Волк в подарочной упаковке (СИ)

Меня видимо никто не заметил, поэтому я благоразумно спряталась возле двери. Лизавета подскочила к Артуру.
— Я должна это терпеть, Волков? С хрена ли? — она выплеснула еще несколько непечатных выражений, которые я совсем не ожидала услышать от нее. Сердце мое билось так громко и отдавалось в ушах. Ужас, что это?
Возле барной стойки спиной к двери стояла женская фигура. Я не успела оценить ее длинные ноги на шпильках, как она развернулась к нам.
— А вот и наш герой!
Артур стоял на месте и не двигался, не обращая внимания на орущую женщину на шпильках.
— Лизавета, а теперь давай подробнее, что за нахрен?
— Это уже выше моих сил, Волков. Я устала, понятно! Мне нужен отпуск прямо сейчас! Ты значит развлекаешься фиг пойми где, а я тут должна за тебя отдуваться?
— Что здесь делает Каролина?
— Я, что, знаю? Разбирайся с ней сам и вообще, — Лизавета впихнула в руки Артура планшет и выбежала из зала. Я вжалась в пространство между дверью и какой-то стойкой.
Это была Каролина, которая сейчас кричала посреди зала в клубе Волкова. Но почему?
* * *
АРТУР
Я сразу понял, что тут творится какая-то хренотень. Орать в моем клубе мог только я, а не всем кому вздумается. На меня напала Лизавета, которая материлась. Лизавета! Которая материлась! Она всучила мне планшет и сбежала оставив с недалекой, но истеричной Каролиной. Ну и какого тут вообще происходит? Эта курица-то откуда снова в моем клубе?
— Ты что творишь тут?
— Гад ты, Волков! Самый настоящий! Даже противно на тебя смотреть, — крикнула она мне в лицо. — И свою уродину с собой еще привел? Ну конечно, посвежее мясца захотелось?
Я выдохнул. Истерических женщин я ненавидел. Они меня бесили и жутко раздражали. Хотелось засунуть ее в холодный душ, чтобы привести в себя. Да, что с ней такое?
— Мы с этим я думал разобрались, Каролина — я старался держать себя в руках, чтобы не вытолкать ее из клуба под белы ручки.
— Да? Думал, что все? Просто помашешь мне ручкой и я все приму? И все твои измены тоже? — она сделала вдох для новой порции истерических воплей. — Я итак прощала сколько могла и терпела, думала что ты изменишься ради меня, ради нашего ребенка, но ты выбрал другую! Другую!
Каролина заломила руки и шлепнулась пятой точкой на пол возле сломанного табурета. Э-э-э, она вообще в себе? Я нащупал рукой телефон в кармане, стоило бы вызвать скорую помощь или психиатра для нее.
— Что за цирк ты тут устроила? — я схватил ее за руку. — Вали давай отсюда, пока я не разозлился.
— Мне больно, Арчи! Отпусти, пожалуйста, — она зарыдала еще громче. — Я не позволю тебе больше относится ко мне так и тем более поднимать на меня руку. Больше не позволю.
Я разжал ладонь, что-то это пахло каким-то дешевеньким шоу. Где-то на втором этаже я приметил незнакомого товарища. Вот же, мать ее, дура! Решила меня оставить моральным уродом на радость своим подписчикам? Нет, ну где ее мозги? Хотелось просто заткнуть ей рот чем-нибудь поганым, как и все слова, которые вырывались из нее.
— Я тебя так любила, Арч. Но ты разбил мне сердце и растоптал мою душу. А нашего малыша я воспитаю сама, не переживай.
Каролина картинно поднялась с пола и отряхнулась, изображая оскорбленную невинность. Чертова кукла!
— А теперь ты идешь со мной и мы разбираемся со всем этим дерьмом, которое ты тут устроила, а пикнешь, я тебе голову оторву, — процедил я сквозь зубы и притянув ее к себе, потащил в кабинет.
— Арч! Арч! — она пыталась вырываться, но со мной такой номер не пройдет!
На секунду я заметил напуганные блюдца Риты возле двери. Вот же срань! Мне точно нужно было сегодня сюда заходить?!
— Не уходи, поговорим позже, — бросил я Рите, в надежде что что она все поймет правильно.
Каролина приземлилась прямиком в кресло и вытерла слезы. Слезы ли это?
— Так давай сначала, что за хрень только что произошла в моем, мать твою, клубе? — я зарычал и пнул стол. А эта лопата сидела закинув ногу на ногу в моем, мать его, кресле и вытирала салфеткой лицо.
 
