Соблазнение невинной, или Два мужа для попаданки (СИ)
— Госпожа Валери, — захныкал пёс. — Этот изверг мне больно делает. Возьмите вы меня на ручки, — и он натурально протянул передние лапы в мою сторону.
Ох, как бы заикой не остаться с этой магией.
— Потерпи, пёсик. Сейчас тебя вылечат. И мне таблетка валерианы не помешала бы, а лучше две. Нет, пять.
— Заходите скорее в дом. Шуму на всю улицу наделали. Скоро все соседи сбегутся посмотреть, отчего барыня к крепостной в дом идёт. Что надумали, ой, что надумали!
Да сейчас-то что не так? Дурнов далече, раз в имении анархия, то почему мне не воспользоваться случаем и не приехать к бабуле молочного брата?
Кто бы знал, что в деревне все на язык остры?
Глава 16. Сплетни
— Добрый день, хозяйка, — я вошла в дом, за мной, хорошенько согнувшись, чтобы не стукнуться о притолоку головой, последовал Прохор с собачкой.
— Агафьей можете меня звать, барыня. Вовремя вы привезли женщину, очень вовремя. Как могли, мы с моим Кузенькой помогли ей, сил придали. Но очень она слаба, если наш барин позволит, то оставьте её на два дня. Я за ней послежу.
— Разрешите? — я дождалась, пока удивлённая женщина кивнёт головой, и зашла за тканевую шторку, перекрывающую половину комнаты.
Больная, лежащая на узкой кровати, выглядела намного лучше. Грудь вздымалась, на щеках пусть не яркий, но румянец.
— Барыня Валери? — она медленно открыла глаза. — Моя дочь Серафимушка, — одинокая слеза скатилась по её щеке.
— Вы только не переживайте. Всё с Фимой будет хорошо, поправляйтесь. Я её в свой дом возьму, — чуть не ляпнула: «Пожить», но, опомнившись, кто я теперь, произнесла: — Служить будет. Пол помыть, картошку почистить.
— Хозяйка, простите, — ещё одна слеза скатилась по щеке бедняжки. — Спасибо… — она закрыла глаза и затихла.
— Это вы меня простите, — одними губами произнесла я и, погладив женщину по руке, вернулась обратно в прихожую.
— Госпожа Валери, Прохор рассказал мне, что вы, не жалея себя, кинулись спасать больную крепостную. Он, конечно, ещё тот болтун, — её взгляд красноречиво говорил, что уж она-то знает, какая я на самом деле злыдня. — Но я и сама вижу, что тяжело вам. Правду внук говорил, что лошадь вас скинула. Напугал её кто-то знатно. А память вернётся, вы не переживайте. Может, выпьете успокаивающий травяной сбор?
Я кивнула и села на свободный стул. Изба была чисто убрана, печь побелена. На столе простенькая скатерть. Можно сказать, что дом был уютный.
— Ой, подождите, Агафья, тут к нам собачка говорящая прибилась. У неё что-то с лапой. Может, посмотрите?
— Кушайте, барыня, кушайте, — улыбаясь, женщина пододвинула ко мне тарелку с ароматными шаньгами. Присела рядом и повернула краник у самовара, я засмотрелась на льющийся кипяток.
— Здоров ваш зверь. Притворяется, чтобы подольше рядом побыть, — небольшая баночка с мёдом сдвинулась с места и медленно поехала в мою сторону.
Сначала появились мохнатые лапки, а потом и весь паучок. Он был такой смешной: разноцветный бело-жёлто-голубой, где-то даже мультяшный. Ну, не бывает у пауков таких красивых зелёных глаз с густыми ресницами. В этот раз я не закричала, поняв, что это магический зверь Агафьи в мою сторону толкал мёд.
— Зверь? — повернув голову к притихшему псу и присмотревшись, спросила: — И чей ты зверь?
— Мой зверь, — в дом бесшумно вошёл главный советник тайной канцелярии Марк Теодорович.
Шанежка выпала из моих рук, но не успела упасть на пол, потому что ловкий паучок тонким лассо из паутины поймал её.
— Добрый день, — мои щёки покраснели.
Белый пёс, увидев Марка Теодоровича, быстро спрыгнул с рук Прохора, залез под скамейку, а оттуда уже пытался пробраться под моё пышное платье, но был остановлен крепкой рукой своего хозяина.
— У вас несколько магических зверей? — удивлённо спросила я.
— Не бывает несколько, — одновременно произнесли: паук и Филипп.
