Истинная под елкой (СИ)

— Метка — не прыщ, — зло хрипит Ярослав, — Катя моя, губу закатай!
— О, смотри! Уже приходит в себя, — Игорь сбрасывает волка в снег, — значит, можешь идти сам!
— Блядь, ну ты и мудак, медведь, — рычит Яр, выпрямляется во весь рост.
И он голый…
Опускаю взгляд, стараясь не пялиться. Яр пошатывается, я позволяю ему опереться на себя. Мы быстро находим его машину.
— Садись за руль, — кидает мне ключи.
  
— Я? — обалдеваю. — Я водить не умею!
— Ничего сложного, — Игорь забирается на заднее сиденье и почти мгновенно засыпает. Яр плюхается на пассажирское.
— У тебя же есть права, — выдыхает мой волк, прикрывая глаза.
— ЭЙ! Я вообще-то… меня похитили! — возмущаюсь.
— Заводи, Катюша, — устало шепчет Яр.
Вставляю ключ в замок зажигания. Вспоминаю всё, чему меня учил инструктор. Я всегда была примерной девочкой. Но тут во мне что-то надламывается…
ВЖЖ!
— Как круто! — вжимаю педаль в пол, ощущение скорости кружит голову. — Ух ты!
— Катя… что ты делаешь⁈ — мужчины мгновенно просыпаются. Яр удивленно таращится на меня.
— Так классно водить! — у меня конкретно так сносит крышу.
Выкручиваю руль, гоню на всей скорости. Нереально кайфую! Мужчины рычат, пытаются меня остановить, а потом смиряются и просто молятся…
БАМ!
Ну, параллельной парковке меня так и на научили. Простите, Федот Петрович, из сто восемьдесят третьей квартиры, ваша «четверочка» немного помялась. Оборотни вываливаются из машины.
— Пиздец, — рычит Игорь, — ты ее зачем за руль посадил⁈
— Взгляни на нас! — орет на него Яр. — Катя говорила, что у нее есть права. Я думал, и водить умеет.
— Эй!
— Что? — оба хищно смотрят на меня. — Нас Мороз не прикончил, а ты могла…
— Ну, простите! — гордо вздёргиваю подбородок, направляюсь к подъезду.
А мне так понравилось ощущение скорости! Яр догоняет меня, прижимает к себе.
— Прости, малыш, — шепчет, целует в макушку, — ты нас спасла…
— Это ты спас меня… ой, а где Игорь?
— У него какие-то дела в городе…
Надеюсь, не мстить собрался кому-то из далекого прошлого.
— Я рада, что всё хорошо, — улыбаюсь, когда мы заходим, — и еще, что сегодня первое января, и никто не видел моего босса голым.
— Вещи куда-то пропали из машины, — хмыкает, затем красивое лицо волка озаряет понимание.
— ИГОРЬ! — выпаливаем в один голос.
— Пройдоха! — рычит волк, а я хихикаю.
Этот мишка кажется мне очень хорошим. И я от всей души желаю ему встретить свой второй шанс.
— Эх, веселый выдался Новый Год, — Яр устало садится за стол, — иди ко мне, моя сладкая…
— Ты ранен, — тем не менее, позволяю волку усадить меня к себе на колени.
Усаживаюсь удобнее, обвиваю руками широкие плечи.
— Я так испугалась за тебя, — шепчу, — мог бы и сказать, что вы регенерируете.
— Да как-то не было времени, — усмехается Яр, — я тоже безумно за тебя испугался, Кать. Знаешь… ты ведь мой свет.
Молчу.
— Моё солнце и моя луна. Это всё ты. Для оборотня нет никого ближе и важнее пары. Но ты… еще важнее, чем просто истинная. Моя жизнь принадлежит тебе.
— Почему… — срывается с губ.
— Потому что я не очень хороший волк, милая. И в прошлом совершил множество ошибок…
— Расскажи мне, — шепчу, покрывая поцелуями красивое, но бледное лицо своего волка, — всё расскажи…
Яр вздыхает. Ему тяжело поделиться сокровенным со мной.
— Ладно, слушай…
  
