Жемчужина пустыни (СИ)

Что тут ответить… Надеялась на лучшее, пока терпение не кончилось.
Женщина расплакалась — до икоты и рваных судорожных вдохов. Это немного отрезвило Бориса. Он обнял сестру, стараясь успокоить её, и пообещал поднять всех на уши.
Незамедлительно!
  
Глава 39
 
Накопленная за весь день усталость разморила меня и, удобно устроившись на широкой груди Саида, я незаметно для себя задремала, под убаюкивающие ритмичные удары его сильного сердца и ласковые поглаживания по волосам.
…Проснулась от нежных поцелуев, покрывающих моё лицо. По ощущениям спала от силы полчаса.
Открыв глаза, наткнулась на улыбающийся взгляд Саида. Он навис надо мной сверху. И сначала подумала, что разбудил, желая продолжить, а потом услышала, как в спальню настойчиво стучатся — видимо, что-то срочное.
— Не хотелось тревожить твой сон… ты так крепко прижималась ко мне… Сейчас узнаю, в чём дело и вернусь, — поднявшись с постели, надел на себя штаны. — Укройся и не высовывайся отсюда, — он задёрнул объёмный тюль, который висит на боковых стойках по всему периметру кровати.
Я села, завернувшись в простыню.
Тем временем Саид открыл дверь.
— Господин… — донёсся учтивый голос слуги.
— Что случилось, Расим?
— Приехали ваши родители, — сообщил тот.
«Они ведь послезавтра собирались приехать, насколько знаю».
— Родители… — он тоже удивился, судя по растерянному голосу.
— Да, господин Мухаммад ожидает вас в гостиной, а госпожа Ирам пошла к вашей первой жене.
— Передай моему отцу, что я сейчас подойду. Подготовь спальни и накрой на стол на террасе, женщинам и детям — в комнате Халимы, для них в первую очередь.
— Будет сделано.
Как только слуга ушёл, я встала с кровати.
Почему-то Саид выглядит озадаченным и как будто даже расстроен (интересно, чем?). Прислонился спиной к двери, хмурится и о чём-то усиленно думает.
Я приблизилась к нему.
— Всё в порядке? — осторожно прикоснулась к его плечу.
— Надеюсь… — уклончиво ответил, вздохнув. На меня не смотрит. — Оденься, Диана. Отведу тебя к Халиме, познакомишься с моей матерью. И огромная просьба: прояви уважение, внимание, тактичность — не перебивай, не спорь, выбирай выражения, когда она будет спрашивать что-либо, а вопросы у неё возникнут…
«Об этом мог не просить».
* * *
Если честно, я разволновалась перед встречей с матерью Саида. Не то что бы мне важно произвести приятное впечатление, но всё же не хочется «упасть лицом в грязь». Хотя думать об этом странно…
— Сынок! — женщина радостно воскликнула, стоило нам войти в спальню Халимы.
«Сынок… там мило…» — для мам их дети навсегда остаются детьми, сколько бы лет им ни было.
Саид обнял мать и поцеловал в лоб. Наблюдать столь тёплые нежные отношения приятно.
«Всё бы отдала за возможность увидеть свою маму…».
— Значит, это и есть твоя невеста, — она переключила всё внимание на меня.
Подошла. Рассматривает с интересом.
Я же стараюсь не слишком явно изучать её… Выглядит женщина довольно молодо на фоне взрослого сына, на вид не больше пятидесяти лет. Симпатичная, яркая, ухоженная, статная. Совсем не похожа на арабку: глаза золотисто-карие, оттенка янтаря, кожа не очень смуглая, да и черты лица утончённые, ближе к европейским (теперь ясно, почему Саид имеет такую внешность, в результате смешения кровей). И кто она по национальности? Возраст тоже интересует.
— Знакомься, мам, это Диана.
— Красивое имя, и девушку выбрал себе красивую.
— Госпожа… — я склонила голову.
— А ты мне уже нравишься, но давай обойдёмся без этих обращений. Просто Ирам, — женщина мягко улыбнулась.
— Как хотите.
— Оставлю вас, — вмешался Саид, собираясь уйти.
— Подожди, — она ухватила сына за рукав туники. — Почему Алия не пришла?
— Алия наказана, и не выйдет из своей спальни до свадьбы.
— Что опять натворила эта глупая девчонка? — Ирам разозлилась. Очевидно, младшую невестку не жалует.
— Обсудим позже, отец ждёт.
 
