Проклятый убийца (СИ)

— Еб@ло завали! — заорали на него Дрэд с Киром.
— Вот! — кивнул я. — Твои братья правильно говорят — раз уж нет мозгов, хотя бы выполняй приказы! Не надо никакой самодеятельности! Рейд — как армейская операция, действовать надо по согласованному плану! А какой был план?.. — Кир набрал в грудь воздуха, чтобы ответить, но я продолжил. — Правильно, отдыхать, изучать гайды и форумы. Этим же занимался целый админ КК, который нашел-таки упоминание об этом Бррэтте, и пока вы убегали от меня, я изучил коридор, который ведет дальше, и нашел там схрон!
— Что за схрон? — пискнула Ника.
— Схрон, кнопка активации двери в который находится на уровне, куда достать может только вот этот вот моб, — я ткнул пальцем в Бррэтта. — Который, как я думаю, на самом деле не мелкий локальный мини-босс, а обыкновенный НПС.
— Скорее — необыкновенный, — поправил меня Кир. Он подошел поближе, неожиданно заинтересовавшись монстром. — Непись… Ну, это многое объяснило бы, на самом деле. И его относительную слабость, по сравнению с боссами верхних уровней, и отдаленность от спуска на последний уровень. Только… если это просто агрессивная непись, почему его не убили? они же смертны.
— А он с вероятностью 100 % убивает кого-то из рейда, и с него не падает лута после того, как он исчезает, — ответил я.
— И что?
— А то, что я думаю, его не убивают, а он телепортируется в тот самый схрон, который я нашел! — выдал я.
Друзья нахмурились. Наконец, Ника спросила:
— А зачем ему тогда кнопка активации схрона снаружи?
— Думаю, когда в подземелье заходит рейд, он выходит из этого схрона. А когда уходит — возвращается.
— Согласен. Это логично, — встрял Кир. — Ну и что это нам дает? Какого хера мы тут тремся перед неписью? Убить его нельзя, терять своих мы тоже не хотим, так может, пойдем дальше?
— О! У меня идея! — воскликнул Блез. — Давайте скормим ему Кира, дойдем до скрыта, вскроем его и завалим еще раз!
— Почему меня?
— Ты ж самый бесполезный! Ника — лекарь, я — дамагер, Дрэд — танк, Нахиб — разведчик! А ты дублируешь мои функции на более слабом уровне!
— Да пошел ты! Если бы не я, ты бы даже…
— Молчать! Тихо, я сказал! — рыкнул я, дождался пока они не повернутся, и сказал спокойнее. — Не собачимся! Никого мы ему скармливать не будем! Я с ним просто поговорю.
  
Глава 22. Бррэтт Проклятый
 
— Зачем? — спросила Ника.
— Если это НПС, то у него должна быть какая-то карта беседы, наверняка он может какой-нибудь квест.
— Господи, Саш, зачем нам какой-то квест? У нас уже есть!
— Он проклятый, — сказал я. — Бррэтт Проклятый, понимаешь? Вдруг он сможет дать какую-то информацию по моей проблеме.
Ника развела руками:
— Ну, раз так… Давай, пробуй. Но учти: без тебя мы не пройдем даже этот уровень подземелья. У босса семь миллионов хитов, 65 уровень и четыре способности, две из которых закрытые.
— А я не собираюсь помирать. Если он вместо разговора со мной нападает — подключайтесь. Дрэд, агри его на себя и отходим. Не бьем, только отступаем. А я буду ему на мозг капать. Если у него нет дистанции агра — выходим с этого уровня, поднимаемся вверх. Так что не зеваем, ясно?
Раздалось вялое: «Ну ладно», — и я повернулся к Бррэтту.
Подойдя к нему в скрыте метров на десять, я перебрал в уме варианты начала разговора. Привет — слишком банально, скорее, вместо ответа, я получу плюху этим его огромным полукопьем-полукистенем. Надо сразу переходить к делу.
— Здравствуй, брат по несчастью! — наконец, решился я.
Кентавр удивленно уставился на меня, завопил:
— Брррррэээээт!!! — и с силой метнул в меня копье.
— Бл@ть!!! — заорали все, бросая ко мне, но я смог-таки увернуться в последний момент.
Впрочем, даже порезанного в 10 раз дамага хватило сбросить хиты на четверть. Вот уж точно — не попадайся под раздачу. Недолго думая, я подхватил было оружие…
 
Острый кистень Бррэтта Проклятого.
  
