Пора взрослеть, девочка (СИ)

Ответ не заставил себя долго ждать. Но разочаровал меня безумно!
«Нет».
Что? Как это понимать?
Но только уж я было надула губу, как прилетело еще одна эсэмеска.
«Хотя, наверное, не соскучилась, раз внесла меня везде в черные списки. Правильно же я понимаю, Даша?»
Боже, это он!
Это правда он!
О господи, я сейчас сердце выплюну! Ух, да что же это такое, а?
  
А ну-ка, соберись, Ветрова!
Но собраться было крайне сложно. Меня всю гнуло от банальной и неприкрытой радости, что гадский гад все-таки не выдержал и принялся снова мне писать несмотря на то, что я везде его забанила. Ха! А теперь мне нужно и этот номер гордо закинуть в виртуальное мусорное ведро, на прощанье выдав что-то типа: «как же ты мне надоел, Хан!»
Но вместо этого, я зачем-то продолжила переписку, раздумывая над каждым словом и кусая губы в ожидании ответа с того конца провода.
Я: «Мы же вроде бы закончили с тобой, Максим, и все решили».
Он: «Но это же не значит, что я не могу просто написать тебе и узнать, как ты поживаешь?»
Я: «Зачем тебе это? Мы же не друзья».
И тут как гром среди ясного неба. Меня даже трухануло, и я подскочила на ноги, тараща глаза в экран и не понимая до конца шутит ли этот парень или говорит на полном серьезе. Потому что он написал следующее:
Он: «Вот, значит, как? Получается, зря я в Сочи прилетел? Эх, а я думал, мы встретимся по старой дружбе, кофе попьем…»
Что?
Куда он прилетел? В Сочи? Что серьезно? Или это опять очередные жестокие шутки?
Меня так колошматило от перенапряжения, что я даже ответить на это что-либо была не в состоянии. И в голове ядерный взрыв разнес в щепки все толковые мысли. Ибо я была в шоке! А меж тем Хан продолжал свое ментальное надо мной насилие.
«А я вот соскучился по тебе, Даша. По твоему дерзкому языку и нашим ссорам. Понятное дело, что я тебе не нравлюсь и твоим родителям тоже, но это ведь не мешает мне постоянно думать о тебе и быть рядом».
Я: «Ты меня пугаешь».
Он: «Я похож на сталкера?»
Я: «Честно? Да».
Он: «Супер. Потому что я — он и есть. А еще я реально не смог. Насел на отца, на Еву, чтобы узнать все явки и пароли, а затем прилетел к тебе. Ну типа как последний раз получить под зад волшебный пендель. До меня что-то как-то плохо доходит. Давай еще раз повторим, Даш? Ну, пожалуйста…»
Господи, что отвечать на это? Вообще не в курсе!
Но, кажется, я сейчас потеряю сознание от всех этих слов. Почему? Да без понятия вообще!
Я: «Не знаю, что сказать в ответ на этот бред».
Он: «Ничего не говори. Но я все равно буду стоять внизу под твоими окнами и ждать тебя».
Что?
Что он только что написал?
Что я только что прочитала, черт возьми?
И я сорвалась с места, бросилась к окну и выглянула вниз, замечая, что в беседке у общего бассейна нашего жилого комплекса действительно сидел мужской силуэт, в руках которого светился экран телефона. Пригляделась — чуть не умерла!
Ой-ё! Как он здесь оказался? И самое главное: как давно?
Мать моя женщина?
Я: «Ты правда тут?»
И силуэт приветственно помахал мне рукой, а затем что-то напечатал в телефоне, и мне прилетело новое сообщение:
«Правда, Даша».
Я зажала рот рукой и зажмурилась. Потрясла головой и снова посмотрела в окно, но картинка по-прежнему оставалась до абсурда необъяснимой. Макс Хан каким-то непостижимым образом оказался на территории элитного жилого комплекса, в котором нашей семье принадлежал просторный двухуровневый таунхаус с отдельным внутренним двориком, частным бассейном и террасой, где мы всей семьей так любили завтракать.
И вот сюда, практически под нос к злобному церберу сунулся этот самоубийца? Да он спятил! Папа же его в порошок сотрет, если узнает, что Макс Хан ошивается где-то поблизости от моей персоны. А уж дядя Данил так и подавно. У него при упоминании сыновей дяди Марка глаза кровью наливаются.
Ой, кошмар!
«Ты чего тут делаешь?», — настрочила я сразу же сообщение.
