Папа для Бусинки (СИ)

- Так, малыш, кем ты у нас станешь, когда вырастешь?
- Я как мама, буду полицейской, то есть полиционером…
- Значит, будешь служить в полиции? – уточнил Стас.
- Да!
- А может, ты будешь служить в космической полиции? Будешь защищать нашу планету от космических монстров? – разговаривая с девочкой, Стас что-то делал в тарелке, добавлял то огурец, то помидор, то сосиску резал и укладывал. Я молча наблюдала, не хотелось лезть в их диалог.
- Да! Да! – хлопала в ладоши девочка.
- Так, космический рейнджер Астахова София! На нашу планету напали галактические кальмары, во главе которых супер опасный картофельный осьминог! Ваша задача уничтожить группировку, пока они не уничтожили наш мир! Приступайте к исполнению задания! – Стас пододвинул тарелку к Софии.
На ней он смастерил осьминога из пюре, со смешными глазами из помидоров, а вокруг него маленькие кальмарчики из огурцов и сосисок. Выглядело все очень интересно. Девочка, смеясь, приступила к выполнению задания.  Мы тоже принялись за ужин, переглядываясь и улыбаясь. Через пять минут тарелка Софии опустела, мы только диву давались, как Стасу удалось ее накормить.
- Космический полицейский Астахова София с заданием справилась! Готова идти смотреть мультики! – доложила моя дочь, приложив руку к несуществующей фуражке.
- Просмотр мультиков разрешаю! До поступления дальнейших распоряжений! Шагом марш! – скомандовал «босс». Малышка сразу убежала в гостиную.
- Тебе надо в детском саду работать, с такими талантами! – смеялась я. Ирина Васильевна потрясла руку Стаса, в знак благодарности.
- Ловко вы с ней, не вериться, что Софи поела!
- Да ладно, немного фантазии и только…
После чая я пошла проводить своего парня. Постояли молча у машины, видно было, что ему не хочется уезжать. Подошла ближе, намереваясь поцеловать на прощание. Стас попятился.
- Нет, никаких поцелуев. Месяц, не забыла? Не только ты легко воспламеняешься… Спокойной ночи! – сел в свою «Витару» и уехал.
Выходной закончился, как ни жаль. Завтра начинается подготовка к колоссальной операции. Усиленные тренировки по рукопашному бою, стрельба в тире, изучение разных спецзнаков, составление сценария…
87.
В четверг, уставшие после спортзала, вся наша команда отправилась в сауну. Нам очень понравилась эта избушка, особенно мне. Я и одна частенько заглядывала сюда, пока мои косточки размягчались в пару, дремала лежа на полке.
Единственное место, где мне удавалось немного поспать. Мысли здесь становились легкими, как пар, глаза сами слипались. Бессонница не отпускала меня, в сутки на сон уходило часа три, да и то, это скорее была беспокойная, изнуряющая дремота. Вставала с постели еще больше уставшей.
В этот раз подремать не удалось. Видя любимого, желанного и недосягаемого мужчину в плавках, следя взглядом за скатывающейся по его крепкому, поджарому телу влагой, не очень-то расслабишься… да еще эта дорожка из мелких темных волос, сбегавшая вниз…
Естественно я вышла из парной раньше всех. Ноги тряслись, в голове стучало. За последний месяц я потеряла пять кило не лишнего веса, из-за этого стало падать давление. Уже два раза ходила в медпункт по поводу головокружения, врач сказала, нужно заставлять себя поесть хотя бы три раза в день, ну и высыпаться. Легко говорить, трудно сделать. Ладно, хоть снотворное выписала сегодня. Попробую, может, высплюсь.
Присела в предбаннике на скамейку, откинулась назад, закрыв глаза. Рядом кто-то приземлился. Я знаю кто, для этого не надо открывать глаза, есть нос, а он уже учуял самый лучший запах в мире – запах мужчины, которого любишь…
- Устала?
- Есть немного…
- Тась, тебе нужно больше отдыхать. Ты сильно похудела, я не вижу тебя на обеде, да и на ужине, ковыряешься просто в тарелке. Ты заболела?
- Ты, правда, хочешь знать? – в последнее время завожусь с пол-оборота, ни за что стала нападать на людей. Недавно цапнулась с Юлей, вчера досталось Сережке Сандерс, а сейчас…
- Да, я переживаю! – Стас заглядывал в глаза. Он впервые за четыре дня подошел ко мне так близко, избегает меня…
 
