Найди меня, если сможешь (СИ)

Мой Робин Гуд быстро прошмыгнул в кусты, где уверенным движением достал металлическую стрелу из колчана, на его тонких губах заблестела шальная улыбка. Да, знаю, этот лихорадочный взгляд и легкую дрожь в теле, а еще знаю, что чувство эйфории действует как алкоголь, опьяняя сознание. Велор не понимает, что творит! Он ведь целится прямо в сердце графу профессору! Ни одно место не стоит такого риска, тут все спятили! Дальше я действовала на инстинктах, то есть, не осознавая всю тяжесть последствий…
Как всегда в жизни бывает, везет совсем не вовремя. В кои-то веки я без падения осилила прыжок через кусты, успела стянуть шлем с головы и с криком «держите!» кинуть его в опешившего профессора. В момент, когда он распахнул свои синие очи, перед ним наверняка пронеслась вся его недолгая преподавательская жизнь. Стреле мужчина не удивился совсем и каким-то образом заставил ее упасть к своим ногам, а вот железный шлем привел его, как бы помягче сказать, в неописуемый ни одними ругательствами восторг.
Я неспортивная, с трудом всегда сдавала нормативы, но в этот раз в бросок вложила всю свою силу. Только глазомер подвел, поэтому шлем угодил в водосточную трубу, пробив ее насквозь. Пока профессор пытался осознать происходящее, на него из приличной дырки полилась застоявшаяся ржавая вода.
Я стояла напротив и удивлялась выдержке мужчины, его глаза не дрогнули, даже не моргнули! А сам мужчина не отошел в сторону, не стер крупинки ржавчины с лица, а смотрел прямо на меня синими яркими глазами в полнейшем удивлении. Вокруг все замерло в гнетущей тишине, словно кто-то нажал на пульте жизни «стоп». Вот бы еще перемотку придумали, потому что после такого меня не просто не примут, меня внесут во все черные списки ВУЗов, а потом покажут по телевизору в скандальной передаче. Синие глаза сверкнули злобой. Нет, меня просто не выпустят с этого двора живой.
– Профессор Альман? – подошел какой-то лысеющий дедок в черном балахоне, едва не упав, запутавшись в полах. Мне, наверное, показалось, но в голосе была  плохо скрываемая радость.  – Кто это устроил?
Еще не поздно сделать вид, что я тут просто прогуливалась? А шлем вообще не мой, зачем деве шлем, они носят только платья и сумки с косметичками! Только я почему-то не смогла сойти с места, для верности, подергала ногами, но они приклеились к земле. Между тем профессор отошел от шока, сделал шаг ко мне и прожег очередным злым взглядом. Ух, вблизи еще страшнее! Какой граф Орлов, это же настоящий комиссар ВЧК!
– Ппростите, – произнесла я, пытаясь сделать невинный взгляд. – В вас летела стрела.
– И вы решили запустить шлем, чтобы добить меня? – голос звучал строго, но странно, что мужчина не орал. Просто уточнял, как ни в чем не бывало, точно ли я хотела его грохнуть. – Вы промахнулись, леди.  
Прошипел красавчик, а потом щелкнул пальцами, и вся вода у меня на глазах испарилась. Только оранжевые чешуйки забавно подрагивали на ветру, прилипнув к светлой коже лица. Мужчина скривившись, повернулся ко мне спиной, поднимая упавшую у его ног стрелу. Чертовщина какая! Кто этот профессор? Где он научился останавливать взглядом предметы, а одежду сушить?! Неужели тут такие учителя, что даже законы физики им поддаются?!
Без разницы, мне уже не прикоснуться к хранилищу знаний, не услышать звонок, зовущий на пару, не постоять в очереди в буфет… Я уже горестно вздохнула, но профессор, отошедший вместе с дедком в балахоне, резко развернулся.
– Почему стоите? Не теряйте времени,  – прикрикнул темноволосый красавчик с замашками властелина всея мира. В пристальном взгляде было много недовольства, зато препод из комиссии благожелательно улыбался, посматривая на своего молодого коллегу. – Вы оглохли?
– Меня… отправят домой? – прошептала я, и уже не знала, так ли хочу обучаться здесь. Представить не могу, как буду ходить на пары к такому профессору.
– Нет, – резко ответил он. – Профессор наблюдайте за испытанием, пока я все объясню светлейшей. А вы должны идти за мной.
Посмотрел так, словно ткнул тараном. Слова звучали как приказ, и я, о чудо, реально смогла сделать шаг! Высокая фигура мужчины будто плыла над землей, лучи солнца отражались от блестящего камзола, заставляя заворожено смотреть преподавателю в спину. Держу пари, он здесь никому не нравился. Между тем профессор завернул за угол, направившись к дубовому столу с горой бумаг. Только к моему великому сожалению здесь не было свидетелей, то есть никого из комиссии. В горле сразу начало першить, а в коленях появилась дрожь только от одного понимания ­– я наедине с ним. Где все вообще?
 
