Печать Света или Зарница Нового мира (СИ)

— В этом они правы, — ирлинг, наконец, поднялся с колен и занял своё место — с него ему было легче достать до тележки и передать мне симпатичное светло-сиреневое с зелёными вкраплениями кусочков фруктов пирожное.
Благодарно кивнув, я принялась за десерт с особым усилием, но в мыслях всё равно была где-то там же, где сейчас страдал молодой оборотень. Прошу, Боги этого мира, не забирайте его, пусть будет сильнее своего недуга! Мне бы хотелось посмотреть на него и его волка, да и вообще увидеть деревню оборотней!
Может, смогу отвлечься от навалившихся на меня осознаний, а заодно есть шанс поспрашивать о Миле и вообще пустить весточку, чтобы узнать — тут она или нет. Если тут — сказать, что и я здесь. Если нет… А вот об этом думать не хотелось от слова «совсем».
В любом случае, посетить ту деревушку захотелось очень сильно. Настолько, что в груди в какой-то момент начало неприятно печь.
Глава 8.
Запив пироженку прохладным напитком, очень похожим на вишнёво-смородиновый морс, я попыталась ещё и затушить это противное чувство. Возникало такое ощущение, словно изжога начинается. Вот только не в желудке, а в районе сердца. И всё равно так же противно.
Благо моих еле сдерживаемых кривляний никто не заметил. Рэин как-то странно смотрел в пустоту перед собой, а Гэлд застыл в ожидании того, что будет делать или говорить после своей прострации эльф. Может это то самое «сообщение», которое тот ждал от своего коллеги? В любом случае, для меня сейчас это было хорошим прикрытием. Даже ещё один бокальчик морса выпила, стараясь делать это спокойно, а не залпом.
Ярко-бирюзовые глаза блондина вернули себе осмысленность и остроту ещё через минуту напряжённой тишины. Но судя по его серьёзности, не стоит ожидать приятных новостей.
— Эльтил сделал всё, что мог. Тело Канреса исцелилось без неприятных дальнейших последствий. Магический осмотр так же не показал никаких следов воздействий ни ядов, ни заклинаний, ни проклятий — ничего! — точно и чётко стал рассказывать Рэинтил, не размениваясь на описания. Только факты, пусть я их понимала с тем грузом книг, что успела прочитать за свою не такую уж долгую жизнь, но… почему меня что-то тревожит в услышанном? Потому, что не бывает дыма без огня? — Ритила тоже ничего не нашла. Разум цел, он словно впал в спячку, подобную трансу. И снова ни единого следа постороннего или его собственного воздействия.
Мужчина сложил руки на стол и переплёл пальцы замком, хмуря тёмные брови. Как странно пошутила Природа — платиновый блонд и чёрные брови. Вроде красиво, ему идёт, но как так получилось? Магия? Гены?
— Ни магического, ни ментального воздействия, — повторила я про себя, поставив пустой бокал слишком громко, что заставило Рэина оторваться от созерцания собственных рук и посмотреть точно на меня. Как бы странно это не звучало, но за всей серьёзностью и внимательностью на его лице в его глазах я увидела мягкость и восхищение. Он словно наслаждался тем, что видел. Может от того, что, как сказал Гэлд, я и его пара?
Но я отвлеклась от мыслей. А они сейчас должны найти зацепку, что так упорно ускользала. Кажется, если хорошенько припомнить, то Мила часто говорила после прочтения романов, что человек — да многие существа в принципе — состоит из трёх частей: тело, разум и душа. И что-то из этого всегда страдает, отчего идёт влияние на остальные две. Бывает даже так, что это самое влияние совершенно незаметно!
— Могу я кое-что уточнить? — осторожно поинтересовалась я у недо-мужей. Те кивнули, всё это время не упуская возможности меня «оглаживать» едва ли не любящими взглядами. — У вас очень сильна вера в Богов? — вопрос их явно озадачил — Гэлд нахмурился, а Рэинтил озадаченно вскинул брови. — Ну там… Они создали всех нас, и мы носим в себе их частичку, называемую душой и тому подобное… нет?
— Ты права, мы верим в наших Богов, потому что Они реальны и являют себя и свою волю через многое, что нас окружает. Главное — заметить это. Иногда и замечать не приходится, настолько всё очевидно. А для невидящих и непонимающих есть жрецы и оракулы, которые могут помочь разобраться, — ответил мне ирлинг. — Но тебя беспокоит не это, а сам факт нашей веры, я прав?
 
