Пацан. Воин. Маг. Сражайся или умри! (СИ)
— Ладно, — прервал спор Сашка. — Пошли к нашим. Тут мозгой подумать надо.
К обозу они возвращались молча. Каждый думал, что сделать, как решить задачу, которая кажется нерешаемой.
«Кабаны» и люди Кроу ждали их, собравшись в одну толпу. И сам Рыжий стоит с обмотанной башкой. И Кабан с дубиной в руке.
— Ну, что там? — спросил он, видя нахмуренные лица парней.
— Ща будет кравища! Там собиратели «мясного» налога. Их там всего-то штук пятьдесят. Готовьтесь к драке, мы их порвем на британский флаг!
Кабан кивнул, он уже отвык сомневаться в словах Бугра. Если тот сказал порвем, значит, порвем.
Димка вздохнул и открыл рот попросить, чтобы нашли ему кувшин вина.
— Эй, погоди-ка, — подал вдруг голос Рыжий Кроу. — Сколько их там ты сказал? Полсотни? А колдунов сколько? Не меньше трех, я думаю.
— Нет уж, — он помотал забинтованной головой. — Вы как хотите, а я своих людей на смерть не поведу!
— Так, — негромко пробормотал Сашка. — Похоже, у нас бунт на корабле…
Но Андрон подавил ростки сопротивления своему авторитету в зародыше. Он шагнул к Рыжему и, глядя в налитые кровью бычьи глаза, прошипел:
— А сопливые девочки, обосравшие подштанники, могут остаться здесь и плакать в кустиках. Или звать мамочку. Понятно?
Он перевел взгляд, в котором кипел огонь (Сашке показалось, что даже искры в этот момент из его глаз летели) на остальных разбойников и голосом, об который можно было ножи точить, рявкнул:
— Я сам всё сделаю! Вы будете на подхвате! Как перебью колдунов — свистну, прибежите помогать трофеи собирать. Ясно? Или здесь кто-то через голову плохо понимает? Может объяснить через другое место?! — Андрон сжал кулаки и шагнул вперед.
Друзья встали у него за спиной. Димка надувал щеки и делал страшные глаза, Сашка взял в руки лютню — любой музыкальный инструмент можно сделать ударным. Разбойники отшатнулись, и Рыжий Кроу тоже. Просто не выдержали напора, того сгустка ярости, в который превратился Андрон.
Кто-то из «кабанов», кажется, это был Мих, громко прошептал:
— Как только он начнет рукава закатывать — бегите!
— Кабан! Я видел, у нас в одной из телег сеть рыбацкая есть? — спросил вдруг Димка.
Все, включая Рыжего Кроу, облегченно выдохнули.
— Есть, — ответил Кабан. — Но она старая, дырявая…
— Пойдет и такая!
— Идея появилась? — догадался Сашка. — Делись!
— Понимаешь, я заметил: колдунам, чтобы колдовать, надо руками махать.
— А, понял! — улыбнулся Сашка. — Кабан, а на черта вы с собой сеть таскаете по лесам?
— Ну, дык, — замялся тот. — На халяву досталась, не бросать же. Мало ли, вдруг пригодится.
— Точно! Молодец! — заверил его Димка. — Тащи сеть!
— Значит, план битвы такой, — громко объявил Сашка. — Все слушаем сюда.
Коротко, доходчиво, самыми простыми словами он объяснил кто и что должен будет делать. Остальное — бой покажет…
Они снова стояли втроем у высокой березы.
— Нет, я против! — в третий раз сказал Сашка.
— Диман, ты на себя посмотри, немочь зеленая, — поддержал его Андрон. — Куда тебе пить-то сейчас?! Ты же опять чудить начнешь, а там девчонки!
Кажется, этот довод смог убедить друга, он с сожалением посмотрел на кувшин вина в своей руке и поставил его на землю.
— Давайте уже, хреначьте меня по башке! — поторопил друзей Андрон. — Солнце скоро сядет, я что, в темноте буду за черными бегать?
— Погоди, Андрон, — идея использовать лютню в новой, так сказать, функции, не оставляла Сашку. — Ты можешь не успеть добежать до колдунов, они тебя раньше отхилят, чем ты их сетью повяжешь. Давай по-другому попробуем!
— Как по-другому? — удивился Андрон. — У тебя хрань есть?
— Не совсем. Но кое-что другое есть, если подумать.
— Да давай уже, делай, что ты там напридумывал! Быстрее, — Андрон нетерпеливо пнул свернутую в тугой клубок рыболовную сеть, лежащую рядом.
