Серые волки. Том 1 (СИ)
Пока я находилась на балконе, к Гамам пришла какая-то женщин. Она была уже немолода и одета просто. Приблизившись, женщина что-то торопливо зашептала на ухо хазнедар и только заметив, что я смотрю на нее, поспешно поклонилась.
— Что такое? — спросила спокойно я.
— Ваши вещи доставили в покои, — ответила Гамам, — позвольте мне показать вам сад, госпожа, пока слуги разберут сундуки.
— Сад? — прозвучало заманчиво.
— Да, госпожа! — кивнула Гамам.
— Почему бы и нет! — ответила, тем более что свежесть и тень зелени и фонтанов уже манили меня своим природным очарованием. Хазнедар отдала приказания, а после направилась ко мне.
— Госпожа, мне идти с вами? — спросила Айше, но я лишь покачала головой.
— Нет, — велела я. — Оставайся здесь и проследи за всем!
Если хазнедар и обиделась на мое недоверие, то не подала виду.
В сад мы спустились по лестнице, которая выходила прямо из моих покоев. Она располагалась сбоку от балкона, невидимая глазу, скрытая обманными занавесками, танцующими на ветру и создававшими впечатление, что там, за ними, находится очередная резная стена. На самом деле, это были все на всего перила и колоны.
Спускались медленно. Я — любовалась красотами открывавшегося вида, хазнедар в молчаливом ожидании моих приказаний. Ступив на белые камни дорожки, я распрямила плечи и посмотрела вперед. Зелени было много, даже слишком много, но мне нравилось буйство лиан и высоких кустарников, меж которыми, словно исполины, поднимались крепкие деревья. Пальм, как я заметила, было мало — одна аллея, ведущая к фонтану, да еще несколько островков, и мне это нравилось, так как пальмами был засажен весь сад возле моего родного дворца. Другие деревья не приживались, а если и приживались, что это стоило огромных трудов нашим садовникам. Здесь же все было иначе, и я удивилась тому, как в подобной почве произрастают такие великаны.
Мы прохаживались по тропинкам. Я — впереди, хазнедар, словно тень за мной следом. Она молчала, то ли из вежливости, то ли не желая нарушать молчание первой и тогда я решила, что пора начать разговор.
— Как давно вы служите здесь? — спросила я.
Женщина сократила расстояние между нами и теперь шла почти вровень со мной, но при этом держала необходимую дистанцию.
— Уже давно, госпожа! — ответила она. — Вся моя жизнь — этот дворец и его обитатели.
— Вы родились здесь? — спросила тихо.
Она покачала головой.
— Нет, — ответила Гамам, — когда-то давно повелитель Кахир привез меня из своего похода в качестве наложницы, а после оказалось, что я обладаю иными талантами, чем услаждать повелителя в его покоях.
Сказано было откровенно и я оценила это.
— Почему вы говорите это мне? — не удержалась я. Все-таки, я не рассчитывала на подобную откровенность ее ответа.
— Потому что вы спросили, госпожа, и это не тайна, так как самый последний из рабов в серале знает правду обо мне, да и я не скрываю ее. Мне нечего стыдиться. Я честно прожила свою жизнь и намереваюсь жить дальше, придерживаясь своих правил!
Я улыбнулась, понимая, что Гамам начинает нравиться мне. Пусть ее внешность была далека от даже приятной, но рассуждения не могли не радовать. Вряд ли подобный человек станет обманывать и лгать. Нет, конечно же, я не стану доверять ей так, как хотелось бы, но подобная прямота заслуживает хотя бы уважения!
— Расскажите мне о принце Инсане! — попросила я.
Гамам медлила недолго, словно подбирая правильные слова.
— Он сын своего отца и после смерти Кахира наследует трон и, как я надеюсь, будет лучшим правителем, чем его отец.
— Вам не нравится правление повелителя? — уточнила я, шагая вперед. Камешки хрустели под подошвами моих расшитых туфель, но я слушала только ту, что шла рядом.
— Нет. Вы неправильно поняли мои слова, — спокойно ответила женщина, — я считаю, что сын должен сделать для своего народа больше, чем сделал его отец и стать добрым правителем, так как в наших детях всегда должно быть заложено большее, чем в нас.
