Печать Света или Зарница Нового мира (СИ)

От стоящего грохота и ярости Небес дрожала земля, но устойчивости в ногах я не потеряла, а наоборот почувствовала себя ещё более стойкой и непоколебимой. И это чувство росло с каждой новой вспышкой. А ведь они почти слились в одну, заполнив почти всё небо!
И когда уже Свет почти прорезал собой всё, что мог, и почти рухнул вниз, дабы поглотить и моря, и земли, я испугалась. Испугалась, что не выдержу всего этого или этот Свет просто уничтожит всё собой, следуя моему тайному желанию изничтожить всю дрянь этого мира.
— Ири! — раздалось тут же за спиной, заставляя обернутся.
Рядом со мной прямо в воздухе висела Мила. Нет, не висела. Левитировала. Вся окружённая Истинной Тьмой, но с белыми глазами. Моя милая подруга здесь! Она не позволит мне оступится.
— Верно, — кивнула та, — я рядом. Так что ничего не бойся. Истинный Свет не причинит боль тому, кто этого не заслужил. Даже тёмным. Ведь Тьма есть Свет.
— Как Свет есть Тьма, — ответила я ей и отпустила то, что пыталась подсознательно сдержать.
И Свет небес охватил весь мир. Затопил собой, стирая боль, злость и вообще всё плохое, даруя спокойствие и ощущение дома, позволяя душе запеть от счастья. А все те, кто звал и молил, кричал и сгорал в агонии… они ушли. Он забрал их с собой, подарил покой и свою любовь.
Слушая их облегчение, чувствуя их свободу, я плакала громко и навзрыд, сжимаемая подругой в объятьях. Ибо всё прошло, всё позади. Зарница свершилась, а новые жители этого мира обрели свой дом. Я словно видела и ощущала каждого из них, поэтому могла быть за это уверенной и спокойной.
А вся оставшаяся боль и грязь — их смоет Свет уже к началу нового дня. Такова Зарница в истинном своём значении. И такова моя роль для этого мира, вдруг ставшего нам домом.
________________________________________
* Иш кур гуа тассар — с древнего языка Тэасс, Тэа и первых Светлых можно перевести как «Во имя истинного Света».
Глава 59.
Мы появились в гостиной покоев моей семьи во дворце Гэвиаса. Там были все наши — мои мужья и мужья Милы. Если вторые были спокойны, то первые места себе не находили. И стоило им меня увидеть, как больше для них уже ничего не существовало. Так что я просто утонула в обнимашках, поцелуях и их чувствах, от который прямо звенели наши Связи.
— Как же ты нас испугала, — выдохнул облегчённо Лайин, когда все более-менее успокоились. Правда, время от времени прикасались ко мне и принюхивались.
— Простите, — почему-то силы резко меня покинули, заставляя расплыться в объятьях Рэинтила и Сэя, которые всячески меня проверяли своей магией, согревая и высушивая. Оказывается, я очень сильно промокла от брызг волн. — Зарница явила себя.
— Да, мы почувствовали, — хмыкнул Ринтас, потирая грудь, будто его что-то там беспокоило. — И поверь мне, очень явно.
— Главное, что всё прошло так, как и должно, — отозвался на это хмурый Роуш.
— Я бы так не сказала, — хмыкнула Мила, чем привлекла к себе внимание. Её тоже тискали её мужчины, но менее яро, чем меня — мои. И сейчас она сидела в руках своего васпия, пока её приобнимали и целовали дроу и оборотень. — Вы говорите, что Зарница — это явление, при котором мир принимает к себе новых детей.
— Верно, — согласился с ней удивительно спокойный Рэинтил. А ведь раньше он почти ядом готов был плеваться в сторону всего тёмного и хоть как-то связанного с Тьмой. Надо же, как он изменился всё же. Как снаружи, так и изнутри.
— Так вот, — продолжила подруга, — в этот раз Ири усилила Её. Она пожелала, чтобы была так же стёрта и вся грязь, скопившаяся за все столетия отсутствия Тэасс и Грэасс в этом мире. И у неё получилось, — довольно подмигнула мне она. — Остальное уже работа ваших Правителей — улаживание конфликтов, недопониманий, устранение последствий грязных деяний, — и очень мгногозначительно посмотрела на Гэлдара.
Я тоже обернулась к Старшему супругу, мысленно спрашивая о причинах таких слов и взглядов подруги. Оказалось, что Гэвиас тут же бросился проверять и узнавать всё, что услышал и увидел, пока я прижимала и сдерживала Сультаса. И то, что узнали его подданые…
 