— Ты сам разрешил мне расстаться с тобой так как я захочу, — она пожала плечами. — Мои подписчики должны были это видеть.
— Поэтому какой-то удод снимал это все на видео?
— Вообще-то это был прямой эфир, сладкий, — она подмигнула мне и поудобнее устроилась в кресле. Нет, вы меня извиняйте, но какого еще маракуйя эта женщина несет весь этот бред?
— Каждый получил от нашей сделки то что захотел, правильно? И теперь ты решила все это дело обернуть вагино-страдальческой хренью? Ой, простите, ванильно-страдальческой?! Так?
— Арч, — начала она.
— Артур, — рявкнул я, пытаясь успокоить свои нервы. — Нет, ты точно дура, набитая опилками. Твою же дивизию, Винни-пух и то был умнее, Каролина!
— Мне все равно, милый. Я рассталась с тобой так, как мне было нужно, понятно! Я получаю то, что я хочу, — похоже ее мой тон ни капельки не смутил. И угораздило же меня с ней связаться!
— А про ребенка, что за хрень?
— Так звучит еще душераздирающе, не правда ли? — Каролина поправил юбку и сжала губы. — Нет, ты меня конечно задел, как женщину, но как медиа личность ты меня задел еще больше. И это мне на руку. Страдающая героиня — это отличный ход, ты не знал?
— Нет, ты точно больная, — я покачал головой и сел за стол. В голове вертелась мысль о том, как это может повлиять на Архивы. Коснется ли?
— Арч, — она вздохнула, — за все надо платить, а ты как думал? Думал, что можно просто перепихнуться с деревенщиной, бросив меня? Она же никто, просто ноль. Если хочешь, можем разыграть бурное примирение, я только Владюшу позову.
— Так, — снова рявкнул я, заставляя ее сесть. — Ты отсюда не выйдешь, пока я не разберусь с этой мурнёй. А ты давай, набирай номер Лизаветы и извиняйся, курица, обдолбанная силиконом. Твои постановки театральные обидели нормальных людей и мне до сих пор срать с водонапроной башни на твоих подписчиков, уяснила?
— Не буду никому я звонить. Я и не ждала что сегодня ты появишься, мне было бы достаточно просто слезной истерики беременной женщины в твоем клубе. Но твоя Лизавета меня видимо не так поняла…
— Ты сломала мне мебель в клубе, — я прикрыл глаза, пытаясь вспомнить. — С тебя 13 700 и извинения.
Каролина вспыхнула и съежилась.
— Какие еще 13 700?
— За стул, дура! Меня не волнует что ты там лечишь своим малолетним идиотам, меня волнует мой клуб, Лизавета и Рита!
— Значит, ее зовут Рита? — фыркнула Каролина. — Ясненько-понятненько. На малолеток потянуло, Арчи?
— Не твое дело так-то. Тебе до нее как до миллиарда подписчиков.
Каролины еще раз фыркнула. Кошмар, она бесила меня даже когда молчала. Лучше бы вместо сисек мозги бы себе накачала!
— Ну раз, мы все решили, то я пойду. Эфир закончился, и меня ждут комментарии. Не забудь посмотреть, думаю я отлично сыграла, — она снова встала и пошла к двери кабинета.
— Ты знаешь, что я не люблю повторять. Но для особо одаренных сделаю это. Ты никуда не выйдешь отсюда, пока я не разберусь с тобой и всей этой хренью.
— Ой, испугал, Арчи! Пуганные, знаем. Думаешь, я и на этот случай не подстраховалась?
— О чем ты?
— Владюша все снимал и если я отсюда не выйду, это может означать лишь две вещи: или ты меня тут прикончил или мы с тобой помирились. Поэтому, если ты позволишь, я выйду отсюда со слезами на глазах и мы завершим наше шоу на сегодня.
— На сегодня?
— А ты думал, что? Что будет только эфир и ничего больше? Я вообще-то своим подписчикам только что заявила, что я беременная.
— Ты точно дура! Ты не беременная ни черта! — я еле сдерживался.
 
— Ну и что, — она поморгала глазами и вытащила из кармана какие-то капли. — Все думают наоборот.
— И что дальше? Будешь рожать несуществующего ребенка?
— Ой, ты такой глупый иногда мужчина, Арчи. Скажу что от стресса мне стало плохо, было давление и все такое. А потом, вуаля, выкидыш!