— Да. Было бы сложно объяснить мои мысли, не верь вы в Богов, — усмехнулась я, хотя было немного несмешно.
— В вашем мире не верят? — проницательно заметил Рэинтил.
— Верят, но их так мало. Так вот, — отмахнулась от ненужной сейчас информации, — я вспомнила, что подруга как-то сказала о трёх составляющих нашей сущности. Каждое существо имеет их, даже самое злое и испорченное, — сказала и тут же столкнулась с одной стороны — от ирлинга — с непониманием, а с другой — от эльфа — с настороженностью. Кажется, он уже начинает понимать, к чему я клоню всё это время. — Это тело, разум и душа. Если что-то задето, то остальное тоже страдает в той или иной степени. Иногда незаметно, а иногда почти смертельно.
Рэинтил едва дождался конца фразы. Вскочил на ноги, чуть не опрокинув стул, а потом быстрым широким шагом направился к окну. Удивительно властный взмах руки, и с кончиков его пальцев срывается стайка серебряных искорок. Они сделали прощальный круг и вылетели в раскрытое окно.
Ого! Очередное проявление магии заставило меня затаить дыхание. Хм, что это были за искорки? Может, это что-то на подобии того вестника, о котором мужчина упоминал? Типа магическая смс-ка? Круто! Интересно, а как быстро она долетает до адресата?
— Как думаешь, кто мог тронуть душу? Это вообще возможно? Если окажется, что Ири права, а в этом я почти не сомневаюсь, ни один жрец, мало-мальски имеющий сильную связь со Светлыми Богами, не сможет помочь, — хмуро отозвался Гэлд, приняв свою любимую позу.
— Никто не сможет, — отозвался от окна Рэин. Эльф так и не повернулся к нам. А по его слишком уж прямой спине мне было много понятно. Всё же даже сын хорошего знакомого имеет для них не простое значение. На сердце становится даже чуточку лучше.
— А его пара? — почему-то спросила я, расценив свои ощущения от переживаний мужчин и их прекрасного морального облика в моих глазах именно как действие нашей парности на меня. Вот и подумалось… — Его пара может ему помочь?
Эльф резко развернулся, как-то задумчиво на меня уставившись. А вот Гэлд помрачнел ещё сильнее. Неужели…?
— У него не пары, — глухо и даже как-то хрипло выдал крылатик. — И никогда не будет.
— Как это? — что-то этот момент меня откровенно ужаснул. — Оборотень из волков и без возможности иметь пару… Она отказалась от него? — предположила самое худшее, что аж у самой руки в миг похолодели.
Не знаю, что увидели мужчины на моём лице, но ирлинг быстро налил мне воды и протянул стакан, а Рэинтил оказался на коленях у моих ноги, схватил одной рукой за руку, а вторую расположил между лопаток.
Залпом выпила предоставленную воду, мимолётно почувствовав кисленький, скорее всего лимонный привкус, но было не до него. Я вся ушла в ощущения от действий эльфа. Почему-то я чувствовала, как от его рук исходят мягкие волны, проникают в глубь моего тела, ласкают каждую клеточку, даруя спокойствие и умиротворение. Вот только…
— Не нужно, Рэин, — я постаралась поймать его слегка расфокусированный взгляд. На меня посмотрели с немым вопросом. — Разве тебе не нужно сейчас восстанавливать силы? Я просто распереживалась, и тратить на это магию не стоит, само пройдёт — подышу и пройдёт.
Но руки почти-муж не убрал, хотя интенсивность воздействия точно снизил почти до незаметного. Упрямец.
— Так вы не ответили, — посмотрела теперь и на второго почти-супруга. — Его пара отказалась от него?
 
— Нет, милая, — ответил он. — Просто иногда рождаются такие души, что не имеют половинок. Они никогда не встретят свою пару, как бы не искали. Все называют их «клеймённые», то есть имеющие клеймо на душе — знак, что их души — одиночки в этом мире.
— И как же тогда им быть? — если так подумать, то в мире, где существует парность, такое подобно… не знаю, как сказать… отвергнутости? Их явно отвергают многие, делая изгоями. Мир, общество, окружение, а иногда даже семьи. Ужас какой — знать, что ты никогда не встретишь свою половинку, подобно своим же сородичам, никогда не почувствуешь родственности души, ощущений и чувств, что при этом возникают. Бррр!