Разбуди меня (СИ)

Ну как отучившись — скорее замучив преподавателей. Диана и раньше не блистала ни прилежностью, ни сообразительностью. Поэтому с весьма средним результатом окончив школу, поступила на факультет журналистики, само собой, на платной основе. Девушка спала и видела себя редактором популярного журнала о моде, но почему-то, совершенно не понимала, сколько для этого надо вложить труда и сил. В итоге, учиться ей надоело и она забрала документы, сообщив об этом родителям только через пару месяцев, когда уже сделать ничего было нельзя. Родители, естественно, эту новость восприняли в штыки, и посадили любимую, но слегка зарвавшуюся дочурку, дома, лишив большей части денежного содержания.
Поэтому вот уже полгода Диана сходила с ума дома от скуки, попутно сводя с него же всех окружающих. На мой характер, я бы еще и на работу ее выпнул, но об этом тактично молчал, не желая давить на наболевшее друзьям семьи.
— Ну, хоть ты не нуди. И так отец весь мозг уже вынес своими лекциями о том, какая я безответственная и совершенно не думаю о своем будущем. Будто ежедневное хождение в офис и ожидание зарплаты два раза в месяц верх моих ожиданий от жизни, — на последних словах Диана даже фыркнула.
— И какой же он, твой верх? — откровенную иронию не услышал бы только глухой…или Диана, потому что девушка продолжила вполне серьезно.
— Красивая девушка должна удачно выйти замуж. А содержание семьи это проблема мужчины. Например, если бы ты на мне женился, то мне бы точно не нужно было бы работать.
Интересное заявление, но, к сожалению, не оригинальное. Это был не первый и даже не тридцать первый намек, хоть и безуспешный, как всегда. Я даже не представляю, как должна надоесть мне моя жизнь, чтобы я женился на Диане. Если только сначала попытка суицида не удастся. Две попытки.
— Диан, мы об этом уже говорили и не раз. Ничего нового я тебе сказать не могу.
— Фи, какой ты противный, — протянула девушка, и я понял, что она звонила не просто так. И моя догадка оправдалась тут же, — Илюша, ты же не откажешь мне в маленькой просьбе?
Я напрягся, причем реально так. В голове пронеслась куча идей и ни одна из них мне не понравилась.
— В какой именно? — не пошел я у нее на поводу.
— Давай, я к тебе приеду ненадолго? Я обещаю не причинять никаких неудобств, — быстро заговорила Диана, вероятно, чтобы я не смог вставить ни слова. Но это было лишним, так как я слегка обалдел от предложения, — даже буду убираться и готовить еду. Ну, пару раз в неделю точно. Ты будешь учиться, а я похожу по магазинам, в клубы там схожу, по тусовкам позависаю с подружками. Ну, пожалуйста…А я тебя отблагодарю, — в ее голосе появились соблазняющие нотки, — тебе точно понравится.
Не не не! Только через мой труп! Хотя он будет в любом случае — готовила девушка не то, чтобы плохо, скорее несъедобно совершенно. Как из абсолютно нормальных и вкусных продуктов можно было организовать такую бурду, удивлялись все, кому довелось ее пробовать. Сама девушка только пожимала плечами, абсолютно не заморачиваясь по этому поводу.
— Нет, Диана, не получится, — мой голос звучал максимально твердо, не допуская ни тени сомнения.
— Почему? — вопрос прозвучал чуть визгливо, заставив меня чуть отодвинуть трубку от уха.
— Потому что, во-первых, я живу с Деном…
— Только не говори, что тебя это смущает, — перебила меня девушка, — его уж точно нет.
Действительно, аргумент не выдерживал никакой критики. Друг до переезда регулярно таскал дам сердца в наше общее жилище, периодически ловя недовольные взгляды соседей на себе после особенно бурных шалостей. Спасало его только одно — спал я уж очень крепко. Хотя блинчики или оладушки по утрам от довольных пассий могли сгладить любое недовольство от неудобств.
Надо что-то придумать срочно. Что-то такое…
— Диана, у меня появилась девушка! — выпалил я, — и я влюбился!
Тишина на том конце стала почти гробовой. Я прям физически ощущал, как сгущаются тучи перед бурей.
— А как же твоя пара? — медленно проговорила девушка, постепенно наращивая градус эмоций и темп, — ты мне столько лет втирал, что не хочешь предавать свою истинную! Годы поисков и масса вбуханных сил! Да мне практически пришлось силком тащить тебя в койку, а теперь ты просто влюбился?! Ты издеваешься?!! Что во мне тебя не устраивает? Я все для тебя, наизнанку каждый раз выворачивалась, Илюша — то, Илюша — это! И теперь, когда ты, наконец, перебрался сюда, ты заявляешь мне, что влюбился?! Да знаешь кто ты после этого? Ублюдок!! — Диана визжала фальцетом так, что барабанные перепонки грозились не выдержать нагрузки, — ты еще пожалеешь! Сволочь!!
 
