Любовь (не) зависимость (СИ)

После ужина в вагоне-ресторане, отправились к себе. Пока не легли спать, Коул присел на мой диванчик, обнял меня за плечи. Неяркий свет и мерное покачивание вагона действовали как снотворное, но я не хотела засыпать рано. Поэтому смотрела в окно, с трудом различая мелькающие деревья, поля, огни станций. Коул держал меня за руку.
— Я должен тебе ещё кое-что рассказать, — начал муж.
Я мысленно хмыкнула. Кое-что? Да вся его жизнь сплошная загадка, так что рассказывать придется много. Кивнула, ожидая новую историю.
— Летом Кейн вновь появился в рыбацкой деревне. Я по-прежнему жил у старухи Мираль. Помогал по хозяйству, отдавал часть заработанных денег, сам продавал и ловил рыбу.
Кейн благополучно оправился после пневмонии, окончил гимназию, и, перед поступлением в университет, его вновь отправили навестить родственников. По крайней мере, так он говорил.
К воротам дома Мираль он пришел июльским знойным днём. Узнать его было легко, как он в деревне больше никто не одевался. Одежда как с иголочки, по последней моде. Аккуратно уложенные волосы. Все местные обращали на него внимание. Многие относились с негативом, но в открытую ничего не делали. Боялись гнева его богатой родни. Девушки, напротив, мечтали уехать с ним в столицу.
Я мало с кем общался. Было некогда, да и характер у меня непростой. Но Кейн не отставал, и вскоре мы стали приятелями. В основном он приходил, когда я был чем-то занят. Стоял или сидел рядом и без умолку трындел. Рассказывал о жизни, учебе, родителях, столичных новшествах и развлечениях. Признаться, порой его истории были интересны. Особенно мне нравилось узнавать новости.
Я ничего ему особо не рассказывал о себе, да он и не спрашивал. Я лишь упомянул, что ещё в детстве лишился родителей, а после скитался.
Однажды Кейн нарвался. Днём, пока я был на рынке и продавал большую партию заготовленной вяленой рыбы, тот поругался с одним парнем, чуть старше нас. Я не вмешивался, знал, что днём Кейну ничего не угрожает. После потасовки, свидетелями которой стали многие, Бартон ушел к себе. Я предупредил его, чтобы вечерами оставался дома и не ходил в безлюдные места. Но, естественно, он не послушал.
На следующий же вечер его подловили на пустыре. Бартон возвращался с реки, где решил поплавать, пока погода позволяет. Достал он всех знатно, так что желающих "поговорить" собралось человек десять.
Уже смеркалось, когда я отправился к реке. Надо было залатать лодку, с которой накануне возникла проблема, чтобы рано утром была возможность проверить сети. Заметив чуть в стороне от дороги небольшое скопление людей, поспешил туда. Кейн уже лежал на земле и сплевывал кровь, пока его пинали в грудь, спину, по ногам. Я попытался договориться мирно, но останавливаться ребята не хотели. А почуяв свежую кровь, решили, что меня отпускать нельзя. Да и за дружбу с Кейном захотели отомстить.
Пришлось драться с теми, кого я уже давно знал. Я очень удивился, когда увидел, что Бартон, покачиваясь, смог встать и присоединиться. Досталось нам сильно. Но, тем не менее, нападавшим тоже пришлось несладко. Все же со способностью к хорошей регенерации мне было проще восстанавливаться, нежели остальным.
Два дня я никуда не ходил. Мираль ворчала и пыхтела, ругала Бартона. Сразу догадалась, что к чему. А на следующий день пришел Кейн с заплывшими глазами, разбитой губой, синяками и ссадинами.
— Через неделю начинается учеба, так что завтра я еду домой. Тебе ведь нечего здесь делать, Коул. Предлагаю тебе поехать со мной. С работой проблем не возникнет, с жильём тоже.
Я сначала отказался. Давно думал о том, чтобы перебраться туда, но накопленных средств было недостаточно для нормальной жизни. Поэтому ждал, работал и копил.
— Зря. Соглашайся. Это город возможностей, где ты сможешь найти что-то по душе. Если надумаешь, то жду завтра, к восьми.
Я не смог уснуть той ночью. Понял, что это мой шанс и пора что-то менять. Ранним утром тепло попрощался со старухой. Хотел вручить ей ещё хоть немного денег, но она наотрез отказалась. Только сказала, что я могу в любой момент вернуться.
 
