Магический Компасс (ЛП)

В ней вскипело разочарование, и она с силой пнула главную дверь подошвой.
— Почему ты просто не откроешься, тупой кусок дерь… — Она замолчала на полуслове, когда рубиновая дверь бесшумно треснула, распахнулась, и Грейс ввалилась внутрь.
Я бросился за ней, боясь, что дверь закроется, оставив нас снаружи и разлучив с ней. Я не собирался так рисковать. Мы с Джейкобом проскочили целыми и невредимыми, и двери не закрылись.
  
Я поднял ошеломленную Грейс.
— Эта дверь открылась просто потому, что я попросила? Что за чертовщина? Какая дверь делает такие вещи? — Она бормотала, слова натыкались друг на друга. Это было очаровательно и напоминало мне ту Грейс, которую я помнил с детства. Сейчас она была такой сдержанной, закрытой, и мне нравился этот мимолетный проблеск её растерянности.
Она вцепилась руками в мою рубашку, прижимаясь к моему боку, и та часть меня, что была собственником, взревела. Я обнял её свободной рукой, поглаживая по спине, безмолвно успокаивая, прежде чем наконец сказать:
— Неважно, что произошло. Важно лишь то, что мы внутри и можем искать твою маму.
— Ты прав, — сказала она, слегка отстраняясь. — На мгновение потеряла концентрацию. Из-за этого места я чувствую себя странно.
Я окинул её взглядом, ища трещины в её броне. Но её глаза были сухими, лицо — бесстрастным. Я еще не видел, чтобы она плакала, и это… беспокоило меня. Супы плохо переносят подавление травмы. Не все из нас плачут, но все мы эмоциональны; мы кричим, ругаемся и деремся. Мы выплескиваем свое дерьмо наружу, а не держим внутри, где оно пожирает нас.
Грейс вела себя несвойственно себе. Она закрылась, и я понятия не имел, что произойдет, когда это перестанет быть вариантом. Но я буду рядом с ней. Срыв может быть неизбежен, но она не останется с ним один на один. Я позволил ей отступить, давая ту свободу, которой она желала, хотя это шло вразрез со всеми моими инстинктами.
Глубоко вздохнув, она повернулась, чтобы идти вглубь рубинового города, но тут же обернулась и коснулась открытых ворот.
— Закройся, пожалуйста. — Её голос был легким и мягким, на этот раз в нем не было приказа. Но это не имело значения — ворота бесшумно закрылись.
— Ну, провалиться мне на этом месте, — сказал Джейкоб, и на его лице впервые отразилось замешательство. — Никто не сможет это объяснить.
Я проглотил ответ, потому что что я мог возразить? Грейс всегда была супом с самыми заурядными способностями среднего уровня. Помимо таланта целителя, она никогда не проявляла способностей за пределами нормы. Подобные демонстрации обычно случались с Джессой и Брекстоном, со сверхъестественными существами, наделенными не просто обычной душой. Что наводило на вопрос: кто же такая Грейс на самом деле?
Глава 6
ГРЕЙС КАРТЕР
Я могла управлять рубиновыми дверями. Совершенно нормально, правда? Может, мне стоило попробовать это еще несколько лет назад — просить неодушевленные предметы исполнять мою волю. Я тратила уйму энергии, открывая двери сама и убираясь в своей комнате. Быть целителем, вероятно, было не моим истинным призванием. Я могла бы стать геммологом, возвращающим камни к жизни.
Круговорот мыслей довел меня почти до истерики, пока я изо всех сил старалась контролировать все те части меня, что были в ужасе. Еще сегодня утром я думала, что умру — во мне пробудились тени и лед, а теперь я в Волшебной стране, с Тайсоном — моей парой, — и заставляю рубиновые двери двигаться. Можете называть меня персонажем сказки.
Без сомнения, для мира Компассов это был вполне обычный день. Наверное, стоило учесть это, когда я пыталась понять, как у меня всё это получается. Спишу всё на близость к Четверняшкам. Это объяснение не хуже любого другого.