Самохина решила, что мы поругались, и снова начинает потихоньку подкатывать к моему мужчине. Ох, дождется она у меня, педагог…
- А ты не переживай! Это мои проблемы, стало быть, мне их и решать! – злость все больше разбирала меня, не знаю, чем кончился бы этот разговор, если бы в это время в предбанник не выскочили ребята, смеясь и что-то крича.
Приглядевшись, увидела нечто – верхом на Никитке сидела Юлька в одних трусишках. Она лупила бедолагу полотенцем по голове, отчего Кит как мог, перебежками метался из стороны в сторону, пытаясь сбросить с себя наездницу.
- Снимите ее с меня! Ой, блин, да больно же! А-а-а-а, помогите…
- Я те щас помогу, гад ползучий, пакостник такой! Будешь в следующий раз руки распускать! Кто тебе право дал лапать всех подряд? – Юлька разошлась не на шутку, не замечая даже, что ее грудь, высокая и пухлая, выставлена на всеобщее обозрение. Волосы темным облаком разлетались в разные стороны. Никто не собирался помогать Никитке, все стояли и смеялись, даже Стас.
- Ну хоть одна тебе накостыляла! Молоток Юлек, бей шибче, может, мозги на место встанут! – хохотал он.
А мне стало обидно за кума, быть посмешищем не очень-то приятно. И только хотела вмешаться, Кит изловчился и свалил Цареву, потом запрыгнув на нее сверху, прижал к полу своим телом. Она барахталась под ним, пытаясь вырваться, но только еще больше теряла силы. Куда ей с ним справиться!
Я посмотрела на них, и решила не спасать свою напарницу, только выгнала всех на улицу. Нечего пялиться! А эти двое сами разберутся, им обоим урок нужен. За Юльку я не переживала, Кит никогда не обидит женщину.
На улице было темно не по времени, черные тучи заволокли южное небо. Вдалеке гремел гром, и сверкали молнии, поднялся ветер. Дуглас и Сандерсы, разбившись на пары, отправились к корпусам, Стас стоял рядом со мной на крыльце избушки. Я куталась в большое белое махровое полотенце, моя одежда осталась в предбаннике, потом приду и заберу.
Филатов успел накинуть футболку и натянуть спортивные штаны. Он смотрел на меня, молча. Я тоже не знала, о чем говорить, боясь снова сорваться. За эти четыре дня мы отдалились друг от друга, я не ощущала себя любимой женщиной Стаса. Так, молча, постояли. Потом я спустилась со ступеней, собираясь идти домой.
- Тась, так и уйдешь? – услышала за спиной. Я повернулась.
- Так и уйду. А что?
- Поговорить не хочешь?
- Нет, не хочу, – быстрым шагом пошла в сторону дома, через сад. Так ближе.
Порывистый ветер норовил содрать с меня полотенце, лохматил волосы. Надвигался шторм. Приду домой, выпью снотворное, может, получится выспаться. Стас резко дернул меня за руку, заставляя остановиться.
- Ты обиделась? Почему ты как чужая?
- Не обиделась, просто не понимаю, чего ты хочешь. Твои условия заставляют нас шарахаться друг от друга, а то вдруг…
- Ну можно же просто разговаривать, как…
- Как кто? Как друзья? Стас, это напоминает мне ту сальсу, которую мы танцевали в ресторане. Без рук, без прикосновений… только тогда я чувствовала твою любовь, хотя и не знала еще о ней, между нами искры пролетали от страсти. А сейчас что? Ты стал так далек от меня. Все, давай, исполняй свои условия, и не задавай мне вопросы на эту тему. Через двадцать пять дней, как удостоверишься, в чем хотел, может, у нас и будут отношения… если…
- Что если?
- Если твоя любовь не умрет до конца, – я повернулась, собираясь уходить.
 88.
Уже накрапывал дождь, еще немного и будет ливень, не хочется мокнуть. Но Стас сграбастал меня в охапку, стал целовать мое лицо, стискивая так крепко, что я пошевелиться не могла.
 
- Тасенька, что ты знаешь о моей любви? Она никогда не умрёт… если только со мной вместе… - он неистово терзал мои губы, гладил волосы. С небес полились потоки воды, но мы не замечали их. Мне стало жарко, сердце билось, как сумасшедшее.