Тут я в попытке найти живых развернулась и внезапно прозрела. У человеческого организма есть такой инстинкт выживания, тяга к жизни заложена на уровне генов, именно она позволяет активировать скрытые ресурсы, отключиться от происходящего и бороться до конца. Кажется, сегодня, занимаясь попыткой спасти жизнь на экзамене, я не заметила главного ­ – все вокруг горело неистовым синим пламенем! А над местом, где мы ползли с Робином Гудом по песочку лицом вниз, летали алебарды,  с периодичностью в минуту сменяясь острыми десятисантиметровыми иглами, а в небе летал самый настоящий дракон, плюясь на всех ядовитой слюной! Почему ядовитой? Потому что на несчастных абитуриентов, что еще бегали по полю, разъело одежду!  
– Где я… – прошептала, ища дверь на выход. Явно мне напекло в голову солнце. Я споткнулась на ступеньках и стукнулась головой. Точно! Я наверняка в отключке до сих пор лежу на ступенях… – Это не может быть правдой…
– Почему же? – усмехнулся профессор Альман, смотря в мои округлившиеся глаза и не без удовольствия улыбаясь. – Вы хотели поступить в высшее учебное заведение, вам это удалось. Но я уже вижу, что вы не сможете освоить все науки в этом месте. Могу гарантировать, вы пожалеете о своем выборе факультета, светлейшая.
Внутри что-то встрепенулось. Я была в самом настоящем бреду, но врожденное и воспитанное долгими годами обучения в школе желание быть лучшей для всех сейчас дало пару пощечин. Софи, этот красавчик практически напрямую дал понять – тебе здесь не место! Ррр! Он мне угрожал учебой?! Считал глупышкой, случайно попавшей на экзамен?!
– Впрочем, вы уже не можете отказаться. Профессор Гугинос, гарпия его принесла, так не вовремя пришел, и уже отправил сигнал в Академию, так что я уже не поверну события вспять. По правилам, при успешном прохождении испытания абитуриент становится учеником первого курса немедленно, –отчеканил мужчина, собирая листы в кучку и подвигая их мне.  – Сущая формальность. Прошу вашу подпись.
– То есть как… я успешно прошла испытание? – голос звучал неуверенно, от моего голоса снова скривился этот Альман. Никакого такта! Что за тип?! Я, между прочим, тут вообще случайно, а его воротит от любого моего действия! – Я же кинула в вас шлем…
–  Вы разве сожалеете о содеянном? – усмехнулся мужчина, уставившись на меня. В этот момент я на все сто пятьдесят процентов была уверена, что ничего бы не поменяла в прошлом. Может быть, только поточнее прицелилась. – Слушайте, светлейшая Софи, всем известно, что на испытании нужно либо добыть кристаллы, пройдя тропу испытаний, либо удивить кого-то из профессоров. Поздравляю, ваш расчет оказался верным, вы меня удивили, хотя с такой меткостью я бы вас к себе на факультет не взял. Но правила есть правила. Подпишите договор, не задерживайте меня.
Длинные пальцы в очередной раз придвинули к краю стола несколько желтоватых бумаг. Я сделала шаг поближе, всматриваясь в строки. Договор на оказание образовательных услуг Лионорской академии универсальной магии. Факультет боевой магии светлых и темных сил. Первый курс.
 
– Мама… – слетело с губ. Это не тот вуз и совсем не тот факультет. Черт побери, это вообще другой мир!
– Потом порадуйтесь, для слез счастья будет целая ночь, – снова торопил меня профессор Альман. – Софи, вы хотите и дальше издеваться надо мной?
Нет, то есть да… Что же делать?!
– Простите, я поступала на исторический.