Предвестница беды (СИ)
«… и я, кажется. Особенно после нашей с Дорианом брачной ночи… — я поморщилась. — Ну, ладно. Не его я боюсь — себя. Уж очень он хорошо отыграл роль мужа. До сих пор при взгляде на него у меня пальчики на ногах поджимаются. А уж, когда он смотрит на меня, я и вовсе забываю, как дышать! — Усмехнувшись, сглотнула, продолжая смотреть в карты и одновременно с этим боковым зрением следить за приближением своего телохранителя. — Зато теперь становится чуть понятнее то будущее, которое я видела. Сложно устоять перед таким притяжением… особенно, когда его объект с ярым желанием стремиться тебя любить! В смысле… потом. В будущем. Ох! Как же этот дар меня путает».
Зажмурившись, тряхнула головой, прогоняя наваждение.
Маг подошёл к столу и сел рядом — слишком близко для «телохранителя» и слишком привычно для того, кто уже три дня живёт в моей жизни, как будто всегда был там.
Лицо хмурое.
— Ты не видела Балтуса? — спросил Рей сразу, без вступлений.
Я медленно повернула к нему голову, стараясь выглядеть невозмутимой.
— Нет. С той ночи, когда он скрипел зубами в потайном проходе, — ни разу.
Рейвен сжал челюсть.
— Плохо.
— Плохо — это когда он рядом, — буркнула, морщась. — А когда его нет… это, знаешь ли, праздник. Но раз ты недоволен, значит, праздник отменяется?
Маг молчал минуту. Потом я всё-таки не удержалась:
— Ну что? Явится он — куда ему деваться? Может, лорд Маркел его куда-нибудь отправил по делам герцогства? Не всё же этим упырям горожанок топтать своими конями. Кхм… Можно кое-что другое спросить?
Рейвен повернул ко мне голову, вскидывая брови.
В его синих глазах отразились отблески пламени, пожирающего дрова в огромном камине рядом. Но даже они не смогли скрыть заинтересованность.
— Что, например?
— Всё забываю, но очень уж интересно: какой страх у Дориана? Чего он так испугался? Ты же знаешь, да?
Рейвен скривил губы.
Неприязнь? Брезгливость? Сложно сказать, но определённо точно мой вопрос вызвал у него крайне негативную реакцию.
Тем не менее Рей ответил:
— Да. Знаю.
— И?
Рейвен раздражённо вздохнул через нос.
— Он видел свою мать.
У меня на секунду даже мозг завис.
— В смысле… извини, в каком плане видел? Что вообще может быть страшного в том, чтобы видеть свою мать?
— То, как он её видел, — сухо уточнил Рейвен. И поморщился так, будто ему в рот попала грязь. — Я мельком посмотрел его самые яркие воспоминания. Если коротко… в возрасте тринадцати лет, он наткнулся на недетское зрелище… увидел, как его мать изменяет герцогу со своим телохранителем. Вместо того, чтобы уйти или донести отцу мальчик остался… В общем, не буду вдаваться в детали. Суть в том, что мораль Дориана, которая к тому времени и так подвергалась атаке банальной вседозволенности, окончательно пала.
— Кхм…
— Да. Он всегда тайно желал свою мать. И в ту ночь… зелье показало окончательно и бесповоротно. Точнее преподнесло молодому лорду на блюдечке. Дориан считает, что он настолько перепил, что представлял вместо тебя леди Элиану.
Я почувствовала, как у меня лицо стало деревянным.
— Фу…
— Да, — коротко кивнул Рейвен, поджимая губы. — Зелье навеяло ему… — Маг отвёл взгляд, будто даже произносить это мерзко, — как он выкрикивал имя герцогини. В порыве наслаждения. Видимо, на утро, пробудившись, он сделал для себя определённые выводы: то, что ты всё прекрасно слышала. Теперь боится, что ты его выдашь.
Я моргнула.
А потом… не выдержала.
Нервно хихикнула.
Потому что это было уже за гранью. За всеми границами человеческого падения, которые я успела тут увидеть.
— Это… — я прижала ладонь ко рту. — Это же… господи. Я думала, хуже не бывает.
Рейвен посмотрел на меня мрачно.
— Бывает. В этом семействе вообще все… извраты.
Я насторожилась.
— Даже Изара?
