Ноша хрономанта. Том девятый (СИ)

— Само собой, — кивнула Светлана, подозрительно посматривая то на своего питомца, чье выражение мордочки было каким-то невинным-невинным, то на моего фамильяра, очень пытавшегося надуться как рыба-шар от распирающей его гордости. — Думаю, нам с Клаусом стоило бы как можно скорее отправиться в Китай. Или Монголию. Кто-нибудь помнит, где находится первоначальная опорная база тех гоблинов-некромантов, которых мы убивали снова, снова, снова и снова, а они все не кончались и не кончались, продолжая тревожить границы Города ордами ходячей мертвечины и отдельными тварями, от незаметных как тени ночных убийц и до пытающихся снести наши стены неостановимых джаггернаутов, на изготовление которых пошли миллионы трупов?
  
— Вроде где-то там, да, — неуверенно подтвердил Клаус, который кажется в альтернативной временной линии и пошел в некроманты, чтобы можно было бороться с этими надоедливыми зелеными коротышками их же оружием. Ну и лучше противостоять всем тем подлянкам, которыми раз за разом «радовали» нас их лидеры, во имя своих целей готовые отправить миллионы собственных сородичей убиться о наши системы обороны. Ну а поднятые из могил трупы и чужих крестьян, ставших топливом для их темных ритуалов, они и вовсе никогда не считали. — Точно не помню…Зато помню, что король гоблинов этих в клан Халаз вошел через брак! И они его приняли, а не стали доводить ситуацию до войны на уничтожение!
— Нет, это не наш метод, — покачал головой я. — Ещё не уверен как именно будет функционировать верховная власть на нашей планете после того как все устаканится, но она точно должна быть избираемой и сменяемой. Все прочее ведет к стандартному аристократически-магическому застою…Да и тупо опасно доверять судьбу мира всего одному человеку.
— Даже если этот человек справится с подобной ношей точно лучше чем какой-нибудь выборный комитет, где каждый будет тянуть одеяло на себя? — Уточнила Светлана. — Распри, конкурентная борьба и междоусобицы в конечном итоге нанесли нам не меньше вреда, чем орды варваров из иных миров…Может и больше. Я помню города и страны, опустошенные не клинками чужеземных завоевателей, а свинцом, что выпускали автоматы и ружья.
— Себе я подобную власть и ответственность не доверю, — решил я совершенно точно, вспоминая один из самых худших своих кошмаров. Тот, где люди о которых я заботился превратились в чужаков, с которыми у меня не осталось ничего общего, кроме некоторых воспоминаний. — А раз не доверю себе, то не доверю и другим, побуду эгоистом…Кстати, а как этот гоблин-брачный аферист свою задницу на трон Короля Мира посадить-то умудрился? Мне казалось остальные представители клана Халаз такого «родственничка» должны были при знакомстве как минимум через мясорубку пропустить. И это только для начала…
— Ну, они вроде и пытались, но потом плюнули и решили, что проще будет с этимублюдком договориться. И вообще, раз он настолько коварный и могущественный сукин сын, то добро пожаловать в семью… — Пожал плечами Клаус. — А вообще ситуация там сложилась достаточно любопытная. В его мире борьба принцесс и принцев выдавила всех остальных конкурентов на верховную власть, а после затянулась на несколько веков, сформировав три центра силы, которые между собой столетиями неспешно бодались…Потом два из них все же смогли договориться и совместно завалили третьего. А во время празднования общей победы советник одного из кандидатов в Короли Мира передал своего патрона на блюдечке с голубой каемочкой его коллеге, по совместительству женщине, обеспечивавшей беспрекословное повиновение своих солдат и придворных сложными магическими клятвами. И пока та праздновала победу, ритуально принося своего кузена в жертву, как-то извратил её ритуал, тем самым взяв победительницу в сексуальное рабство. Ну и в любое другое тоже заодно. Все её слуги и поданные же сделать ничего не смогли, вынужденно став служить хозяину своей хозяйки.
