НекроХаник (СИ)
— Значит, Березин решил в Думе изобразить государственника, — стряхнув невидимую пылинку с мундира, Иван Второй фыркнул. — Интересно лишь, где протекло, что наш хитрован начал суетиться.
— К сожалению, уже слишком много людей вовлечены в организацию помощи германцам. Тот же генералитет, где подняли все наработки по Африке. Или купцы, через которых пошли закупки продовольствия и новые контракты.
— Кстати, у тебя нужных людей нет, чтобы любезному Якову Игнатьевичу свинью подложить?
Николай хохотнул:
— Не любишь ты графа. И Дума на него сейчас ополчилась, что посмел с трибуны на чужих мозолях оттоптаться… С чего такая неприязнь?
— Потому что он лживый и испорченный человек… Но зато его можно использовать для вброса нужной информации. Заодно проверим, насколько далеко он готов зайти в поддержке государственных интересов. Раз уж решил изобразить святого, то пусть примерит терновый венец.
— И что подарим?
Повернув в очередной коридор, император предложил:
— Вроде как пресса пока еще про живодеров из Иностранного легиона не писала? Вот пусть и озвучит. Посетует, что нарушены права граждан Марокканского княжества. С дирижаблей охотятся на негров, которые всего лишь вздумали пару-тройку раз напасть на продуктовые склады.
— Легион вроде как не участвует в зачистках? Для этого во Франции просто отребье навербовали, — Николай Иванович попытался вспомнить детали происходящего в далеких краях.
— Уже не важно. Главное, дать старт обличающей кампании. Когда один из уважаемых представителей Думы такое с высоких трибун озвучит, журналисты с удовольствием подключатся. А нужные статьи уже готовы. Перебросим мостик от угнетенных народов и зверств франков и англов в тот же Тунис, поддержим попутно высадку Вильгельма в Триполи. Тем более, что на Черном море уже пошла подготовка эскадр. Так что пора, пора поднимать информационный шум. Германцы уже копытом бьют, в кратчайшие сроки все бумаги согласовали.
— Что же. Тогда — пусть Яков Игнатьевич втемную и начнет. Заодно проверим, как нужные люди в его окружении готовы полученные тридцать серебрянников отработать.
***
По Лоренцштадту, южному пригороду Нюрнберга, гремели сапоги. Заняв всю Фюртер Штрайбе, маршировали отборные полки рейхсвера, выбивая подковами сапог искры из брусчатки. Войска в парадных коробках следовали прямиком на вокзал, где их уже ждали литерные эшелоны. Без задержек, напрямик в Триест. Австрийские княжества на Адриатическом море уже готовы встречать верных защитников империи. Как и заранее переброшенные транспорты и различные припасы, столь нужные в будущей экспедиции.
Поначалу Вильгельм Пятый хотел устроить парад в Берлине. Но посоветовавшись с генералами, переиграл первоначальные наброски. Бавария. И непризнанная вторая столица — Нюрнберг. Местные знатные семьи, которые большую часть времени выступали единым фронтом против многих инициатив «северных дураков». Что поделать, те же Фишеры свою родословную официально ведут еще с четырнадцатого века. И таких в старом городе — почти полсотни. И на престоле с удовольствием бы приветствовали кого-то из дальних родственников, а не Гогенцоллернов. Учитывая же, что баварцы в большинстве своем упертые мерзавцы, император решил сделать ход конем, предложив местным промышленникам выступить в качестве меценатов и попечителей экспедиционного корпуса. Тем более, что львиная часть молодых офицеров набрана из местных земель. Смотрите господа, какие отличные карьерные перспективы открываются для ваших мальчиков! На будущей войне в чинах расти будут быстро. А если подсуетиться прямо сейчас, то на новых территориях запросто можно поставить замок-другой. Благо, правительство совсем не против.
Чеканя шаг, пехота шла следом за гремевшим медью оркестром. На забитых разнаряженной публикой тротуарах сияли вспышки многочисленных журналистов. Дамы бросали крохотные букетики в проходящих мимо гренадер, протягивали цветные ленты гарцующим мимо кавалеристам. Казалось, что весь город высыпал на улицы, дабы проводить своих любимцев. Третий Баварский армейский корпус в полном составе отправлялся на юг. Двенадцатой пехотной бригаде отводилась роль поддержки и ротации в будущем, остальные три бригады обеих Баварских дивизий должны были высадиться на побережье Африки в самое ближайшее время. Командующий риттер фон Хон обещал водрузить штандарт на будущих землях империи.
