Новая Россия, или, это мы, оба-двое! (СИ)

-От туда, где воды больше, она пойдет туда, где меньше. И потом уровень в сосудах нормализуется.
-Браво! Но это не все. Система не сразу придет в состояние равновесия. Потоки воды будут циркулировать некоторое время, пока действительно не наступит стабилдьность. И вот эти потоки будут двигаться в противоположных направлениях. Понимаешь, к чему я веду?
-Ты хочешь сказать, что...
-Совершенно верно! Пример примитивный, и не совсем точный, но он позволяет объяснить, что нас ждет в дальнейшем. Тот поток энергии, который принес нас сюда, поменял полярность, и теперь его должно нести в обратном направлении. И этот поток полностью связан с нами. Со мной и с Серегой. Только с нами. Даже если кто-то или что-то окажется рядом, то это останется здесь.
-Выходит, я, даже если бы захотела, не смогла бы перенестись с тобой?
Да. И это печалит меня намного больше, чем факт такого открытия, за которое нам с Серым непременно выпишуь по Нобелевской премии.
-И это никак не изменить?
-Никак. Я ведь тебе рассказал так, словно лектор из общества "Просвещения." Серый не даст соврать, что полностью все лбъяснения доступны только узким специалистам. Уж больно много там всяческих констант и переменных, условий и прочего. Не хочу объяснять...
-И не надо. Только скажи мне, ты будешь там помнить меня?
-А разве можно тебя забыть?
В это момент Сергей кашлянул и сказал, что он желает перекурить на дорожку, а потому он оставляет двух влюбленных наедине. После чего вышел на балкон. А Андрей и Наталия просто стояли рядом друг с другом, держась за руки. Никто из них не произнес ни единого слогва, пока не вернулся Сергей.
-Пора прощаться, - сказал он.
-Пора.
И наши друзья крепко обнялись друг с другом. Затем Наталия прошла к двери. Послышался звук замка, который отрезал друзей от этого мира.
-Ну, что, пришел момент истины? - спросил Сергей, и в этот же миг реальность взорвалась, точно так же, как несколько дней назад, в лаборатории их родного института.
 Глава последняя. 
"И победив так врагов своих, одним видом своим в постыдное бегство врага обратив, Бориска сей славу обрел, доселе невиданную. О коей и поведал потом в исповедях на заданные темы. А чтобы лишить поганцев нечестивых нападок злых, сии темы были им искусно сокрыты, да всякими хитростями словесными изукрашены. К мосту же началось хождение людское, и не зарастет к нему тропа, и будут на нем твориться чуды чудные и дивы дивные"
***
-Ну, как тебе? - гордо спросил Андрей.
-Эх, Андрюха, и на кой чёрт ты вообще поступал на иняз? Писал бы себе, и писал.
-Ну, Серый, одно другому не мешает. Чехов, вон, и врач был, и писатель.
-Но ты ведь не Чехов. Точно так же как и не Шукшин и не О. Генри. - явно подначивая друга засмеялся Сергей.
-Не Чехов, не Шукшин и не О. Генри. А еще не Толстой и не Акутагава, - засмеялся в ответ Андрей, и кивнув головой в сторону сидевшей за соседним столом компании, предложил:
-Ну что, пойдем, а то сейчас эта демшиза точно к нам припрётся, привлеченная шашнями Бориски.
-Это да, - согласился Сергей, и быстро допив пиво, поднялся из-за стола. Вслед за ним поднялся и Андрей.
 Они быстро прошли мимо уже знакомой нам по первой главе компании, разгоряченной до той степени, когда на неё не действуют никакие разумные доводы. К счастью, сии деятели настолько были увлечены клеймением красно-коричневых, и возведением на пьедестал отбросов демократии, что не обратили внимания ни на Андрея, ни на Сергея. Судя по всему, никто из сидящих уже не соображал для чего и где они собрались. Воистину, если Бог захочнт наказать - лишит разума.
-Ну что, куда пойдем?
-До дому, вестимо. Меня, сам знаешь, Наташка ждёт.
-И меня Наташка ждёт.
И оба заржали от души. Отсмеявшись, Сергей сказал:
-А знаешь, у тебя это лихо получилось.
-Могём, однако, - с напускной серьёзностью сказал Андрей, и снова рассмеялся.
Некоторое время друзья шли молча.
