Проповедник (ЛП)

Какая жалость, что она ввязалась в игру, в которой не сможет победить!
Достаточно взглянуть на неуклюжесть, с которой она бросилась в бой; я бы почти восхитился её смелостью, если бы она не была такой дурой, что позволила себя подставить двум задницам.
Пока я направляюсь к жилищу Виноны, меня останавливают. Краем глаза я замечаю Рассела, расхаживающего у входа на территорию. Я догадываюсь о причине его визита.
  
Чёрт побери! Мой день так хорошо начинался!
Пресыщенный, я заставляю себя пойти ему навстречу.
— Что на тебя нашло, чёрт возьми? — нападает он, едва я поравнялся с ним.
— Я их предупреждал. Сделка была проста, а они всё полностью запороли. Если бы я не вмешался, тебе пришлось бы убирать труп федерального агента.
— Но как я объясню эту бойню?! — размахивает руками он, растерянный, по ту сторону забора.
Я пожимаю плечами, демонстративно скрестив руки на груди.
— Выкручивайся. Мне плевать. Сделай вид, что это пьяная драка, которая вышла из-под контроля. Этот бар всегда забит алкашами.
— А девушка?
— Это моя проблема, не твоя, — отвечаю я, нахмурившись, не распространяясь на эту тему. — Лучше займись тем, чтобы найти для меня эту дрянь Бенни, — продолжаю я.
Рассел вздрагивает и смотрит на меня, внезапно обеспокоенный.
— Послушай, я не знаю, что ты задумал, но мне это совсем не нравится. У меня уже есть один труп на руках, который нужно задокументировать, этого, кажется, достаточно.
Я смеюсь, словно считаю разговор забавным.
— Ты действительно наивен, обычно это смешно...
Моё лицо внезапно становится каменным.
—...но не на этот раз! — холодно выпаливаю я.
Он остаётся с открытым ртом, и я пользуюсь моментом, чтобы добавить:
— Нельзя рисковать, что он будет болтаться на свободе или исчезнет.
— Доверься мне... Я поговорю с ним. Он ничего не скажет, — заикается он, переминаясь с ноги на ногу, чувствуя себя неловко.
Никогда не доверять другим — один из ключей к успеху.
Я делаю лёгкую паузу, прежде чем ответить, решая прибегнуть к хитрости, чтобы он отстал от меня.
— Ладно.
— Ладно?! — повторяет он ошеломлённо.
Я принимаю насмешливый вид и киваю.
Какой болван!
— Ты даёшь мне слово, что оставишь его в живых? — настаивает он с недоверием.
Тысяча сценариев, как заставить Бенни замолчать, уже роятся у меня в голове.
— Крест-накрест, солгал небесам, — клянусь я. — Если совру — отправлюсь в ад, — добавляю я, поднимая руки и плюю на его ботинки, чтобы доказать свою добрую волю.
— Хватит сарказмов! Ответь мне честно, — спрашивает он меня.
— Моя щедрость имеет пределы, Расс. Так что тебе лучше уйти, пока я не передумал, — отдаляюсь я небрежно.
Текс, который наблюдал за нами, прислонившись к дереву, окликает меня:
— У нас, говорят, новая постоялица?
— Точно.
— Она католичка?
— Она перешагнула границы отступничества, — усмехаюсь я.
— Она мне уже нравится, — смеётся он.
Внезапно визг тормозов Рассела отвлекает наше внимание.
— Что происходит? Что он хотел? — с любопытством осведомляется Текс, бросая ему злобный взгляд.
— Просто маленькое разногласие, которое скоро станет лишь плохим воспоминанием. Для этого мне нужно, чтобы ты навестил Бенни Тейлора.
— Понял, — улыбается он мне, кивая.
— Будь милосерден. Просто принеси мне его язык, — приказываю я, продолжая свой путь.
Я представляю себе слизистый, окровавленный кусок, свежевырванный. Продев через него нить, я заставлю Бенни носить его на шее в качестве предупреждения, пока он не почернеет и не высохнет.
Я смеюсь.
Чёрт, какая фантастическая идея!
 *** 
Растянувшись на своей кровати, Винона расстёгивает первые пуговицы платья, обнажая грудь, одновременно лаская себя другой рукой.
Она идеальна в таком виде. Да... идеальна, чтобы послужить мне для разрядки.
