Бывает и хуже? Том 6 (СИ)

Покачал головой и тоже отправился в поликлинику. И тут же оказался в гуще нового скандала, который происходил возле регистратуры.
— Да как это нет талонов⁈ — возмущённо воскликнула полная женщина лет пятидесяти. — У моего сына гастрит, ему нужно попасть к врачу! У него обострение из-за стресса.
— Я понимаю, но узкие специалисты не принимают нулевыми талонами, — устало ответила Светлана. — Я могу предложить вам талон к терапевту, а к гастроэнтерологу только на следующей неделе.
  
— Сын не хочет идти к его терапевту, у них какой-то конфликт, — отозвалась женщина. — Я буду жаловаться!
На эту волшебную фразу с двух сторон подошли я и Бумагина-старшая.
— Сейчас во всём разберёмся, — мягко сказала Алевтина Сергеевна.
Я зашёл в регистратуру и посмотрел расписание Бумагина. Да, на сегодня действительно всё занято. Очень странно, ведь ещё с утра у него были свободные талоны. Так быстро забилась запись?
— Я могу позвонить ему и спросить, примет ли он нулёвку, но обычно он не соглашается, — тихо сказала мне Алевтина Сергеевна. — Мол, узкие специалисты принимают по записи, а экстренные пусть к терапевтам идут.
Такова была политика поликлиники, и делал так не только Бумагин.
— Лучше я схожу с ним поговорю лично, — ответил я. Потом обратился к женщине: — Подождите, пожалуйста, пять минут, сейчас решу ваш вопрос.
Та гордо кивнула и отошла к лавочке. Интересно, а сын-то её где? Не важно, мне надо разобраться с Бумагиным. Так что я поспешил к нему в кабинет.
И увидел абсолютно пустой коридор. Судя по записи, у него должно сидеть несколько человек, но нет никого.
Постучал, зашёл. Он сидел и что-то смотрел в телефоне. Причём явно не связанное с медициной.
— Тебе чего? — поднял он на меня голову. — Я тут Финальную Сагу Ван Писа смотрю, арку Эльбаф. Так что давай быстрее.
— Ты настолько сильно-то не борзей, — усмехнулся я. — Телефон убери, потом свой Ван Псис смотреть будешь. Вообще-то рабочий день идёт!
— Ван Пис, — поправил меня Илья. — У меня пациент на приём не пришёл, так что имею право.
Я подошёл к нему и заблокировал его телефон.
— И предыдущий пациент не пришёл, и следующий тоже не придёт, — холодно проговорил я. — Странное совпадение, правда?
— Может, они вылечились сами, — хмыкнул Бумагин. — Тебе-то что?
— То, что ты, очевидно, забиваешь себе приём самостоятельными записями пациентов, которые на самом деле не придут, — отчеканил я. — И устраиваешь подобные перерывы, чтобы посмотреть свой «Ван что-то там». А к тебе, между тем, нормальные пациенты попасть не могут.
— Не моя проблема, — отмахнулся он. — Талоны есть на следующую неделю, а для всего остального есть терапевт.
Какой же он… нехороший человек.
— Слушай, раз уж к тебе не пришёл пациент — прими другого больного, — сказал я. — Всё равно же время есть.
— Слушай, а что ты мне указываешь? — ухмыльнулся Илья. — Ты хоть и исполняющий обязанности заведующего терапией, но я как бы гастроэнтеролог. И ты мне не начальник. Так что отстань и дай аниме посмотреть.
Вот это было сказано зря. Я усмехнулся.
— Хотел по-доброму, — заявил я. — Но с тобой так нельзя. Ладно, жди.
Вышел из кабинета и отправился прямиком к Григорьеву. Игорь Станиславович меня уважал, и я это знал. Хоть отношения изначально были не очень, всё это давно осталось в прошлом. И именно я посоветовал ему занять должность заведующего узкими специалистами.
— Александр Александрович, рад вас видеть! — воскликнул он. — Проходите. Что случилось?
Я рассказал ему всю ситуацию, ничего не приукрашивая. Григорьев нахмурился.
— Что ж, понятно, — хмыкнул он. — Илья Андреевич решил себе перерыв устроить. Сейчас я пойду и скажу ему, что бывает за подобные фокусы. А вы, если не затруднит, спуститесь в регистратуру, скажите той женщине, что гастроэнтеролог примет её сына.
— Спасибо, — кивнул я.
Вернулся в регистратуру, сказал Светлане, чтобы записала женщину нулевым талоном.