Мне напомнили историю, когда целые деревни и даже город был стёрт с лица земли исчезновениями и нахождениями изувеченных трупов. Тогда всё списывали на делишки тёмных и дерзкую охоту работорговцев. Но оказалось всё куда хуже и прозаичнее — их для себя и своих утех похищал именно Сультас!
Мучал, истязал, насиловал и медленно убивал в своё удовольствие. Его не интересовал возраст, пол, силы или раса тех жертв, что к нему попадали после каждого его «хочу». Даже тёмные иногда попадали под такое желание безумца, что не мало удивило ищеек и дознавателей, хорошенько подошедших к этому делу и нашедших все тайники, гроты и тайные убежища этого урода.
А в какой кошмар впали все, кто с этим был так или иначе связан. Правители — столько лет такое проглядывать у себя под носом! Знать — часть из них оказалась замешана в подобном, да ещё и с обеих сторон силы! Простые жители миры — многие наконец узнали судьбу своих пропавших родных и дорогих.
Вот им-то было больнее всего. И эта боль отзывалась уже тлеющим угольком в груди моего милого Рэинтила. Но он молчал и тихо обнимал меня, пока нам всё рассказывали. Гэлдар многим поделился, а когда поймал взгляд побратима, на мгновение осёкся, прежде чем произнести:
— Прости.
— Всё уже в прошлом, — постарался улыбнулся мой солнечный эльф, но боль в душе ещё не прошла.
Я обернулась к нему и прижалась так сильно, как только могла. Хотелось, чтобы ему стало лучше, чтобы всем пережившим этот ужас стало легче. Пусть это и невозможно.
— Значит, — нахмурился милкин дракон, — ты тоже пострадал? Если так, то тебе стоит заглянуть в найденные нашими сторонами списки, чтобы найти имена…
— Не стоит, — оборвал его Рэин. — Я и так знаю, что остался один.
— Один? — переспросил огненноглазый муж Милы. — Может тогда скажешь имя своего рода?
— Ищите имя Рэинтинваль элиф Тьянва и всё, что с ним связано, — только и смог выдавил мой милый ушастик, потираясь о мою ладонь, которой я прижалась к его щеке в успокаивающей ласке. Даже поймал её и прижал, иногда целуя.
— Род элиф Тьянва! — ахнул демон и переглянулся с васпием. Кажется, они уже всё поняли, поэтому больше никто ничего не стал спрашивать. Вот и хорошо, не надо больше мучить старые раны моего мужа.
— Есть ещё одно событие, — через минуту тишины отозвался хмурый Гэлдар. Мне вообще его состояние не нравилось — слишком напряжён и мрачен. Неужели, что-то уже ужасное нашли? — В одном из казематов… во время налёта нашей армии и союзников, во время освобождения пленных… В общем, мы многих смогли спасти только благодаря твоему Свету и силе Зарницы. И теперь все ирлинги благодарны тебе вдвойне.
— Гэлд? — мне не понравилось, что он не договорил, словно что-то скрыл. Ужасное в своей сути, но и в чём-то хорошее, раз меня благодарят. — Что вы там нашли?
Муж чуть помолчал, словно собираясь с мыслями, а я замерла в ожидании потрясений. И было чего ожидать:
— Гэвиас пошёл за твоей силой в один из коридоров того каземата… — у меня чуть сердце не оборвалось на этой паузе. — В одной из пыточных была… его тиэли.
Я не удержала всхлип и зажала рот ладонью. Мила же вообще подскочила на ноги и с ужасом посмотрела на моего ирлинга, а потом на своих мужей, ожидая их обречённых кивков.
— Если бы не твоя воля и желание, она бы умерла, — муж шагнул ко мне и рухнул на колени, тут же прижимая меня к себе и утыкаясь лицом мне в живот. — Она умирала, Ири, почти ушла за Грань, когда он почувствовал её… — сдавленно шептал и плакал. Тихо и сдержано. И его боль была пропитано страхом.
 
Боги, какого же едва найти своё самое драгоценное, но видеть, как оно уже уходит навсегда. Зная, что значит для каждого из них пара… я прижалась в ответ к своему такому гордому мужчине и сама тихо плакала.
— Пройдёт не мало времени, чтобы Её Величество вернулась к полному здоровью, — заговорил Роуш, не выдержавший мой взгляд полный мольбы и вопроса «как она?». — Но худшее позади, да и воспоминания чуть подтёрты.