Зов пустоты

— Не стоит торопить события, — ответила я. — Пока что я хочу одного — чтобы меня оставили в покое.
И ушла, даже не пожелав доброй ночи. Очень хотелось выпалить матушке в лицо, что ее планам с моим удачным браком в любом случае не суждено сбыться. Пусть поблагодарит судью Вайхеса. Никому не нужна светлая магичка, которая не блюла себя до свадьбы. Для темных все проще. У них магическая инициация проходит как раз через постель, и чем раньше, тем лучше. Но темных становилось все меньше. И я, увы и ах, к ним не относилась.
Я бы, возможно, и не возвращалась домой, только куда легче будет искать убийцу магистра Таймуса, если все будут считать, что Полина Лерьер смирилась с приговором суда и забыла о своем пропащем женихе. Надо уметь держать лицо. Это та наука, которую моя матушка преподала мне в совершенстве. Вот только с чего начать? Наверное, с окружения Анри. Кто-то же подставил его под удар. Осталась самая малость — узнать кто.
Сны снились тяжелые и тревожные. Я стояла у башни пустоты, а передо мной замерла вроде знакомая фигура. Почудилось, что Анри. Я кинулась к серому призраку — и попала в объятия магистра Эйлеана.
— Тебе здесь не место, — сказал он. — Жди, когда зазвонит колокол. Жди.
  
ГЛАВА 3
 
Полина
Утром я долго лежала и смотрела в потолок. Мысли в голове ползли вяло, как мухи по оконному стеклу. Я не могла не думать об Анри. О Филе, который оказался где-то далеко. О Пьере, который предпочел обманывать меня, прикрываясь маской друга. Кто следующий? Кто следующий меня оставит? Но нужно было найти в себе силы жить дальше. Это было нелегко — и необходимо. Я не сломаюсь. Не имею права. Не для того пережила эти страшные, невыносимые дни, чтобы сдаться сейчас.
Заставила себя встать. Позвала служанок, и они тут же захлопотали вокруг, спрашивая, какое платье предпочту надеть, какую хочу прическу. А мне было все равно. Настолько, что сама себе поражалась. Взглянула в зеркало — в нем отразилась незнакомая девушка в платье цвета зеленого яблока, с подобранными русыми локонами. В ней не было ничего общего с Полиной Лерьер. Она даже выглядела старше. Я улыбнулась — и девушка улыбнулась в ответ.
— Матушка спустится к завтраку? — спросила служанок.
— Баронесса уехала рано утром, — ответила одна из них.
Куда же? Разве мне кто-то докладывал? Мать никогда не посвящала меня в нюансы личной жизни. Сказать, что сильно расстроилась? Конечно нет. Скорее испытала нечто вроде облегчения. Приказала накрывать завтрак в малой столовой, а голова была занята разительными переменами, которые случились со мной всего за несколько дней. Наверное, так и бывает, когда рушатся иллюзии. Болезненно, неотвратимо, но иногда необходимо.
За завтраком ела мало. Пробовала то одно, то другое блюдо в надежде, что проснется аппетит, но еда казалась похожей на безвкусную тянучку. Вдруг у двери возникло какое-то оживление.
— Мадемуазель Лерьер, — появился на пороге слуга, — герцог Дареаль просит вас принять его незамедлительно.
Герцог Дареаль? Первой реакцией был ужас. Но потом с удивлением осознала, что испугалась будто по привычке. А на самом деле было все равно. Что теперь может герцог? Он и так отнял у меня все на свете.
— Передайте, что я буду рада, если его светлость присоединится ко мне за завтраком, — ответила я.
— Но ваша матушка… — пробормотал было слуга, — будет недовольна.
Конечно, неприлично юной девушке наедине беседовать с мужчиной. Но дом полон слуг, а герцог казался мне благороднее некоторых судейских, хоть я и ненавидела его.
— Просите! И пусть на стол поставят еще один прибор.
Кажется, я схожу с ума. Как иначе объяснить, что не трепещу перед герцогом? Что принимаю его без позволения матери? В конце концов, если сейчас он захочет меня арестовать, никто не сумеет ему помешать. А следом за слугой уже появился мой недавний кошмар. Такой же, каким я запомнила его на суде: черный, как ворон, немного утомленный, но взгляд цепкий и собранный.
 
