Дракон, девушка и гусь (СИ)

Застыли все. Даже нападавшие с недоумением смотрели на жалкие остатки моста.
Я же, казалось, забыл, как дышать. Сердце замерло, окутавшись болью. Разум никак не мог понять, куда делась карета.
— Мать, — рыкнул один из нападавших. — Добивайте этих!
Я обернулся, с безумием окинув взглядом поле боя. Успел понять, что нам не отбиться — из подмоги к нам успел перебраться лишь один шип, остальные улетели вместе с каретой в бурные потоки Стормы, — и, взревев, кинулся на врагов. Мне хотелось выплеснуть ужас и горе, что душили и лишали разума. К счастью, магически мы вымотались уже все, а в рукопашной шипы не самые последние воины. Жаль, что нас так мало осталось, но и врагов уже намного меньше, чем было в начале нападения.
  
Битва была короткой, но жесткой. От боли мутило, а мир периодически чернел. Это стало бы нашим концом, если бы на дороге не показался отряд. Он влетел в гущу сражения, без вопросов разя оставшихся разбойников.
Когда все было закончено, один из всадников подлетел ко мне. Спрыгнул с коня, схватил за плечи, заставляя смотреть себе в лицо, и чуть тряхнув, наверное, не удовлетворившись моим блуждающим взглядом, рыкнул:
— Где принцесса?
  