-Я только одно не пойму, какого черта ты меня вывел последователем Ельцина? Вроде бы, я ничего плохого тебе не сделал. И вот вам нате, хрен в томате!
 
-Видишь ли, я такое ответственное поручение мог толшько лучшему другу доверить. А потом, чего жаловаться-то? Ты же прозрел, в конце концов. даже не просто в конце, а почти в самом начале.
-С тебя пиво.
-Договорились.
-Лучше два.
-Ранимый ты мой.
-А как ты хотел? Тут, друг мой, душа прямо...
-Пожалейте его. Нет чтобы спасибо сказать, мол, друг мой, если бы не ты, кто ж тогда еще смог бы обессмертить моё имя? А он за пиво переживает.
-Переживаю. Каждый великий человек имеет свои недостатки.
И снова некоторое время друзья шли молча. Каждый из них думал о чем-то своем, но на подходе к родному дому Сергей неожиданно рассмеялся и сказал:
-А ты знаешь, Андрюха, а у тебя и правда все лихо получилось. Разумеется, есть некоторые шероховатости, я бы сказал, этакие шершавости, которые, при должном рассмотрении…
-Заткнись, - весело сказал Андрей. –По роже вижу, что тебе все понравилось. А если понравилось на кой ляд воду в ступе толочь?
-Ладно, не будем толочь. И ельцинятину тебе прощу, так и быть. Но вот только один нюанс не пойму, на черта ты нас какими-то физиками сделал. То, что в школе у нас по физике пятерки были, не отменяет того фавкта, что ни один из нас сейчас даже закон Ома не перескажет. А потому, не лучше ли было оставить нас такими, какие мы есть?
-Никак не было можно, ясновельможный пан. Ну где это видано, чтобы такие простые парни, как мы, не имея особых знаний, вдруг проникли в институт, завели чудо-машину, и благополучно выпутались из всех передряг? Нет, Серый, вот тут позволь мне решать, кем мы там были. А потом, какая, к бесу разница, а?
-Разницы, может быть, и никакой, но вот прочитает кто, поверит и припрется к нам, с задушевной беседой.
-Как Скакотян?
-Ага.
-А мы его пошлем. В НИИю Пускай там поищет. Или табло ему начистим, чтобы сияло как медный тазик.
-Ну, это куда ни шло.
-Вот видишь, как все хорошо? А ты какие-то размышления допустил. А ведь прекрасно знаешь, что тебе это не идет.
Сергей выдохнул воздух и высказал свое отношение к подобным ингсинуациям. Поскольку, непечатные слова печатать не дозволяется, а нецензурщина отсеивается самой строгой цензурой, будем считать, что в повествовании наступила пауза, выраженная молчанием. Андрей выслушал тираду молчания совершенно невозмутимо, после чего сказал, что катеорически согласен с предыдущим оратором, что на некоторое время выбило почву для спора. Тем не менее, Сергей еще раз, но уже в парламентарных выражениях, попросил впредь не допускать. С чем Андрей также согласился. Сергей подзрительно посмотрел на него и спросил:
-Ты точно уверен в том, что ты согласен?
-Абсолютно. Надо же иногда баловать своего лучшего друга. даже если он и не прав.
-Ну ты и жук, - сказал Сергей и засмеялся.
-Да ты и сам точно такая же сволочь, - парировал Андрей и тоже засмеялся.
И снова они замолчали.
Уже подходя к дому, Сергей остановился и сказал:
-А действительно, какая разница? Главное - все у нас закончилось хорошо, верно?
 Они остановились у подъезда Сергея, где тот выкурил сигарету. Затем друзья пожали друг другу руки, договорились, что завтра снова соберутся для совместного распитя легких алкольных напитков, и Сергей зашел в свой подъезд. А Андрей направился к себе. Падал лёгкий снег, в небе сияли звёзды, и просто не верилось, что где-то бушуют неслыханные штормы демократии и гласности. Дома Андрей поставил чайник и снова стал перечитывать некоторые страницы. До прихода Наталии оставалось довольно много времени, так как на сегодня у нее было очень много товара на приемке, потому Андрей решил потратить свое время на то, чтобы в полном одиночестве еще раз подумать над различными поворотами сюжета. Но сколько он ни вчитывался в слова, тем больше крепло убеждение в том, что все было написано правильно, ни убавить, ни прибавить. Разве что, один единственный пассаж, который нисколько не испортил бы общую картину. И тогда, достав ручку, Андрей стал торопливо писать: Глава самая последняя…