Зов пустоты

— Забыть? — с горечью прошептала я. — Вы не первый, кто предлагает мне забыть. Только это жестоко, не находите? Оставить за спиной человека, которому отдал сердце, из-за того, что на него решили переложить чужую вину. Нет, магистр Эйлеан, это невозможно.
— Тогда присутствуйте. Только не думаю, что граф Вейран будет этому рад. Не каждому понравится, когда на него смотрят в трудную минуту. Это обязывает держать лицо, знаете ли.
Я не понимала, чего от меня хочет магистр. Непросто разговаривать с кем-то безликим. Когда есть только этот серый балахон — и все, ничего больше. Непросто — и удушающе страшно. Но после этого дня я разучусь бояться. Раз и навсегда. Потому что ничего страшнее уже не случится.
— Ждите здесь, — сказал магистр. — Вас позовут. А мне нужно подготовиться.
И пошел к двери, а я так и осталась стоять посреди комнаты с чувством, будто меня только что осушили до дна. Затем впервые огляделась вокруг. Два кресла, массивный стол, багровый ковер на полу, темная обивка стен. Не хотелось бы мне работать в таком кабинете! Зато он, наверное, много говорил о своем хозяине. О том, что это за человек. Магистр Эйлеан был совсем не похож на доброго, светлого магистра Таймуса. Не был он похож и на молодого магистра тьмы, по которому вздыхала не одна девушка в коллеже. Он был каким-то… иным. Я не знаю, как еще назвать ощущения, которые охватывали меня рядом с ним. Страшно, жутко, непривычно. Пусто…
Неизвестно, сколько я так просидела. В какой-то момент появилась тень, и передо мной поставили графин с водой и стакан. Только сейчас поняла, что хочу пить. Есть не хотелось. Наоборот, тошнота поднималась откуда-то изнутри. Жуткая, едкая, пронзающая. А когда тень появилась в дверях во второй раз, я поняла: пора.
Следом за безмолвным провожатым я спустилась на первый этаж. Но вместо того, чтобы остаться в зале, меня провели по переплетению коридоров к выходу. Неужели врата находятся снаружи? Почему тогда их никто не видел? Мы действительно оказались позади башни. Магистр Эйлеан уже был там. А перед ним… прямо из земли выросла арка. Готова поклясться, когда я глазела на башню через решетку забора, никакой арки тут не было.
А с другой стороны к нам уже двигалась процессия. Впереди шли двое представителей тайной службы, за ними — Анри со связанными за спиной руками и еще двое магов. Анри заметил меня, замер на мгновение — и получил тычок в спину.
— Пошевеливайся, — рыкнул толкнувший его маг.
— Попридержите коней, месье Враден, — обратился к нему магистр пустоты. — Анри Вейран и так осужден, ни к чему проявлять свою силу перед беззащитным.
Маг покаянно опустил голову. Я же боялась пошевелиться и не знала, что мне делать.
— Граф Анри Вейран, — снова заговорил магистр, — вы были приговорены верховным судом Гарандии к заключению в пустоте. Хочу сказать вам следующее. Раз люди не смогли рассудить, виновны вы или нет, то пусть это сделает высшая сила. Пустота справедлива, и, если вы невиновны, найдете выход обратно в наш мир. Если же виновны, сочувствую вам, потому что пустота не знает пощады. В качестве последней милости позволяю вам попрощаться с вашей невестой, которая проявила чудеса храбрости, чтобы сохранить вам жизнь, и великое мужество, чтобы сейчас быть здесь. Освободите ему руки, граф Вейран — человек чести и не станет убегать.
Охрана переглянулась, но спорить с магистром никто не рискнул, поэтому мгновение спустя путы на руках Анри исчезли сами собой, и я бросилась к нему. Он прижал меня к груди, а я хватала ртом воздух и боялась задохнуться. Больно, как же больно!
— Спасибо, Полли, — прошептал Анри. — Я рад, что могу попрощаться с тобой.
— Ты вернешься. Ведь правда? Вернешься?
— Вряд ли. — Он грустно улыбнулся. — Но я хочу, чтобы ты знала. Я люблю тебя больше жизни и надеюсь, что ты встретишь того, с кем будешь счастлива.
— Нет, Анри!
— Да, Полли. Не жди меня. Не надо.
— Не говори так!
По щекам покатились предательские слезы, а ведь я обещала себе быть сильной. Не получилось…
 