Вильгельм лично провожал солдат в поход. Правда, помня о покушении в Варшаве, делал это не в самом городе, а на вокзале. Там и трибуна установлена так, чтобы с какой-нибудь крыши стрелок не дотянулся. И посторонних отсекли тремя кольцами оцепления. Да и люди в форме куда более благожелательно относятся к правителю Рейха, чем разнокалиберная шелупонь в Австрийском доминионе. Пусть главных возмутителей спокойствия прорядили, но все равно, хватает еще отребья. Шляются по округе, умудряются через границу на покрытые пеплом Румынские территории просочиться и набрать гадости. Потом то колодец пытаются отравить, то неупокоенного зомби в глуши найдут и стараются на пограничный пост натравить. Поэтому — только среди своих, благославляя на успех в будущем предприятии.
— Солдаты! Мои братья по оружию! Только недавно отгремела страшная война, которая поставила нас на грань выживания! Только недавно мы уничтожили проклятые румынские орды, мечтавшие пожрать все живое в Рейхе и за его пределами! Но мы — выстояли! Ценой пролитой крови и великих потерь!.. Мы — защитили мир от мертвецов, встав на границе жизни и смерти… Благодаря вашему героизму соседи не испытали ужасов войны. Благодаря вам в наши дома вернулся мир. Но одержав победу на поле битвы, мы были ввергнуты в нищету и забвение стараниями продажных политиков на западе. Никто из них не пожелал протянуть нам руку помощи, дабы возродить разрушенную промышленность и восстановить попавшие под удар земли… Лишь братья с востока не забыли старую дружбу и первыми разделили с нами кусок хлеба. Уже сегодня эшелоны с зерном и тушенкой прибыли на вокзалы Рейха. Уже сегодня добровольцы Российской Империи начинают формировать бригады поддержки, дабы прикрыть нам спину. И я точно знаю, что плечом к плечу мы не просто возродим нашу Родину! Я знаю, что могучий германский орел при поддержке русского дракона раскинет крылья над плодородной Африкой, дабы превратить ее в нашу вотчину! А вы, наследники Нибелунгов, обретете не только славу, но и новые земли в подарок детям, внукам и правнукам! Я верю в вас, братья! С нами Бог и его поддержка! Да здравствует Рейх! Император! И Рейхсвер, как верный щит и меч германского народа!
***
В то же самое время далеко на востоке в портах Одессы и Севастополя готовили сводную эскадру для поддержки союзников. С разбросанных по Крымскому полуострову складов необходимые припасы грузили на боевые корабли. А в Одессе комплектовали транспорты сопровождения. Продукты питания, бочки с пресной водой, ящики с опреснителями для будущих лагерей в пустыне, перевязочные материалы и походные госпиталя, строительные инструменты и еще тысячи разных наименований, от которых у кладовщиков голова шла кругом. Будущую сводную эскадру должны были сопровождать четыре танкера. От устаревших паровых мастодонтов Генеральный штаб решил все же отказаться, поэтому в помощь соседу будут отправлены наиболее современные суда с дизельными установками. Старички же прикроют Черное море от любых возможных неприятностей, резвясь в «Черноморской луже».
До конца мая нужно было закончить все авральные работы и выдвигаться. Пехотный добровольческий корпус отправится по железной дороге до той же Одессы и пойдет со второй эскадрой, по расчищенной дороге. В это время Оперативный Малый флот вместе с итальянцами блокирует Сицилийский пролив и установит закрытую зону для переброски совместных войск. Одновременно в развернутых призывных пунктах отберут всех желающих покрыть себя славой на полях будущих сражений. Морякам выступать первыми, до появления первых серьезных слухов в газетах. А за добровольцами дело не встанет. После попытки покушения в обществе создан соответствующий настрой, если вожжи не придержать, могут с голыми руками на супостата пойти. Потому как «англичанка» не просто гадит, а уже в почти в открытую войну объявила Российской Империи и Германскому Рейху. Такое спускать никак нельзя.