— Так что, это Арчи? — не поверив только что услышанному, я протянула руку и погладила собаку по густой шерсти. — Но он совсем настоящий, не волшебный.
— Госпожа Валери, мне кажется, что вам к дохтору на приём пора. Вы не опоздаете? — раздражённо произнёс господин Марк, поднимая меня за руку. От его прикосновения меня бросило в жар. — Память нужно возвращать, а то так и до лечебного монастыря можно договориться, — последние слова он прошептал мне чуть ли не на ухо, совершенно не стесняясь крестьян. Страх липкими пальцами сдавил горло. Неужели он что-то обо мне узнал?
— Да, засиделись мы, поедем, наверное. Я пришлю завтра Прохора с деньгами за лечение, — охнули все и даже Арчи.
— Сейчас верю, что вы не притворяетесь, а точно память потеряли, — произнёс Марк и открыл передо мной дверь.
Вот чего Филипп молчит, когда в такой серьёзный момент нужна его подсказка? Тут крепостным не платят за службу, или что я опять не так сказала? А может, я должна была заплатить за услуги Агафьи господину Дурнову, а он потом часть денег отдаст лекарке?
С такими невесёлыми мыслями мы вышли на улицу. Господин главный советник тайной канцелярии тут же отпустил мой локоть, ведь на улице столпился народ. Похоже, не только мой недавний крик, но и две барские кареты, стоящие у дома врачевательницы, привлекли их внимание. Они тихо перешёптывались, посматривая, что же происходит.
И тут в моё личное пространство вновь вмешался Филипп, прибавив моему слуху остроты. Лучше бы он этого не делал. Ну, право слово, кто у нас в саду краснее свёклы? Гранат? Я скоро вся пунцовая буду.
— Вы посмотрите на эту бесстыдницу. У Прошки и магии-то почти нет, оборотень. А хозяйка решила его на себе женить… — говорила почти шепотом какая-то женщина.
— Ой, да не за этим она сюда приезжала, — порадовала мой слух другая. — Дохтор же, говорят, больше не ездит к этой злыдне. Вот она и решила выкупить у нашего Дурнова Агафью, чтобы та поддержала её силы.
— Да нет, вы обе не правы, — вмешался третий голос. — Этот непутёвый Прошка давно влюблён в крепостную, а она ему всё отказывает. Не люб он ей. Так что этот сорванец что удумал, выкрал крепостную у госпожи Морозовой и решил спрятать у бабки, а ночью тайно жениться на ней. Уже и с попом договорился. А барыня Валери всё прознала, вызвала из города тайную канцелярию для поимки вора…
— И что было дальше? — поинтересовался мужской голос.
— А ты, Мотя, не знаешь? — ответила ему рассказчица тихо. — Перепутал всё тайный советник и вместо Прохора заарестовал неповинного господина Друнова.
— Ох, туда ему и дорога. И глупа ты, Марья, какой он неповинный? Воровал так, словно последний день жил…, — наконец, разговор с моей персоны перешёл на Дурнова.
Но что было дальше в запутанной истории я не узнала.
Господин Марк вежливо открыл передо мной дверь кареты, помог сесть и, не спрашивая, вошёл за мной, закрыв плотно дверь.
Арчи дымком влетел в зашторенное окно, материализовался, с лапами забрался ко мне на сидение и без спроса положил большую чёрную голову на мои колени.
Карета медленно сдвинулась с места.
— А теперь поговорим по душам, госпожа Валери Морозова, — колючий цепкий взгляд Марка заставил меня поёжиться и не на шутку испугаться.
Всё, добегалась, ты Лерочка…
Глава 17. Ну, зачем я это сказала?
— Марк, — Арчи было попытался поднять голову и что-то сказать.
— А с тобой мы позже поговорим. Испарись! — раздражённо бросил господин тайный советник в сторону пса.
— Хорошо, поговорим, — Арчи потянулся словно кот. — Не смей обижать мою конфетку! — и с этими словами исчез.
— Валери, не пытайтесь казаться храброй, я вижу, что вы напуганы, — он резко наклонился и посмотрел в мои глаза. — Его ладони легли на мои руки. — Расскажите, что произошло с вами? Я видел вас всего лишь однажды, на балу претенденток. Понаблюдав за вами пять минут, я понял, что вы: поверхностная, глупая, злая, склочная и изнеженная папенькина дочка без капли сострадания. В вас не было магии, и цвет глаз был другой, зато гонора и желания найти женихов хватило бы на пятерых. Не хотите объясниться, что с вами произошло? И не стоит запираться, у меня есть методы давления и я смогу вырвать из вас правду.