Так началась новая страница в моей жизни. Возвращение в родной город.
Глава 23.
Так я перебрался в столицу. Первые две ночи был гостем в доме семейства Бартон. Я так отвык от роскоши и убранств, что даже растерялся, когда мы вместе прибыли в их поместье. На меня смотрели с подозрением. Да я и сам понимал, что совсем не вписываюсь. От меня пахло рыбой, волосы не знали рук парикмахера, а об одежде и обуви вообще молчу. Я мог прикупить что-то новое, но не было необходимости. А теперь было поздно что-то предпринимать. Я сразу захотел уйти, снять пока номер в гостиной, а утром заняться поиском работы. Но меня пригласили заночевать в их доме.
— Мы не ждали гостей, — произнесла госпожа Эмма Бартон, увидев меня.
— Мама, это мой друг, Коул. Помнишь, я о нем рассказывал?
Судя по выражению лица, Эмма ничего подобного не припоминала.
— Это он вытащил меня из воды. Я же рассказывал! — возмутился Кейн, обнимая матушку.
Теперь на её лице проступило понимание и тут же исчезло презрение.
— О, так это вы! Проходите, — с улыбкой пригласила женщина. — Спасибо, что не бросили Кейна в беде!
Я просто кивнул. Кейн в общих чертах рассказал, зачем я прибыл.
— Коул хочет найти здесь работу. Он обучен грамоте и умеет читать. Думаю, мы сможем помочь ему с рабочим местом?
Похоже, в этом доме спокойно относились к прихотям сына.
— Конечно, — спокойно ответила Эмма.
Она дала распоряжение подготовить для меня комнату и показать, где и что находится. Пока приводил себя в порядок после долгой дороги, мне принесли вещи, почти по размеру. Я не стал отказываться, да и выбора у меня особого не было. Моя одежда не сравнилась бы с той, что носили в этой семье.
Спустя два дня я уже приступил к работе при университете. Обычным рабочим, но мне и этого было достаточно. Жалованье в разы больше, чем я зарабатывал в рыбацкой деревне, жилье, питание, а самое приятное — библиотека. Мне разрешили посещать ее в свободное от работы время. Там я и проводил большую часть выходных и вечеров.
С Кейном иногда встречались. Чаще всего он находил меня в библиотеке и рассказывал последние новости. Постепенно знакомил со своими друзьями, которые в обычной жизни меня бы даже не заметили. Только вот Кейн всегда имел вес в обществе. К нему прислушивались, ему подражали и старались угодить.
Да я и сам не заметил, как стал прислушиваться к его мнению. Он стал моим единственным другом. И однажды я решился рассказать о том, что произошло много лет назад. Ни о драконах и Анвере, а о том, как я превратился в сироту.
— А потом я прибился к торговцам, они меня и увезли к морю, — завершил я свой рассказ.
Мы сидели возле университетской столовой. Уже вечерело, осенний ветер трепал деревья, завывал в ветках. Студенты попрятались в здания, на территории почти никого не осталось.
— Коул Эртон, значит, — задумчиво произнес Кейн, и тут же его лицо засветилось. — Я знал! Был уверен, что ты не так прост! Не зря же я тебя заметил. Считай это чутьём! Я всегда знаю, когда человек скрывает что-то важное, имеет свою интересную историю. Коул, теперь всё точно изменится!
Я не разделял энтузиазма друга. Даже пожалел, что рассказал. Для него это просто разгадка, интересная история. Он решил, что мы должны любой ценой вернуть всё, что отнял мой родственник. Да, для него это была головоломка. Я же не питал никаких иллюзий на этот счёт. И всё-таки у нас получилось. Через полтора года всё оставшееся состояние и имущество, что принадлежало когда-то моей семье, перешло ко мне.
 
Был скандал, в прессе об этом писали ещё в течение полугода. Дядя нанял людей, чтобы устроить пожар на фабрике, но большую часть удалось спасти. Было тяжело. Это противостояние выматывало, и в то же время придавало сил. Родителей было не вернуть, но я смог снова стать Коулом Эртоном, а мой родственник оказался за решёткой.