В трубке раздались гудки отбоя. Странно, но я испытывал только облегчение. Все слишком затянулось, и в любом случае разрыв был неизбежен. А с Дианой спокойно поговорить было из разряда фантастики. Так что…Я еще раз бездумно посмотрел на экран телефона и пошел складывать сумку. Впереди были два потрясающих дня с Аней на лоне природы.
Глава 12
Морозно. Это первая мысль, которая мелькает, когда я выбегаю из дома, на ходу натягивая шапку на уши. Зима окончательно вступила в свои права всего неделю назад, успев, однако, завалить землю снегом по колено. Вот и сегодня белые пушистые хлопья падают с неба, напоминая тополиный пух. Я бегу, спеша побыстрее оказаться возле знакомого белого домика, где на крыше кокетливо уложена розовая черепица. Почему розовая? Не знаю…все хотел спросить, но все время забывал. Нелепо взмахнув руками, торможу около калитки, точнее, налетаю на нее и останавливаюсь. На крылечке стоит красивая невысокая блондинка и поправляет шарф на маленькой девочке. Моей девочке…
Каждый раз, как я вижу ее лукавую улыбку с нежными ямочками на щечках, испытываю ни с чем не сравнимый восторг, отчего с лица не сходит широкая улыбка. Ее мама машет мне рукой и, поцеловав девчушку в макушку, отпускает ее ко мне. Малышка весело хохочет, слетая с крыльца, и бежит навстречу, раскинув руки. А я, распахнув калитку, ловлю ее в свои объятия и кружу, кружу, кружу, пока мы не падаем в мягкий сугроб. Эта игра никогда нам не надоедает.
— Слепим снеговика? — меня нетерпеливо тянут за рукав, заставляя подняться.
— Слепим, слепим. Тебе не надоело? У нас уже снеговиков на небольшую выставку, — мы лепим их уже четыре дня, заставив за домом небольшую площадку. Я вчера посчитал — ровно двенадцать.
— Неа, — она бежит впереди меня, часто перебирая маленькими ножками в расписных валеночках. А мне с ней интересно и радостно. Настолько, что готов лепить этих снеговиков до самой весны.
Я сосредоточенно рисую глаза и улыбку очередной снежной поделке, когда комок снега ударяется мне в плечо, холодными иголочками уколов щеку. Заливистый девчачий смех колокольчиком звенит в воздухе. Я быстро поворачиваюсь, чтобы успеть увидеть край шарфа за дальним, самым первым, снеговиком. Позволяю маленьким комочкам разбиваться о мою куртку, делая вид, что не успеваю увернуться, одновременно кидая свои снежки, очень стараясь не попасть.
— Я тебя победила, победила! — мелкая подпрыгивает рядом от возбуждения, помогая мне отряхивать с одежды снег.
— Конечно, победила, — соглашаюсь я, поправляя ее шапку. Не замерзла бы…
Потом мы делаем ангелов, штук десять, не меньше. Потом играем в догонялки, где я старательно не успеваю убегать. Затем опять кружимся и смеемся. Бесконечно счастливые и довольные друг другом…
Ее мама опять будет охать, что мы весь снег на себе домой принесли, но улыбаться и поить горячим чаем. А я достану из кармана маленькую шоколадку, за что меня обнимут за шею в порыве искренней детской благодарности.
 
В тот день я даже подумать не мог, что еще месяц и мое звонкое счастье у меня отнимут на долгие годы…
— Илюх, я тут подумал, — Ден ждал, когда я зашнурую кроссовки, переминаясь с ноги на ногу.
— Что? — я выпрямился и взглядом поискал ключи от квартиры.
— Может, не поедем?