— Спасибо, доктор, — обрадовалась пациентка. — А то сын мучается с желудком, а сейчас вообще хуже стало.
И тут за её спиной появился… Якубов.
— Сына, нас записали, пойдёшь сейчас к гастроэнтерологу, — обратилась к нему мать.
«Сына» был занят тем, что смотрел сквозь стекло на меня. А я на него. Искра, буря, безумие.
Так вот кто этот пациент, у которого конфликт с терапевтом. Если я правильно помню, конфликт там с медсестрой, которой он «отправлял части своего тела».
Какой же у нас маленький город! Надо бы сказать Якубову, что с больным желудком пельмени — это не лучшая еда. Но пусть лучше ему Бумагин это скажет.
Якубов не стал мне ничего говорить, потому что рядом была его мать. Но взглядом убить попытался. Не вышло.
Я кивнул женщине и отправился в свой кабинет. А по пути меня перехватила Марина Ляшенкова, медсестра лора.
— Александр Александрович, вы спешите? — поинтересовалась она.
— Вообще да, — кивнул я. — Что ты хотела?
— Сказать, что если вам понадобится новая медсестра, то я готова, — Марина улыбнулась и кокетливо поправила волосы. — У меня и руки на месте, и исполнительность…хорошая.
— Спасибо, конечно, но у меня уже есть медсестра, — ответил я.
— Ну, вдруг что-то изменится, — Марина подмигнула мне и пошла вверх по лестнице.
Я вернулся в кабинет и задумчиво посмотрел на Лену.
— Слушай, а вы что, с Мариной поругались? — поинтересовался я.
— С чего ты так решил? — пряча взгляд, спросила она.
— Потому что сначала ты говорила мне, что вы хорошие подруги и что она будет жить у тебя, а теперь вы вообще не общаетесь, — развёл я руками.
Лена тяжело вздохнула.
— Поругались, — призналась она. — Но это глупо… и стыдно. Но мы теперь и правда вообще не общаемся.
— Что случилось? — мягко спросил я.
— Ну, в общем, она с первого же знакомства с тобой начала говорить, что не хочет работать медсестрой лора, а хочет у тебя, — призналась Лена. — Спрашивала, как ей перейти в терапию, и с такой интонацией, словно я должна её пристроить. Сказала ей, что вообще-то я у тебя работаю, а она сказала, что меня нужно заменить. Представляешь⁈ Ну я и высказала ей всё, что думаю. Она на следующий же день в общежитие перебралась, и мы перестали общаться.
— Понятно, — усмехнулся я. — Не переживай, ты меня полностью устраиваешь как медсестра. И не променяю тебя ни на каких Марин.
— Честно? — подняла она на меня взгляд.
— Честно, — пообещал я. — Так что зря ты так на неё злишься. Забей.
Она улыбнулась и кивнула. А я собрался и отправился на свои вызовы. Их было, как обычно, много и надо было всё успеть.
Одним из первых вызовов значился вызов к Кулагиной Нине Петровне. Я хорошо её помнил, одна из моих постоянных слушательниц со школы здоровья. Милая пожилая женщина, которая записывала все лекции в тетрадку, как прилежная ученица.
Правда, на последних лекциях я её не видел.
Добрался до её квартиры, позвонил в дверь. Она открыла почти сразу, и первое, что бросилось в глаза — жёлтый цвет её кожи. Так, уже не самое лучшее начало.
— Проходите, доктор, — кивнула она. — Извините, что сама до вас не доползла, плохо что-то себя чувствую.
Она проводила меня в комнату и с оханьем опустилась на диван. Я прошёл следом, а в голове уже начал прикидывать варианты диагнозов.
— Доктор, миленький, помогите мне, — начала Кулагина. — Совсем что-то плохо стало. Тошнит, в правом боку режет, а моча тёмная, как чай черный. И слабость ужасная, поэтому сама в поликлинику не пошла.
— Давно это началось? — спросил я.
— Ну, неделю уж точно, — задумчиво ответила та. — А может, и раньше.
  
Я принялся за осмотр. Пульс частый, ритмичный. Давление немного повышено, сто сорок на девяносто. Живот болезненный в области печени, не напряжён.
Одновременно проверял Нину Петровну праной. Так, проблема явно в печени, и похоже, лекарственного генеза. Интересно.
— Нина Петровна, какие препараты сейчас принимаете? — спросил я. — Прям все-все перечисляйте.