— Особенно Изара, — презрительно фыркнул маг. — Спрашивала за ужином, больно ли в первый раз, хотя сама давно знает. Она чуть ли не каждую ночь бегает к молодым конюхам и задирает перед ними свои юбки в пустом деннике. Тоже мне леди!
У меня рот приоткрылся.
— Сразу к нескольким?! Откуда ты…
Рейвен медленно кивнул.
— Видел. Через Дориана. Лорд Дориан не меньше своего младшего брата любит подсматривать за своими домочадцами и слугами. Только делает это не за стенами тайных ходов, а как бы прогуливаясь в нужных местах и в нужное время.
Я снова хихикнула — теперь уже совсем на грани истерики.
— Потрясающе… — выдала в сердцах, оглядываясь по сторонам. — Просто… потрясающе. Дом Криос — высшая знать — благородство — традиции… на псарне и то чище. — Я наклонилась над книгой, но буквы расплывались. Буркнула, — и при этом они смеют смотреть на меня, как на грязь, потому что я «приютская»?!
Рейвен молча вздохнул. Его плечо было близко, и от этого почему-то становилось чуть легче.
Нет, между нами пока не установилось толком ничего крепкого, смахивающего хотя бы на дружбу, но для этого пока не так много времени прошло, верно? Всего четыре дня и три ночи.
— Забудь, — наконец, протянул маг, глядя куда-то перед собой. — Эти существа не достойны, чтобы о них думали нормальные люди. Грета отдыхает?
— Да. У неё… кхм… женское недомогание. Она попросила сегодня отлежаться. Пыталась и меня не пустить в библиотеку, но я…
— Повела себя беспечно.
Назидательный тон Рейвена мне не пришёлся по вкусу. Особенно потому, что он имел место быть.
Да — справедливый комментарий.
Но…
— Я же не одна. За мной постоянно ходят следом два стража. И ты, вот, пришёл… Не будет же Дориан требовать от меня супружеского долга прямо тут?
— Кирррра…
«Вот как он так умеет? Вроде сидит совершенно расслабленный, а его взгляд мечет молнии».
Мои щёки вспыхнули.
Сама поняла, насколько глупо прозвучали мои оправдания. В доме извращенцев произойти может всё, что угодно! Но…
— И что же теперь? — вздохнула грустно, бросив виноватый взгляд на первого воина Веридана. — Мне постоянно сидеть в покоях? Все три месяца?
Рейвен молчал несколько минут, наблюдая, как я уже без интереса листаю карту.
— Тебе нужно заниматься магией, — наконец произнёс он, и голос у него был таким же, как всегда: спокойным, но с оттенком приказа.
Я подняла глаза.
— Как именно? Книг по магии в этой библиотеке я не нашла.
— Искала — уже хорошо, — хмыкнул маг, лениво одёргивая вниз платок и открывая, наконец, своё лицо. — Но дар видящих или предвестниц познаётся на практике, а не за книгами. Он слишком индивидуален. Изучить его и преподнести на общей основе невозможно. Всё, что ты должна понять из теории: есть Большой Поток. И всё живое живёт в нём, строя плетения и оставляя узлы. Большой Поток состоит из потоков поменьше…
Я подняла бровь, заинтересованно слушая мужчину.
— Узлы?
— Да. Узлы жизни. «Судьбы», если тебе будет угодно. Это одно и тоже, — Рей пожал плечами, садясь удобнее. — Люди, события, места — всё это узлы на ткани Потока. Большинство живёт, не чувствуя её нитей. Они просто идут, куда ведёт их дорога, пока путь не прервётся, обозначив время смерти.
— Хм… Жутковато.
Рейвен вздохнул и продолжил:
— Такие, как мы с тобой, видят материю Потока того человека, с которым соприкасаются. Но видят по-разному. Например, я — узлы, что давно сформировались. А вот ты… Ты видишь линии Потока, вероятность которых может измениться ещё тысячу раз, в зависимости от конечного решения объекта, на которого направлен твой дар.
— Что-то я…
— Объясняю ещё раз. — Рей положил ладонь на подлокотник стула, больше напоминающего удобное кресло, и пояснил, чуть более «заумно», но стараясь подобрать слова, которые будут понятнее. — Видящие прошлого — как я — читают отпечатки. Эхо. Резонанс событий, впитанный в предметы, людей, кровь. Фигурально выражаясь: прошлое оставляет следы в Потоке так же, как шаги оставляют след на мокрой земле. Я могу идти по этим следам назад… иногда очень далеко, если «отпечаток» сильный.