— Добрый день, мадемуазель Лерьер, — поклонился он.
— Здравствуйте, господин главный дознаватель, — ответила я. — Не ожидала вашего визита.
— Простите, что нарушаю приличия, но я приехал, как только узнал, что вы вернулись домой.
Хорошо хоть не стал будить посреди ночи. И на том спасибо.
— Присаживайтесь. — Я приторно улыбалась. Улыбка намертво приклеилась к лицу — как бы потом не пришлось смывать с мылом. Дождалась, пока герцог сядет напротив, и махнула рукой, приказывая прислуге налить ему чай. А Дареаль изучал меня, чуть склонив голову набок, будто большой пес или волк, который взял след добычи.
— Чему обязана столь раннему визиту? — спросила спокойно. — Все ли ладно во вверенной вам службе?
— Вашими молитвами, — ответил Дареаль, но прищур его стал еще более хищным. — Думаю, вы и так понимаете, зачем я здесь, мадемуазель Лерьер.
— Понятия не имею, — пожала плечами. — Кажется, вы вчера поспособствовали тому, чтобы моего жениха отправили в пустоту. Я думала, на этом вопросы исчерпаны.
— Увы, вопросов осталось больше, чем ответов.
Я осторожно глотнула остывающий чай.
— Попробуйте пирожные, — сказала гостю. — Они особенно удались.
Ради приличия Дареалю пришлось выпить немного чаю прежде, чем продолжить ненавязчивый допрос. А я успела сделать выводы. Первый — он здесь неофициально, иначе не сидел бы со мной за одним столом, а допрашивал в управлении. Второй — в деле Анри не все так ясно, как пытались выставить на суде. И Дареаль это понимает, но по какой-то причине решил не вмешиваться.
— Итак? — Решила, что хватит играть в гляделки.
— Я все-таки хотел бы задать вам несколько вопросов, раз уж вы перестали от меня скрываться, — хмуро ответил герцог.
— Я не скрывалась. Вы просто плохо искали.
Он зло уставился на меня. Что ж, находить врагов — это тоже талант. Видимо, я как раз подыскала одного.
— И где же вы были, позвольте узнать?
— Там же, где и все, — в зале суда.
— Так почему же не выступили как свидетель защиты?
— Потому что меня никто не желал слушать.
И снова потянулась к чаю. Дареаль отвел взгляд. Признавал мою правоту?
— Так какие у вас вопросы? — Решила, что хватит тянуть кота за хвост.
— Что вам известно об убийстве магистра Таймуса? — угрюмо спросил главный дознаватель.
— Что Анри не виноват. А кто виноват, должен был выяснить суд. Но вы заткнули рот простым людям, прикрывая свою ошибку. Так ведь удобнее. Правда, ваша светлость?
— Вы не правы, мадемуазель Лерьер. Если бы у меня были доказательства невиновности графа Вейрана, я бы не настаивал на обвинительном приговоре.
Я удивленно замерла. Значит ли это, что как раз герцог действовал исключительно в рамках закона? Я вспомнила, как он сомневался там, на судебном заседании. Но уже поздно.
— Ничего не изменить, — сказала тихо. — Но я верю, что рано или поздно настоящий убийца получит по заслугам.
— Если вы знаете что-то, что может в этом помочь, расскажите, Полина, — попросил Дареаль.
— Анри и так вам все сказал. Это было темное заклинание, проведенное через зеркало. Неужели в столице много магов, которые могут совершить подобное? Это ведь огромный уровень силы.
— Вы правы. Что ж, если вам станет что-либо известно, вы знаете, где меня искать. Только не приходите в управление. Лучше домой.
Даже так? Магистрат не дал герцогу разрешения на расследование? Или Дареаль боится навлечь немилость на свою голову?
— Хорошо, — ответила я. — Если вдруг что-то узнаю, сообщу. И я рада, что вы пытаетесь поступить по совести, герцог Дареаль. Правда, ни Анри, ни его родителям это уже не поможет.
 
— Последний вопрос, мадемуазель Лерьер, и я избавлю вас от своего присутствия.
— Какой же? — насторожилась я.
— Где находится Филипп Вейран?
— Понятия не имею, — едва сдержала торжествующую улыбку. До Фила вам не добраться, господин дознаватель! — И в любом случае не сказала бы. Оставьте Филиппа в покое, вы и так лишили его всего, чего могли. Давайте закончим на этом, я устала.