. Не для лечения, а именно для работы.
— Мерсер, — позвал он.
Старик шёл впереди, не останавливаясь. Даже не обратил внимания на окрик.
— Мерсер. — Тайвин догнал him и взял за плечо. — Что это место? Чем вы здесь занимались⁈
Мерсер посмотрел на него. В глазах — та самая улыбка, тихая и отсутствующая.
— Колыбель, — сказал он. — Я же говорил вам…
Сказав это, он высвободил свою руку из хватки и указал на дальнюю часть коридора, которая заканчивалась двойными створками дверей.
— Я должен забрать их, — произнёс он. — Вы обещали мне! Вы обещали, что заберёте… Да. Но я должен забрать. Да, обязан. Я обещал, что заберу их. Они требовали, чтобы я это делал…
Бормоча себе под нос, старик пошёл по коридору в сторону дверей, и Тайвину с остальными не оставалось ничего другого, кроме как последовать за ним.
Тем временем Мерсер подошёл к дверям и коснулся панели.
— Ожидайте стабилизации давления, — произнёс синтезированный компьютерный голос. На экране рядом с панелью появилась строка предупреждения: герметичный отсек, отсутствие атмосферы внутри.
Тайвин прочитал и мысленно отметил странность. Зачем здесь это? С другой стороны, подобное выглядело как стандартная мера предосторожности для работы с биологическими образцами, что в целом укладывалось в общую картину. Да и после всего, что они видели с того момента, как попали внутрь колонии, это было не так уж и неожиданно.
На то, чтобы давление выровнялось, ушло примерно тридцать секунд, после чего герметичные створки разошлись в стороны. Скрытое за ними помещение оказалось не очень большим — что-то среднее между конференц-залом и просторным рабочим кабинетом. Два стола с терминалами, голографические дисплеи над ними, несколько застеклённых витрин вдоль стены с маркированными образцами внутри. И всё это под светом ровного и холодного белого освещения. Мерсер вошёл внутрь с такой уверенностью, будто направлялся к себе домой.
А вот Тайвин переступать порог не торопился. Что-то внутри него подсказывало, что это может оказаться плохой идеей. Тем не менее, он не остался стоять на месте и вошёл внутрь, когда мимо него прошёл Старк. И почти сразу же почувствовал. Не сильно. Запах едва ощущался. Тайвин огляделся по сторонам, пока Мерсер уже шёл к одному из столов — целенаправленно, без бормотания, словно точно знал, что ищет.
А вот Тайвин посмотрел на второй стол, который стоял напротив того, к которому подошёл старик. И в отличие от него, это место оказалось занято — в кресле сидело тело. Оно обмякло, просело и немного съехало в сторону, с опущенной головой. Под креслом — лужа, давно высохшая и потемневшая до почти чёрного. Само тело выглядело странно — сухим, почти мумифицированным. Тайвин понял почему. Без воздуха разложение шло иначе. Или почти не шло.
Он подошёл ближе.
На спинке кресла висел халат. На нагрудном кармане — табличка. Он наклонился и прочитал.
Директор Фридрих Маккинли.
— Я видел это имя на… — начал Старк.
— Да, — сказал Тайвин, не дав ему договорить. — Тот кабинет, куда привёл нас Мерсер.
Он продолжил осматривать тело. Причина смерти была очевидна, как день, — небольшое входное отверстие в правом виске. Причина его появления тоже нашлась быстро. Под креслом, прямо под свешенной правой рукой, на полу лежал пистолет. Небольшой и не особо мощный, явно гражданская модель.
— Он что… вышиб себе мозги? — удивлённо спросил Старк.
Тайвин нагнулся, поднял пистолет и проверил — магазин неполный, одного патрона не хватало. Передёрнул затвор на всякий случай. Оружие было в порядке.
— Учитывая всё, что здесь происходит, — хмыкнул он, — не самый плохой вариант. Особенно если вспомнить о том, что…
Тайвин оборвал себя на полуслове, когда воздух прорезал наполненный ужасом женский крик. Они с Диланом переглянулись.
— Шенон, — только и успел сказать Старк, и они оба бросились назад в коридор.
Женщины нигде не было. Оглядевшись по сторонам, Тайвин заметил уходящую в бок часть коридора и побежал туда. Дилан не отставал от него ни на шаг. Они резко свернули в боковой проход и побежали по нему, пока Ран мысленно проклинал себя за то, что выпустил женщину из виду.
Шенон нашлась за поворотом. Она стояла, прижавшись к стене напротив одной из множества широких, от пола до потолка смотровых панелей, в ужасе глядя на то, что находилось за стеклом.
— Шенон! — Старк резко затормозил рядом с ней, схватив женщину за плечи. — Что с тобой⁈ Что случ…
— Старк!
— Тайвин, она не ранена, она…
— Заткнись, — пробормотал он.
Тайвин не сразу понял, что именно он видит. Ему потребовалось по меньшей мере с десяток секунд для того, чтобы его сознание зацепилось и смогло осознать открывшуюся его взгляду картину.
Зал за прозрачной смотровой панелью был высоким — метров десять, не меньше. И весь он был заставлен колбами. Рядами, ярусами, от пола до потолка — одинаковые стеклянные цилиндры, заполненные мутноватой питательной средой, подсвеченные снизу холодным синеватым светом. Трубки и провода тянулись от каждой к общей системе — аккуратно, упорядоченно, как в хорошей лаборатории.
  
Но поразило его не это. Внутри колб находились дети.