Приключения Мартина Хьюитта

– И вы позволяли ему жить у вас?
– О, я не знаю. Я его боялась, а он являлся, когда хотел, и вёл себя по-хозяйски в доме. Я не могла от него избавиться, и он отпугивал других моих жильцов. – Она внезапно снова вспыхнула. – Разве этого недостаточно, чтобы привести кого угодно в отчаяние? Неужели вас это удивляет?
Она снова с усилием взяла себя в руки, а Хьюитт с инспектором обменялись взглядами.
  
– Если я не ошибаюсь, он был капитаном судна «Эгрет», верно? – спросил Хьюитт. – Потонувшего в Тихом океане около года назад?
– Да.
– Насколько я припоминаю, единственными спасшимися были он и местный парень, канак? [1]
– Да, спаслись только двое. И он был единственным, кто вернулся в Англию.
– Понятно. И мне кажется, тогда были слухи, что он не очень пострадал из-за того случая? Опять-таки, это были только слухи, которые могли не иметь никаких оснований.
– Да, – ответила миссис Бекл. – Я всё об этом знаю. Говорили, что судно было потоплено нарочно ради страховки. Но это не было правдой, иначе с чего бы страховая компания выплатила деньги? А из того, что я знаю сама, это не могло случиться. Эйбл Пуллин был достаточно мерзким негодяем, я знаю, но он бы позаботился о том, чтобы ему хорошо заплатили.
– Да, конечно. Но говорили, что так оно и было.
– Ничего подобного. Он явился сюда, как обычно, как только вернулся в Англию, и пока не нашёл новую работу, у него не было ни гроша. Я вынуждена была его содержать, поэтому я знаю. И он был трезв почти всё время, так как у него не было денег на выпивку. Вы думаете, если слухи были правдивы, он бы сидел без денег и не заставил владельцев и их партнёров заплатить или хотя бы предоставить ему новое судно? Только не он. Я слишком хорошо его знаю.
– Да, несомненно. Он только что вернулся из рейса, в который ушёл сразу после той истории?
– Да, с брига «Иоланта». Меньшее судно, чем он командовал обычно, и другие владельцы.
– Было ли у него много денег в этот раз?
– Нет. Он купил себе золотые часы и цепочку за границей, у него был перстень и несколько фунтов, кое-какие инструменты, и это всё, не считая одежды.
– Ну, это всё украдено, – сказал инспектор. – А у вас что-нибудь пропало?
– Нет.
– А у других жильцов?
– Нет, ни у кого.
– Очень хорошо, миссис Бекл. Мы теперь поговорим со служанкой, а потом я попрошу вас осмотреть весь дом с нами.
Служанку звали Сара Таффс. Она уже пришла в себя, и теперь была мрачной и неразговорчивой. Она ничего не хотела говорить.
– Вы сказали, что я не обязана говорить, если не хочу, и я не хочу.
Заявив это, она только и повторяла эту фразу. Один раз, однако, в ответ на вопрос о Фостере, она со злостью ответила:
– Если вас интересует мистер Фостер, вы его не найдёте. Он джентльмен, и я не собираюсь ничего вам говорить.
И это было всё.
Затем миссис Бекл провела инспектора, хирурга и Хьюитта по дому. На первом этаже и на лестнице всё было в идеальном порядке. Лестница, видимо, была подметена ещё до обнаружения преступления. Тем не менее Хьюитт и инспектор тщательно её осмотрели. На верхнем этаже помещались только две маленькие комнаты, которые были спальнями миссис Бекл и Сары Таффс. Ничего не пропало, и всё там было в порядке.
Второй этаж состоял из комнаты убитого, комнат мисс Уокер и мистера Фостера. Они уже видели комнату мисс Уокер, и теперь настало время проверить комнату Фостера.
Она показала неряшливые привычки своего жильца – всё содержимое комнаты было в полном беспорядке. Постельное бельё валялось на полу, стул был опрокинут. Хьюитт осмотрел комнату, и заметил вслух, что он нигде не видит висящей одежды.
– Нет, – ответила миссис Бекл, – последнее время он держал всё в сундуках.
– Сколько у него было сундуков? – спросил инспектор, – только два?
– Да, это всё.
Инспектор остановился и попробовал приподнять крышки сундуков.
– Оба заперты, – сказал он, – но я думаю, что при данных обстоятельствах мы вправе заглянуть в них.