Сидя напротив неё, я расстёгиваю джинсы и освобождаю свой член, надеясь, что стимулятор, который я проглотил, подействует быстро. Мне нужно больше, чем просто киска, рот и красивая пара сисек.
Извращение, разврат, унижение. Физические или моральные страдания. Вот что меня возбуждает. Кончить иначе для меня невозможно.
— Сними трусики.
Её большие пальцы заходят под резинку, и она медленно стягивает их по бёдрам и ногам.
— Хорошо, — льщу я ей, видя, как лоскут ткани падает на пол.
Я сжимаю свою полувялую эрекцию, в то время как с раздвинутыми ногами пальцы Виноны теряются в её диких кудрях, задевая по пути её бугорок, полный желания. Её тёмные глаза смотрят на меня не моргая, пылающие и напряжённые. Она важничает и с сладострастием проводит кончиком языка между губами. Удивлённый, я забавляюсь её скромной и неожиданной постановкой. Раньше она никогда не была такой чувственной и соблазнительной. Я изображаю самодовольную улыбку. Я знаю, кто привёл её в такое состояние.
— Она тебе нравится... да? — задыхается она.
Я собираюсь ответить ей колкостью или заткнуть ей рот своим членом, но передумываю и делаю вид, что не понимаю. Это важно. Никто из членов общины не должен узнать, что я замышляю за их спиной, чтобы любой ценой избежать подрыва моей позиции.
— О ком ты говоришь?
— О безверной, — отвечает она с презрительной гримасой.
— Ревнуешь? — дразню я её.
— Вовсе нет, — яростно протестует она, прекращая движение.
— Лгунья. Ты умираешь от ревности! — смеюсь я, чувствуя, как мой член твердеет, довольный ситуацией.
— Она заменит Сюзи? — стонет она, возобновляя свои одинокие движения.
Раньше она была её главной соперницей.
Мэрисса будет больше этого. Я чувствую, что ей суждено великое. Однако, будучи собственнической и своенравной, я должен остерегаться Виноны. К тому же, женщина настолько умная замечает всё вокруг. Ни в коем случае нельзя, чтобы она заподозрила, что я замышляю, или догадалась о моих истинных намерениях. Это поставило бы под угрозу мой план.
— Фентон? — окликает она меня, нетерпеливая, прерывая ход моих мыслей.
— Тебе не о чем беспокоиться. Как только ей станет лучше, она уйдёт, — лгу я ей.
— Очень хорошо. Потому что она тебе совсем не подходит.
У меня вырывается нервный смешок. Мне плевать на её мнение.
Её наглость вызывает у меня желание преподать ей небольшой урок. Стратегия более чем эффективная, потому что мой член готов к действию. Она это замечает.
— Ты же подходишь? — поддразниваю я её.
Её щель блестит от влаги под её умелыми пальцами, а соски торчат от удовольствия, которое она себе доставляет.
— Я именно та, что тебе нужна. Мой долг — служить тебе и заботиться о тебе. Я не хочу, чтобы какая-то шлюха, появившаяся из ниоткуда, отвратила тебя от нас.
Решив не задерживаться дольше, я приказываю ей, чтобы закрыть тему:
— Тогда встань на четвереньки. Представься.
Она смачивает губы и выполняет, немедленно меняя позу.
— Вот так? — спрашивает она, задыхаясь.
Масса её длинных чёрных шелковистых волос покрывает половину спины. Коленями на краю кровати, она, не стесняясь, наклоняется, открывая мне вид сверху на свою задницу.
— Идеально.
Я поднимаюсь и встаю за ней. Нетерпеливая, её мокрая киска трётся о мой член. Когда она отодвигается, чтобы принять его в себя, я резко шлёпаю её.
Контроль у меня. Всегда.
Хлопок вызывает у меня дрожь, и я сжимаюсь, видя, как она трепещет.
— Не двигайся. Будь хорошей служанкой, — мягко приказываю я ей, прижимаясь к отверстию её ануса, не оставляя никаких сомнений в том, что я хочу с ней сделать.
Она издаёт болезненный стон. Всё её тело пронизывают тысячи мурашек.
— Фентон, — умоляет она меня в страсти.
  
Я раздвигаю её ягодицы, подношу рот к её тугому колечку и останавливаюсь в нескольких сантиметрах. Затем, сжав губы, я выпускаю длинную струйку слюны и размазываю её указательным пальцем, смазывая.