Глава 45
 
Глава 45
Эмилия
Все случилось в мгновение ока. Дверца кареты распахнулась, и из нее, как хрупкую фарфоровую куклу, извлекли гувернантку. Тень шипа в проеме вновь появилась, но схватить никого из нас он не успел, раздался оглушительный треск, и мост, верой и правдой служивший путникам десятилетиями, с предательским грохотом обрушился в бездну.
Я вцепилась в кричащую от ужаса Лили. Вода хлынула внутрь кареты, мгновенно затопив ее наполовину. Мы, задыхаясь и отчаянно борясь за каждый глоток воздуха, судорожно пытались выбраться из этой водяной ловушки.
Собрав последние силы, я потянула принцессу и выбралась на скользкую крышу кареты, которая с каждой секундой все глубже уходила под воду, прощаясь с этим миром. Холод пронизывал до костей, а отчаяние ледяными когтями сжимало сердце.
— Сейчас, — пролепетала Лили дрожащим голосом.
Ее маленькие пальчики, сжавшись в кулачок, выпустили слабый сгусток энергии, который прибил тонущую карету к берегу. Спрыгнув с крыши, мы, спотыкаясь и загребая ногами студеную воду, выбрались на твердую землю.
Едва достигнув берега, обессиленные и промокшие до нитки, рухнули на землю и так пролежали несколько долгих минут, пытаясь отдышаться и осознать случившееся. Лицо Лили было бледным как полотно, а глаза полны слез. Наконец, я, превозмогая слабость, приподнялась на локте.
— А нас далеко унесло, — с тревогой произнесла я, оглядываясь по сторонам.
Принцесса, до этого пребывавшая в состоянии оцепенения, вмиг насторожилась. Ее взгляд, обычно такой лучистый и беззаботный, сейчас был полон тревоги. Она прислушалась к звукам леса, пытаясь уловить в них какую-то угрозу.
— Меня хотели убить, — выдохнула она, — и это только начало.
Голос дрожал, выдавая не столько страх, сколько усталость.
— Как там Эмиль? — подняла голову к небу, ища там ответ.
В лице Лили мелькнуло что-то похожее на слабую улыбку:
— Он начальник шипов. Не переживай, его так просто не взять. Эмиль всегда умел позаботиться о себе и о своих. А вот что нам делать? — она огляделась.
— Лучше остаться и подождать, — проговорил я. — Нас наверняка ищут.
Лили покачала головой, ее волосы растрепались, обрамляя бледное лицо.
— Мили нас могут искать еще и бандиты, желающие мне смерти. И они куда опаснее. Они не остановятся ни перед чем. Моя голова — слишком лакомый кусок для них.
— Тогда надо идти вдоль реки. Наверняка отыщем поселение, добрые люди всегда найдутся, — уверенно заявил я.
— Нам бы как-то одежду высушить, а то зябко, — поежилась принцесса.
— Для этого лучше спрятаться, — предложил я.
Нужно было найти укромное место, где мы могли бы хоть немного согреться и высушить одежду, не привлекая лишнего внимания. Мы отыскали небольшую поляну, будто специально укрытую от посторонних глаз стеной густого леса. Сняв мокрые платья, аккуратно разложили их на траве, в надежде, что солнце и легкий ветерок помогут им быстро высохнуть. Сами же, дрожа от холода, прижались друг к другу, пытаясь согреться теплом тел.
— Представляешь, если нас найдут в таком виде? — хохотнула принцесса, стараясь разрядить напряженную обстановку.
В ее глазах мелькнула искра озорства, несмотря на все невзгоды.
— Лучше сразу под землю провалиться, — только покачала я головой, чувствуя, как краска смущения заливает щеки.
Мы, две девушки из разных миров, волей случая оказались в столь нелепой ситуации. Долго сидеть не стали, но, хотя солнышко уже давно ушло с зенита, отбрасывая длинные тени на поляну, наши платья все же достаточно просохли.
— Давай не будем надевать кринолинов. Слишком неудобно идти, — предложила Лили, сбрасывая с себя остатки королевского величия. — Практичность сейчас была важнее, чем соблюдение этикета.
Я с готовностью согласилась. Идти в этих громоздких нарядах по лесу было невыносимо. Легкая одежда, пусть и немного влажная, казалась теперь даром небес.
— Мили, а я тут подумала, — задумчиво произнесла Лили.
— Как у тебя получается думать в такой ситуации? — удивилась я, скривив губы в улыбке.
— Поэтому и подумала, — пояснила Лили, в ее голосе сквозила не то решимость, не то отчаяние. — Может, это знак?
— Какой знак? — нахмурилась, внимательно разглядывая подругу.
— Может, я смогу стать свободной, — прошептала Лили, и в ее глазах вспыхнул робкий огонек надежды.
— Лили! — покачала головой. — В мире не все так просто, как тебе кажется. Тебя любой может обидеть, даже дар не поможет. Да и искать тебя будут. Ты же принцесса!
— Поищут, а потом подумают, что я умерла, — мечтательно проговорила Лили, примеряя на себя эту мысль как новое платье. — И я буду жить в свое удовольствие. Без этих душных правил, без ненавистного жениха, без этой золотой клетки!
— Как же родные? Не жалко? — я попыталась достучаться до разума Лили, напомнить о долге, о любви.
— Жалко, — вздохнула Лили, и огонек в ее глазах немного померк.
Тень сомнения омрачила ее лицо. Она знала, что я права. Побег — это плохо, это больно для тех, кто ее любит.
Сумерки уже начали сгущаться, окрашивая листву в багряные и фиолетовые оттенки. Воздух наполнился прохладой и запахом прелой листвы, предвещая скорый приход ночи.
— Наверно, придется переночевать в лесу, — печально выдохнула я, чувствуя, как ноги гудят от усталости.
Каждая мышца ныла, требуя отдыха, и перспектива ночлега под открытым небом не радовала.
— А здесь водятся дикие звери? — прошептала Лили, прижимаясь ко мне поближе, в голосе слышался неподдельный страх.
— Не знаю, — ответила я, стараясь говорить бодро, хотя и сама испытывала беспокойство. — Но костер боязно разводить. Вдруг бандиты увидят.
Надежда почти угасла, когда вдруг вдали, сквозь плотную завесу деревьев, показались мерцающие огни.
— Лили, смотри! Там впереди деревня или просто живут люди!
Я запрыгала от счастья, как ребенок, забыв про усталость и страх. Сердце наполнилось волной восторга. Принцесса тоже оживилась, захлопав в ладоши и радостно вскрикнув.
— Горячая похлебка и крыша над головой нам обеспечены! — с уверенностью произнесла я, чувствуя, как силы возвращаются.
Предвкушение теплого очага и сытной еды подгоняло нас вперед, и мы поспешили навстречу спасительным огонькам, продираясь сквозь колючие кусты и перепрыгивая через упавшие деревья. Ночь больше не казалась такой страшной и безжалостной. Впереди нас ждала надежда.
    
Глава 46
 
Глава 46
Эмиль
Горячка боя не сразу позволила сообразить, кто передо мной. Этого человека, дракона, я видел всего раз и очень-очень давно, когда он еще не был королем. Высокий, худощавый, но в руках чувствуется сила. Лицо узкое и гладкое с пронзительно-синими глазами. Длинные темные волосы, собранные в хвост, разметались по плечам. Вид у Его Величества Брайана был совсем не королевский, но это странно скрадывало возраст, делая его похожим на взволнованного юнца.