— Хотя бы внучек я могу увидеть?
— Конечно. Это не проблема, — он посмотрел на жену: — Халима, пойдём со мной, заберёшь детей.
Стоило им выйти, ко мне подбежали Ясмина и Лабиба (при папе девочки ведут себя тихо и скромно, когда разговаривают взрослые — помалкивают).
— Диана, скорее, снимай платок, — говорят в один голос. Нетерпеливо тянут меня за руки.
— Сейчас-сейчас, — знаю, что они хотят — снова будут играть в парикмахеров, а я в качестве модели выступаю.
Мы устроились на диване, и девочки увлечённо начали заплетать мои волосы.
— Смотрю, ты нашла общий язык с дочерьми Саида, — с восхищением сказала Ирам. — Это очень хорошо.
— Я люблю детей.
— Любить чужих детей непросто… Та же Алия, кроме себя, вообще никого не замечает, весь мир должен крутиться вокруг её важной персоны. Мне кажется, ей и собственные дочки не нужны, а были бы сыновья — вовсе задрала бы нос от гордости.
«Всё может быть».
— Не послушал он нас, женился на ней — теперь сам не рад. Надеюсь, ты сделаешь его по-настоящему счастливым.
Ответить нечего. Будущее размыто и неизвестно…
— Халима успела рассказать о тебе… — задумчиво произнесла она.
— Всё рассказала?
— Полагаю, да.
— И то, как я оказалась здесь — тоже?
— Диана, Саид такой, какой есть, и другим не станет, если чего-то хочет, то добьётся этого любыми путями. С детства упрямый, целеустремлённый, с несгибаемым волевым характером, всегда поступает по-своему — весь в отца. Смирись — это единственный выход.
«Кто бы сомневался: как мать, оправдывает сына, защищая его интересы» — но говорить об этом нет желания, тем более при детях.
О чём же спросить её? Молчание напрягает.
— А давай, я расскажу о нём. Возможно, изменишь своё мнение.
«Халима уже пыталась, только это не помогло» — впрочем, выслушать мне несложно.
  
Глава 40
 
— Заставляешь долго ждать себя… — недовольно сказал Мухаммад, хмуро взглянув на сына, как только тот вошёл в гостиную.
— Отец… — он приветственно кивнул.
Они пожали друг другу руки, по-мужски обнялись. И присели в кресла.
— Я не стал предупреждать тебя о нашем приезде… да и отдых пришлось прервать ввиду грядущих событий…
— В чём проблема? — Саиду не понравилось направление его мысли.
— Не торопишься ли ты со свадьбой? — озвучил возникшие сомнения Мухаммад.
— Думаешь, если вы с матерью внезапно приехали, то что-то вдруг изменится? Я всё уже решил, и отказываться от своих планов не собираюсь, — резко ответил ему сын.
— Ты никогда не прислушивался к чужому мнению, идёшь до конца… — задумчиво произнёс отец.
— Ну, раз хорошо знаешь мой характер, так похожий на твой, тем более — к чему этот разговор?
— Зачем тебе эта женщина?
— Странный вопрос… — «люблю Диану, какой-то дикой необузданной любовью, прикипел всей душой, и дальнейшей жизни не представляю, сдохну без неё» — подумал про себя. Впрочем, кому-либо и что-либо доказывать Саид не станет, всё равно поступит по-своему.
— Двух жён недостаточно? Лично я был против твоей женитьбы во второй раз… а тут… опять ошарашил новостью… Что с тобой происходит, сын? Ты же…
— Ясно, — усмехнулся он, перебив отца. — Хочешь отговорить от этого брака?
— Пытаюсь отговорить от ошибки, — Мухаммад гнёт свою линию. — Из наложниц в жёны — не слишком ли много привилегий? Или девушка беременна? В этом причина?
— Нет, но очень надеюсь, что в скором времени она родит мне сына. А моё решение взять ЕЁ в жёны — не ошибка. Никогда ни в чём не был так уверен.
 
— Ничего не понимаю… К чему такая срочность? Досталась она тебе в качестве подарка, как сам говорил, жениться-то зачем? И пока не получу внятного ответа — не отстану.
— Тебе и не надо понимать, прими как данность.