Сашка уже начинал ощущать, когда лютня заряжена и готова на чудеса.
— Ты на них ветер хочешь нагнать или ручей заморозить? — спросил Димка. — А как это Андрону поможет?
— Да подожди ты, не мешай, — Сашка перебирал струны, отвечавшие мелодичным звоном и покалыванием в кончиках пальцев.
Здесь нужна особая песня. Такая, чтобы могла влить в Андрона накопленную инструментом хрань и сделать его Сабзиро Непобедимым… Один аккорд, другой. А нет, эта не подойдет… Как назло, ничего толкового в голову не приходит. Крутятся какие-то строчки, обрывки мелодий. А что, если…
И он резко ударил по струнам:
Никто не знает, как её зовут,
Никто не видел, как она смеётся.
Закутавшись в зелёную листву,
Она пугливо прячется от солнца…
В глазах её вселенская печаль
И океан несбывшихся желаний.
А рядом с нею кошка невзначай
Уснула на расправленном диване.
Ей проще быть невидимой и злой,
Ее никто не вспомнит, не заметит…
Сашка пел, старался, лютня звенела. И ничего не происходило. И вдруг.
— Да ты его в стелс загоняешь, — восторженно заорал Димка. — Смотри! Смотри!
И Сашка увидел. У Андрона исчезли ноги. Тело от пояса и выше стояло, глупо моргая глазами, а ног не было!
— Ебааа, это три-пятнадцать! — прошептал полу-невидимка обалдело, рассматривая себя. — Пой, Сашка!
И Сашка дал. Его голос окреп, лютня заиграла живее. С каждым аккордом стали исчезать новые фрагменты тела друга. Сначала кисти рук, потом локти, плечи… живот… грудь… шея… Дольше всего оставались видны радостно выпученные глаза. А потом и они исчезли.
Ей проще быть невидимой и злой,
Ее никто не вспомнит, не заметит…
Она пройдет серебряной косой,
за нею пробежит бродяга-ветер…
И каждый, ей отмеченный, умрет,
И каждый, ей отмеченный, запомнит,
куда бежит дорожка под Луной
и на кого собака волком воет…
— Андрон! Ты в полном стелсе, я тебя вообще не вижу! — сообщил Димка. — Только твою дубинку.
— Саня! Ты молоток! — раздался голос из пустоты. — Ух, теперь я им устрою!
Сашка опустил лютню, почувствовал, что больше он ничего уже не сможет. Пальцы жгло не по-децки, опять. Зато получилось!
— Андрон! А ты теперь Сабзиро или просто невидимка? — полюбопытствовал Димка.
В ответ раздалось энергичное «хе!», а потом звук упавшего тела.
— Ну, никак у меня этот маваша гири не получается! — услышали они расстроенный голос друга. — Но ерунда, я им и без Сабзиро врежу! Я побежал, ждите сигнала!
— Стой! — крикнул Димка, глядя на быстро удаляющуюся дубинку. — Сеть забыл!
Дубинка вернулась. Туго свернутый клубок рыбацкого инструмента поднялся в воздух и из него донеслось зловещее:
— Ща будет кравища!
Первыми попали под раздачу дозорные черных. Один из них заинтересовался, что это там в траве шевелится и шуршит, словно большой клубок катится сам по себе. Наклонился рассмотреть и не успел рта раскрыть, как получил по затылку дубинкой. И рухнул в траву.
Второй, удивленно посмотрев на упавшего товарища, сообразил, что происходит что-то странное и схватился за меч. Он был очень высоким, этот гвардеец, а Андрону не хотелось прыгать и тянуться. Поэтому дылда услышал из пустоты перед собой:
«Извини, мужик, но больно ты длинный!»
А потом гвардейцу прилетело между ног, и он выпустил меч, обеими руками схватившись за самое дорогое. Набрал в легкие воздуха, чтобы заорать от боли, но не успел. Получил дубинкой по затылку и лег рядом с товарищем…
Незримая опасность в кровавых красках заката приближалась к спокойному лагерю собирателей «мясного» налога…
Был самый приятный момент дня — ужин. А потом можно и с девчонками развлечься, когда они еще в школу попадут, а тут столько умелых и опытных учителей! Веселые разговоры, шуточки, звяканье ложек, обмен предвкушающими намеками. Кто-то уже начал выбирать глазами, с кем из пленных девчонок начнет, на кого перейдет и на ком закончит.