— Вижу, вам нравится принц! — я улыбнулась.
— Я знаю наследника Инсана с его рождения, — ответила Гамам, — я видела, как он рос и как возмужал.
— А его мать вы тоже знали?
Гамам прочистила горло.
— Я не была в добрых отношениях с повелительницей!
И зачем я только спросила. Понятное дело, что мать Инсана недолюбливала наложницу мужа. Какой женщине понравится делить своего мужчину, даже если закон обязывает делать это! Я сама с трудом представляла, как буду мириться с тем, что у моего супруга будут другие женщины и жены. Но придется, так как я, пусть и стану повелительницей, но не могу изменить законы, которые нам диктуют боги.
Мы погуляли еще немного. У первого фонтана, попавшегося на нашем пути, я остановилась и присела на самый край, опустив в воду руку. Заметила маленьких ярких рыбок, плавающих под прозрачной толщей. Несколько из них подплыли к моим пальцам, и я поняла, что рыбок кормят, иначе они не были бы настолько бесстрашными.
— Наверное, нам пора возвращаться! — проговорила я. — Хочу отдохнуть с дороги и вымыться, что бы на празднике соответствовать своему положению!
Хазнедар поклонилась, принимая мое решение.
— Думаю, к нашему возвращению все уже будет готово, — сообщила она мне, и я встала, отряхивая пальцы от воды. Неожиданно вспомнила о Райнере, чьи синие глаза тотчас вспыхнули перед моим взором, словно я воочию увидела их обладателя.
— Прошу следовать за мной, госпожа! — предложила Гамам. — Я покажу вам более короткий путь во Дворец! — добавила с поклоном и я, кивнув, последовала за ней, мысленно пытаясь изгнать из памяти синеглазого пленника пустыни. Только он, словно насмехаясь над моими бесславными попытками, снова и снова следовал за мной, заставляя вспоминать и злиться на себя за подобную слабость.
Глава 4
Амир не был удивлен. Асаф всегда казался ему своевольным и себе на уме, а потому его неожиданное решение продать нового раба, найденного принцессой в пустыне, заставило молодого махариба лишь сильнее убедиться в своих подозрениях касательно старого воина. Он явно преследовал какие-то свои цели, и упрямый раб отчего-то мешал Асафу. Чем именно он не угадил старику, Амир понять не мог, как не мог и позволить нарушить приказ принцессы, даже Асафу, стоявшему выше него самого. А потому, когда старый махариб отдал приказ отвести раба на рынок, Амир выступил против.
— Разве вы не поняли слов принцессы Эмины? — спросил он, поднимаясь со своего места. Сейчас охранники принцессы заняли покои возле ее комнат и Асаф пытался отправить младшего воина с поручением, когда ему помешали.
— Ты разве не понимаешь? — удивился старший махариб.
— Я знаю только то, что принцесса приказала нам проверить возможности своего раба и если мы найдем его пригодным к службе Ее Высочеству, оставить раба во Дворце!
— Я не собираюсь проверять этого человека, — отрезал спокойно Асаф, — я собираюсь просто продать его и дело с концом.
— Это нарушение приказа!
— Мне не нравится этот раб, — произнес старик, — а еще больше не нравишься ты, выскочка. Пользуешься дружбой с Масуром и теперь считаешь себя умнее всех? — брови Асафа сошлись на переносице.
— Масур попросил меня присмотреть за его сестрой, оберегать ее, и я выполняю свою работу, — ответил Амир. — Я подчиняюсь приказам принцессы…
— Я тоже им подчиняюсь, но не когда Ее Высочество пытается сделать плохо себе самой! — отрезал Асаф.
— Это каким же образом? — вскинул брови в наигранном удивлении молодой воин. — Приказом получить хорошего охранника в свою свиту?
Асаф сверкнул взглядом.
— Я лично могу проверить пригодность воина! — вызвался Амир. — И принцесса, как пожелала, будет присутствовать при нашей схватке. Если же вы посмеете нарушить ее приказ, я лично расскажу, как все произошло на самом деле и куда подевался новый раб.
Старый махариб рассмеялся.
— Ты? — проговорил он, сквозь смех. — Что ты сможешь сказать, мальчишка? Твой авторитет против моего…