Оба парня смотрели на меня одинаковым взглядом. В нем не было ничего плохого — скорее много интереса и трепета, но мне всё равно было не по себе. Я не привыкла быть в центре внимания. И я не привыкла быть той, кто спасает положение секретными крутыми навыками. Я была целителем, которую увезли из Стратфорда в шестнадцать лет, обучали на дому, давали частное образование в искусстве исцеления и фактически изолировали от сверхъестественного мира. Я всегда чувствовала себя посторонней и, вероятно, всегда буду.
Я не спасала положение.
Ты спасла жизнь Миши, — напомнил тихий голос внутри.
А следом другой добавил: Ты не спасла Кардию.
С самой битвы с королем драконов я старалась не думать о вампирше, которую убили прямо у меня на глазах. Нас сблизило наше положение в стае; мы обе были чужаками. Даже Миша, выросшая как человек, казалась большей частью всего этого. Она — близнец Джессы, она — оборотень, она важна для них. Я видела это, когда она чуть не умерла. Кардия ненавидела её больше всех из-за Максимуса. Она верила, что он так и не забыл Мишу, и эта боль, должно быть, съедала её, хоть она никогда об этом не говорила.
Из-за собственного чувства вины я не спрашивала, как дела у Максимуса или Миши. Уверена, я многое пропустила. В плену меня не интересовало ничего, кроме собственной боли. Я была почти уверена, что больше никого из них не увижу. Но теперь… теперь у меня был еще один шанс. Может, я смогу найти свое место в их стае. Я отличный целитель. Я чувствую тончайшие нюансы боли супа, могу точно определить проблему и исправить её в меру своих сил. Благодаря домашнему обучению и тренировкам я была чертовски хороша в своей специальности. Но после Кардии я потеряла к этому вкус, а потом Тревор еще сильнее разрушил мою целительскую сторону.
Я найду дорогу назад. Я не позволю ему влиять на меня из могилы. Я не дам ему победить.
В моих шагах появилась новая уверенность, когда я отвернулась от закрытых теперь ворот и направилась в город. С обеих сторон от меня пристроились Компассы.
— Довольно круто, маленькая ведьма, — пробормотал Тайсон, наклонившись к самому моему уху.
Я подавила двойное желание улыбнуться и броситься в его объятия. Он делал всё, чтобы мне хотелось касаться его — постоянно. Но это была плохая идея. Я была слишком сломлена и должна была разобраться в себе, прежде чем потеряться в нашей связи.
Нам обоим нужно было время.
Но… проклятье. Почему он должен быть таким идеальным? Не только внешне, не только потому, что он один из немногих мужчин, рядом с которыми я чувствовала себя защищенной, но и благодаря доброте его сердца и души. Тому, как он всегда заботился о животных в лесу, ухаживал за деревьями, отдавал столько же, сколько получал. Тому, как пристально он наблюдал за мной. Как прикрывал мне спину. Я видела, как он изо всех сил старается заботиться о мне, не посягая на свободу, которой я так жаждала. Тот факт, что он вообще пытался… что ж, это значило для меня всё.
Первое, что я заметила в Тайсоне еще подростком, было его чувство юмора. Он всегда улыбался этой кривоватой улыбкой с ямочками. В четырнадцать его мальчишеская внешность была прекрасной, но более невинной. Теперь в нем не осталось ничего мягкого или невинного — и мне, пожалуй, нравились обе версии.
— Ты теперь больше похож на своих братьев. — Слова вылетели раньше, чем я успела их остановить, но когда они отозвались эхом, я поняла, насколько это правда. Не во всем, конечно, но пропасть между их личностями сокращалась. Интересно, связано ли это с их связью. Я видела, как они объединяются, и это была магия совершенно иного уровня, истинное сочетание силы, энергии и первобытной мощи.
  
Тайсон задел меня плечом, и мое тело отреагировало мгновенно… кожа заколола, ладони увлажнились, внизу живота всё сжалось.
— Наша связь Четверки меняет нас, — сказал он, подтверждая мои мысли. — У нас нет «чистых» душ. Видимо, каждый из нас несет в себе души четырех рас супов, и сейчас мы начинаем превращаться в этот странный гибрид.