Повреждения: 3000–3500.
 
При ударе острием: Незаживающие раны. Кровотечение. Страх.
 
При дробящем ударе: Оглушение. Нарастающая контузия. Страх.
 
Ограничение: Только для кентавров. Не может быть отобрано или своровано, пока жив Бррэт Проклятый.
 
И тут же отскочил в сторону, как ошпаренный. Хера себе параметры!!! Я его даже в мешок убрать не могу!
И это лишнее доказательство, что он — не моб, а НПС.
Кентавр попробовал меня сбить с ног, ударив с разгона конской грудью, но я уже ушел в сторону, и, пропустив его, ушел в скрытность после того, как крикнул:
— Давай поговорим, мы же практически братья по несчастью!
— Брррррррэт!!! — снова проорал он и метнул кистень, подхваченный с пола, туда, где ему казалось, нахожусь я.
Даже пригинатья не пришлось, я уже был метрах в трех от того места.
— Правильно, без этой палки удобнее разговаривать! — согласился я у него из-за спины, делая знак ребятам не вмешиваться. — Так как тебя так угораздило-то, под проклятие попасть?
— Бррэээээтттт! — он, яростно лягнув воздух, помчался за кистенем, улетевшим в сторону схрона.
— Я вот, например, очень хотел помочь другу! — крикнул я ему вслед. — Он очень любил одну девушку, но ее отец был против их свадьбы!
— Бррррэт!!! — кентавр подхватил копье, и я благоразумно заткнулся.
НПС пошел мне навстречу, а я двинулся обходить его по дуге. Глаза его настороженно бегали по сторонам, а копье, поднятое над головой в замахе для броска, уверенно смотрело в сторону Ники и орков. Но если он на них не нападал, значит агро-зону мы вычислили правильно.
— Бррэтт? — полувопросительно сказал кентавр.
— И вот за это я и был наказан, представляешь?! — сказал я, оказавшись позади него.
Он мгновенно развернулся, и ткнул перед собой. Хорошо, я отпрыгнул не назад, а в сторону: древко копья проскользило в его руке, стремительно увеличивая дальность удара. В руке у мутанта осталась петля, за которую он дернул копье обратно, и через долю секунды снова поднял его над головой, все в той же позе.
Меня мгновенно пробил холодный пот. Я был в шаге от смерти. Ну, вернее, перерождения.
Бррэтт Двинулся вперед, и я был вынужден отступить в тот самый тоннель, который вел к его скрыту. Тянуть до тупика было нельзя, в тесном пространстве особо не поуворачиваешься, и я, активировав Невидимость, прижался к стене слева от него, надеясь, что он пройдет мимо…
— Бррэтт… — уверенно сказал он, делая шаг вперед одновременно с тем, как я сделал шаг к выходу. Я в последний момент уловил, как дернулись его ноздри, и он взревел. — Бррээээт поймал!!!
Его огромная лапа сомкнулась на моем туловище обратным хватом, прижав руки к телу, и он, перевернув меня кверх ногами, поднес к глазам и захохотал:
— Брэээээ-э-э-э! — он потряс меня, и, вернувшись из коридора в небольшой зал, где мы начали свой разговор, довольно заявил. — Бррэтт, наконэц, будэт сыт! Обэд! Сочный, вкусный коболд!!! Брээээ-э-э! — и он потряс меня снова.
— Ка-а-акой же ты идио-о-от! — ответил я. — Я ему о том, что ради друзей готов на все, а он только о жратве думает…
Кентавр вместо ответа показал меня оркам и крикнул:
— Ваш друг — обэд!
«Не ведитесь!» — написал я Нике.
«Да мы уже поняли, когда он начал разговаривать», — ответила она.
— Ты их не спровоцируешь! — ответил я. — Я пришел поговорить, а не убивать тебя.
— Брээээ-э-э! — заржал монстр. — Ты нэ сможэшь убыть менэ! Бррэтт — проклат!
— Я тоже проклят!
— Всэ свободныэ — проклаты! Вы всэгда возвращаэтэсь, сколко вас нэ убэвай!
 
— Нет! Я проклят Богом! На мне проклятие Пиаста! А проклятые должны помогать друг другу!
— Обман! Ты обманываэшь менэ! — взревел кентавр. — Кто такой Пиаст? Я не знаю таких Богов!
— Может, поставишь меня и поговорим нормально? — предложил я. — Пиаст — бог Справедливости из Светлого Пантеона Богов! А кто проклял тебя?!