— Я раза два-три похожие ситуации видела, пусть и в куда меньшем масштабе. — Задумалась Светлана. — И как минимум однажды это точно пошло нам на пользу, поскольку промывший мозги владыке армии рабов-солдат менталист жил в Городе, а войско ударившее в спину осаждавшим нас придуркам позволило ненадолго разорвать кольцо блокады и получить передышку…Кстати, а не этот ли тип помогал нам всем с тем, чтобы сформировать пакеты информации, которые в прошлое отправятся? И вообще кто пережил падение Города и последующие века окончательного упадка? Сколько таких вообще?
Перекрестный сеанс воспоминаний хоть и позволил достоверно убедиться в том, что где-то по этому миру бродит тот же любитель всё и вся делать при помощи стали, а также несколько других наших коллег…Но касательно куда большего количества народа лишь еще сильнее всё запутал. Так, например, сразу в двух разных описаниях Клаус узнал себя. Один раз по прозвищу, один раз по любимому на протяжении нескольких веков посоху, сделанному из позвоночника какого-то кристаллического зверобога. И в своей манере чуть ли не каждый раз представать в новом облике, а то и теле, он был отнюдь не оригинален. Далеко не все мои собратья по духу и замыслам придерживались столь же стабильной приверженности некогда выбранному стилю, как и я или Светлана, скорее уж наоборот, использование иллюзий, а также пластической хирургии, биомагии и аурных трансформаций стали нормой для большинства землян, переживших падение последнего свободного города планеты и века дальнейшего упадка. С учетом того, что в кровниках у них имелись десятки небожителей, и высших аристократов Бесконечной Вечной Империи, а также миллионы врагов поплоше, вполне способных опознать в случайно встретившимся им человеке то самое древнее чудовище, сказочками о котором их в детстве пугали на ночь, это даже нельзя было назвать чрезмерной осторожностью.
— Если округлить и считать, что силы у каждого были более-менее уникальны, то видимо нас было где-то штук десять, ну может дюжина. — Подытожил я после пары часов напряженных следственных мероприятий, напоминающих не то восстановление событий после великой пьянки, не то групповую борьбу с рассеянным склерозом.
— Только вот не факт, что представители нашей малость сбрендившей компашки ископаемых, переживших собственное вымирание, в своих специализациях не повторялись, — заметил Клаус. — Ты владеешь высшей магией времени и ритуальной магией, и я владею высшей магией времени и ритуальной магией…Да, хрономантия у меня даже и близко не на твоем уровне, а в ритуалах обойду тебя как стоячего, но это понимаем мы с тобой! Однако же со стороны разницу меж нами заметит не каждый божок, пока всякие там архимаги глядя на наши деяния падают в обмороки на руки к собственным секретаршам или же от зависти грызут на руках ногти примерно до локтей.
— Перед тем как вы отправитесь кошмарить зеленокожих некромантов, я бы все же хотел взглянуть своими глазами на ваши воспоминания о наших коллегах при помощи древа былого. Ну и конечно готов предоставить свои взамен, — взглянуть на себя-прошлого со стороны было бы как минимум интересно. Также не стоило сбрасывать со счетов то, что получилось бы чего-то понять в той великой магии, которая была создана мной же, пусть и немного другим. Между прочим за одну только возможность лицезреть подобное чудо многие великие волшебники согласились бы без тени сомнения отдать глаз, можно даже свой и можно даже вынутый со своего законного места без всяких следов наркоза.
— Опасно… — Заколебался чернокожий кукольник. — Все-таки этот артефакт ты купил у Бесконечной Вечной Империи…
  
— Купил, когда ничего особого из себя по большому счету ещё не представлял, — поправил его я. — Ставить жучки в потребительские товары подобного уровня для неё тупо нерентабельно. А вносить изменения в уже сделанную работу — совсем не её стиль. Плюс — свои воспоминания там уже просматривал, и пока не прекратил быть.
— И все же лучше бы эту штуку разобрать на дрова, а дрова скорее сжечь самым жарким моим пламенем. Во избежание, — хмыкнула Светлана. — Для того, чтобы выявлять воришек и подтверждать честность сделки труполюб лучше другую такую же штуку для Убежища купит…