— Время, — произнес неумолимый магистр.
— Прощай, — тихо сказал Анри.
— До встречи.
Он поцеловал меня — так, как целуют в последний раз в жизни, а затем обернулся к магистру:
— Открывайте уже врата.
Тот кивнул, поднял руки на уровень груди, и земля под ногами задрожала. Я вскрикнула, а арка засветилась, и на месте пустого провала вдруг очутилась дверь. Магистр опустил на нее обе ладони, прочитал заклинание, и тряска прекратилась, а дверь открылась с мерзким скрипом.
— Прощай, — в последний раз сказал мне Анри и пошел к двери. Он казался спокойным, хоть я и понимала, что это не так. Но Анри не был бы собой, если бы выказал хоть каплю страха. У самой двери он обернулся, улыбнулся мне — и шагнул в пустоту.
— Нет, — прошептала я, закрывая лицо руками. — Пожалуйста, нет.
Раздался глухой звук. Дверь захлопнулась, отделив меня от человека, которого любила. Стражники попрощались с магистром и удалились. Остались только я и он. Магистр замер передо мной на мгновение — и пошел к башне.
— Подождите, — поспешила за ним и схватила за рукав балахона. — Скажите, что там, в пустоте?
— Там? — Магистр Эйлеан чуть обернулся. — Свой мир с жестокими законами, Полина. Иногда крайне жестокими. Люди сами заполняют пустоту тем, что они боятся в ней увидеть, не так ли?
Сердце болезненно сжалось. Я не знала, что ему ответить.
— Анри вернется?
— У него есть такой шанс. Но лучше рассчитывайте, что нет. И даже если граф Вейран однажды найдет выход, он станет другим человеком. Пустота меняет, уж я-то знаю. А теперь мне пора, мадемуазель Лерьер. Уходите, а возвращайтесь тогда, когда услышите туманный колокол. Если ваш жених найдет путь назад и если к тому времени он все еще будет вам нужен, вы встретитесь вновь. Но на это могут уйти годы. Поэтому лучше послушайте его — найдите другого, создайте семью и будьте счастливы.
И магистр дернулся, чтобы уйти, а у меня было еще столько вопросов!
— Да постойте же вы! — С силой дернула за балахон.
Капюшон слетел с головы моего собеседника, и я беззвучно прошептала:
— Пьер?
Нет, это не могло быть правдой! Пьер же защищал Анри в присутствии магистра. Да и схожесть была крайне расплывчатая. У магистра Эйлеана волосы были серебристыми, как лунный свет, и опускались ниже плеч. И глаза были другими — тоже оттенка серебра. И лицо, которое на первый взгляд показалось таким знакомым, при более пристальном внимании выглядело тоньше, аристократичнее. Но в глазах магистра я читала правду.
— Значит, нам придется поговорить, — хмуро сказал он. — Иди за мной, Полли.
И зашагал к башне. Я бросилась следом, мечтая, чтобы это оказалось сном. Просто сном, который был — и закончился, растаял с рассветом. Вот только мой собеседник был реален. Слишком реален! И я не знала, как с этим быть.
Мы снова миновали знакомые коридоры, только в кабинет магистра подниматься не стали. Вместо этого прошли в личные комнаты. Это сразу стало понятно, потому что после серых и темных цветов здесь было куда светлее и даже уютнее. Пьер толкнул дверь в гостиную.
— Присаживайся, — указал мне на большое кресло, а сам сел напротив. Я заметила, что голос его снова стал прежним и принадлежал Пьеру, а не магистру. Что все это значит?
— Думаю, у тебя есть вопросы, — хмуро сказал мой недавний друг, неожиданно ставший чужим человеком.
— Есть, — тихо ответила я.
— Так задай их.
— Как? — Это, наверное, был один из основных вопросов, которые следовало задать Пьеру.
Тот задумчиво крутил в пальцах серебристую прядь волос.
 
— Что тебе ответить? Начну, наверное, с начала. Когда я услышал о смерти Таймуса, то находился очень далеко. А когда вернулся в столицу, выяснилось, что убийца найден. Только что-то не давало мне покоя, и я решил сам проверить, виновен ли Анри Вейран. Мне как-то не верилось, что он смог справиться с таким опытным магом, как Таймус. Вот я и искал… Решил, что ты-то должна знать нечто полезное. Так мы и познакомились.