Глава 22
 
Яр
Я долго думал, как расскажу истинной о своем прошлом. Катя — светлый и добрый человечек, но…
Однако слова льются сами собой. Я выкладываю абсолютно всё: как предал своих вожаков и поплатился, как попытался искупить вину и убил собственную сестру.
И заканчиваю рассказом о смерти Аси и пророчестве маленькой ведьмы. И вот когда последнее слово сказано…
— Бедненький, — Катя берет меня за руку, — как же тебе было тяжело.
— Ты не думаешь, что я плохой? — задаю самый неудачный вопрос на свете, но именно это мне сейчас нужно.
— Нет, конечно! Все мы ошибаемся, — моя девочка кладет теплую ладошку на мою щеку, — главное, что ты изменился. И стал таким классным! Добрым, отзывчивым.
— Спасибо, — беру ее руку в свою и прижимаюсь губами.
Мы долго и жарко занимаемся любовью. Моя рана почти затянулась, а в присутствии истинной регенерация усиливается в разы. Я беру свою малышку на столе, потом в коридоре. В ванной и в постели…
Везде, где могу.
Все праздники мы не можем друг от друга оторваться. Я так счастлив, словами не описать! Катя показывает мне этот уютный и тёплый город. Странно… а ведь раньше он казался мне пустым и холодным.
Видимо, победа над Морозом сделала своё дело.
А когда девятого января мы с Катей вместе приезжаем на работу…
— Ярослав Владимирович! — Лада аж вся сияет. — Вы не поверите! Ой…
Она косится на пунцовую Катеньку рядом со мной. Еще бы! Я как следует присласкал её языком в машине. Было неудобно и жарко, но я не жалею. Готов любить и обожать свою истинную круглосуточно.
— Говори при ней, — приобнимаю Катюшу, — она моя…
Запинаюсь, хмурюсь. Я ведь кое-что приготовил. Парочку приятных сюрпризов для моей красавицы. И не хочу палиться.
— Девушка, — хмыкаю, прижимая к себе маленькую помощницу.
— Ой! А я хотела сказать, что у одной из волчиц стаи родился малыш! Сын! Проклятие спало, босс! — глаза Лады аж сияют.
— Наверняка из-за того, что Мороза больше нет, — улыбается Катенька.
— Мороза? — хлопает ресницами Лада.
— Да, — хмыкаю, — Катюш, пошли в офис, милая.
— Вы очень красивая пара, — довольно ухмыляется волчица, — когда пойдут волчата? Надеюсь, вы сообщите стае?
— В смысле? — разворачиваюсь.
— А вы не в курсе? Альфа Наиль не говорил?
— О чем?
— Он оставил вам послание, оно на столе, босс. Хорошего дня.
Беру Катеньку за руку, мы поднимаемся на наш этаж. В лифте не могу удержаться, жарко целую свою пару. Теперь понятно, почему мои альфы так тащились от своих истинных. Это нереальный кайф, вознесение на небеса.
Просто смотреть в ее ясные глаза, целовать сладкие губы, держать за руку и чувствовать, что твоя женщина доверяет. Раньше я не мог этого понять, а теперь познал самую большую радость для волка.
— Спасибо за то, что ты есть, моя милая… — шепчу на ее ушко, целую в висок.
— Я так люблю тебя, — лепечет, тянется за поцелуем.
Кто я такой, чтобы отказывать истинной?
С трудом получается выбраться из лифта. Вижу конверт на столе. Интересно, с каких пор Наиль пишет письма? Но сначала…
— Катюш, — лезу в пальто, долго копаюсь, — я хотел сказать… да где оно, блядь…
— Что?
— О! Вот, — нащупываю коробочку с кольцом и плюхаюсь на колени, — Катенька. Мы с тобой были одиноки. Оба страдали, каждый по-своему. Но этот Новый Год всё изменил. Дал надежду и шанс, который я ни за что не упущу. Ты мой свет. Моя луна. Истинная, которая успокоила моё сердце. Ты выйдешь за меня?
Катюша округляет глаза. Да, малышка, у нас, оборотней, всё происходит быстро.
— Да, — тихо произносит, протягивает пальчик.
— Боги, — надеваю кольцо, не верю своим глазам.
ОНА СОГЛАСИЛАСЬ!
— Катенька, — подхватываю ее на руки, кружу по кабинету, — но это не всё…
Она с надеждой смотрит на меня. А я лезу во второй карман, достаю ключи от машины.
— Сегодня мы с тобой сделаем все дела, а потом поедем смотреть наш собственный дом. В эти праздники я многое переосмыслил и понял, что должен делать. Так что, пока ты храпела в постельке, выбрал несколько вариантов…
— Это не сон? — Катя вдруг всхлипывает.
Эй! Я что-то не так сделал⁈
— Что такое⁈ — паникую.
  
— Ничего, просто… ты такой хороший. И я так люблю тебя, что… не могуууу! Ууууаааа! — плачет истинная, а я стою и не знаю, что делать.
В итоге просто обнимаю Катюшку. И глажу по голове, пока она не успокаивается.