Он: «Сижу, тебя жду. А вдруг снизойдешь? Я, между прочим, сразу с этого и зашел, спросив, не соскучилась ли ты по мне, но ты так и не ответила. Так что, шанс еще есть».
Я: «Никаких шансов. И если папа узнает, то тебе крышка!»
Он: «Не узнает. Он же сегодня укатил в Москву».
Это вышка! С меня просто хватит! Я более не вынесу подобных фокусов! И отвечать этому безумному сталкеру больше не буду. Пусть там себе в темноте сидит и чахнет, а у меня дела поважнее есть, например, сон до самого утра. И ни разу больше про Макса Хана я не подумаю, чтобы он там о себе не возомнил. И мне он ни капельки не нравится. Ни грамма! Нисколечко! Просто нет и все — я иду в кровать, лажусь в нее и сплю!
Но время шло, а у внутри меня все бурлило и кипело. Кровь превратилась в лаву, из черепной коробки почти валил пар, а сама я была в паре шагов от того, чтобы свихнуться!
Четверть часа минула…
Я лежала на кровати. Хан все еще сидел в беседке, но сообщения больше мне не писал. Ждал с моря погоды, видимо. Как бы не сдох за этим делом, ведь я ни за что и никогда не поступлюсь гордостью и принципами ради какого-то там мужика, пусть и даже сногсшибательного, как сердечный приступ.
Еще пятнадцать минут мимо…
Я, кусая губы, смотрела на его поникший силуэт, но с места так и не сдвинулась.
Но спустя еще пятнадцать минут, Макс все-таки встал со насеста, оглянулся по сторонам, а затем понуро пошагал прочь от своего ночного поста.
И вот тут меня, как плитой железобетонной придавило. Я, как была, всего лишь в тоненькой шелковой пижамке, кинулась на выход из комнаты, успевая прихватить со спинки кровати только легкий халатик, и бросилась со всех ног бежать.
К нему!
Анализировать, почему я это делаю, не стала. Лишь старалась двигаться быстро и абсолютно бесшумно по давно заснувшему дому. Невидимой тенью скользнула не через входную дверь, а через заднюю террасу и припустила к той самой беседке, где так долго и покорно меня ждал Хан.
И не дождался…
Я, запыхавшись, разочарованно осматривала пустую лавку и почти что не плакала, злясь на себя за трусость и нерешительность. А теперь все — я не узнаю, зачем Макс приехал сюда, что хотел мне сказать и что со мной сделать. Я, дура, вернусь в свою комнату, хотя могла бы прямо сейчас тут с ним смачно ругаться, пререкаться и чувствовать себя до усрачки счастливой, а не вот это вот все!
— Даша, — услышала я за спиной тихий мужской голос и резко обернулась, а затем замерла, видя всего лишь в паре шагов от себя поджарую мужскую фигуру.
Что-то внутри меня со звоном треснуло и разбилось, а я резко выдохнула, когда парень решительно подался ко мне ближе. И вот мы уже дышим одним воздухом на двоих. Он пахнет грозой, темным шоколадом и карамелью…
Вау!
Но мне так страшно смотреть в его глаза…
— Так соскучилась или нет? — его хриплый шепот запускает волну электрических мурашек бродить по моему звенящему от шкалящих эмоций телу.
— Нет, — задыхаясь, отвечаю я и прячу глаза.
— Я так и знал, — заключив мое лицо в свои горячие ладони, произнес Макс, а затем резко сократил последние миллиметры между нами и накрыл мои губы своими губами.
А я, вместо того чтобы оттолкнуть наглеца, зачем-то обвила его руками за шею и покорно, со стоном, приоткрыла рот, пропуская его язык внутрь и за мгновение сходя с ума от облегчения.
Боже, да…
Сумасшествие, да!
Но какое сладкое.
И я позволяю себе на пару минут в нем раствориться. Полностью. Без оглядки на нормы морали и те слова, что я с запалом когда-то кричала этому парню. А теперь вот — я выгибаюсь в его руках и разрешаю себе ответить на этот безумный поцелуй. Касаюсь языком его языка и ловлю хлесткий удар молнии в позвоночник.
  
Боже!
Это за гранью!
И почему рядом с ним? Не понимаю, но продолжаю накачивать себя вкусом и запахом Хана, перебирать пальчиками короткие волоски на его затылке и сдерживать рвущиеся стоны. Но это невозможно! И мы в унисон мычим, не выдерживая сладости этой близости.