Он вытащил связку ключей, но, перепробовав их все, открыть замки не смог. Тогда Хьюитт очень осторожно покрутил внутри замка спичкой, потом добыл из кармана небольшой крючок, и после некоторых усилий открыл оба замка и поднял крышки сундуков.
Миссис Бекл издала недоумённое восклицание, и инспектор посмотрел на неё с некоторым любопытством. В сундуках не было ничего, кроме кирпичей.
– Ага, – сказал инспектор, – мне приходилось видеть подобные сундуки с одеждой и раньше. Обычно у людей, которые не платят по счетам в отеле и подобных им. А вы, кстати, очень хороший взломщик, мистер Хьюитт. Я никогда не видел, чтобы замки открыли так быстро и чисто.
– Но я знаю, что у него было полно одежды, – запротестовала миссис Бекл, – я её видела!
– Может быть, очень может быть, – ответил инспектор. – Но сейчас её нет, и нет мистера Фостера.
– Но… но служанка не говорила, что у него были с собой узлы, когда он уходил сегодня?
– Нет, не говорила, но и не говорила, что их не было, верно? Она не желала вообще о нём говорить, и точка. Но даже если предположить, что он не забирал одежду сегодня, то это ни о чём не говорит. Одежда исчезла, а тот, кто планирует такого рода дело, – инспектор указал на дверь капитана, – избавится от неё раньше, чтобы ничто не мешало ему удрать после этого. Нет, мне кажется, что всё теперь ясно, и боюсь, что мистер Фостер – тот, кто нам нужен. В любом случае, я не хотел бы быть на его месте.
– Я тоже, – согласился Хьюитт. – Уликами подобного рода трудно пренебречь.
– Идёмте, миссис Бекл, – пригласил её инспектор, – вы не могли бы пройти в переднюю комнату с нами? Тело прикрыто ковром.
Ей не хотелось идти, это было видно. Однако она собралась с силами и последовала за мужчинами. Она бросила недоверчивый взгляд через дверь туда, где лежало тело, и решительно от него отвернулась.
– Его часы и цепочка пропали, вместе с тем, что было в его карманах, – сказал инспектор, – но вы, кажется, упоминали перстень?
– Да, массивный золотой перстень.
– Его тоже нет. Всё перевёрнуто вверх дном, и, наверное, что-то ещё украдено. Вы ничего не замечаете?
– Да, – ответила миссис Бекл, осматриваясь, но избегая смотреть в сторону накрытого ковром тела, – на каминной полке стоял секстант, это была его собственность, и он хранил ещё несколько инструментов в том ящике. – Она указала на один из опрокинутых ящиков, лежащих на полу. – Похоже, что они тоже исчезли. Ещё была небольшая модель корабля из слоновой кости, наверное, дорогая, её тоже нет. Не знаю насчёт его одежды – кое-что может быть украдено, а может, и нет.
Она подошла к кровати и подняла покрывало.
– О, и простынь тоже нет!
– Обычное дело, – заметил инспектор, – завернуть добычу в простыню – очень удобно. Что ещё пропало?
Хозяйка осмотрелась ещё раз и сказала с сомнением:
– Нет-нет, я не думаю. О, да! – вдруг добавила она, – дядюшкин крюк!
– О, – сказал инспектор с некоторым юмором, – он забрал дядюшкин крюк вместе со своим? Как выглядел дядюшкин крюк?
– Он не имел никакой ценности, – начала объяснять миссис Бекл, – но я хранила его как память. – Мой двоюродный дедушка, который умер много лет назад, тоже был капитаном судна. Он потерял левую руку в несчастном случае, и на её месте носил крюк, который сделали для него на его судне. Это был железный крюк, ввинченный в деревянное основание. Когда он последний раз заболел, он снял его и дал мне, чтобы я его хранила, пока он не выздоровеет. Однако он уже не выздоровел, а я с тех пор его хранила. Он висел на гвозде сбоку от каминной трубы.
  
– Доктор, есть ли какие-нибудь раны на теле, которые могли бы быть причинены крюком? – спросил инспектор.
– Нет никаких ран, кроме одной.
– Ладно, – проговорил инспектор, направляясь к двери, теперь мы должны разыскать Фостера, это понятно. Я этим займусь. Вы послали за людьми, чтобы забрать тело, да, доктор? Хорошо. Миссис Бекл, я надеюсь, у вас нет причин отправлять вашу прислугу из дому по каким-нибудь делам?