Свет в океане (СИ)
— Вот и наш красавец! — объявила миссис Тонкс, посмотрев за спину Гарри. Он повернул голову и увидел своего крестника на руках у Блэка. На самом деле признать Тедди с каждым разом становилось всё труднее. Малыш вовсю невольно экспериментировал с собственной внешностью.
— Привет, Гарри, — Регулус передал Тедди Андромеде. — Не ожидал тебя сегодня. Что-то произошло?
— Просто соскучился, — весело ответил Поттер, когда крестник потянулся к нему и назвал «Арри». Практически на французский манер.
— Ты пришёл один? — продолжал допытываться Блэк.
— Ага, вот выкроил часок.
— Молодец! — подхватила Флёр. — Я наслышана, сколько времени вы с Роном проводите в академии авроров.
— Миссис Уизли как обычно немного преувеличивает, — поскромничал Гарри.
— Каждый день вас изматывают на тренировках, проверяют реакцию, швыряя заклинания в самый неожиданный момент…
— А’гги, ты наверняка справляешься лучше всех! — перебила сестру Габриэль.
— Мне нет равных по скрытому проникновению, это так, — усмехнулся он, вспомнив мантию папы, неоднократно выручавшую его из передряг. — В остальном же я ничем не отличаюсь от других стажёров. И никаких поблажек не дождёшься, честное слово.
— В последнем выпуске «Пророка» сообщают о поимке Джагсона, — произнёс Регулус, встав у окна, за которым снег повалил стеной.
— Ага, он скрывался на родине первой жены. Её уже допрашивали сразу после победы, но тогда ничего не заподозрили. Она полтора года выдавала Джагсона за семейного садовника, а раскрылся обман, когда соседи подали в Министерство жалобу на зубастую герань, покусавшую их шишугу. Вот тут-то проверяющий и выяснил, что садом никто лет тридцать не занимался.
Миссис Тонкс выразительно хмыкнула.
— Многие Пожиратели смерти погибли в битве за Хогвартс или вернулись в Азкабан, — посерьёзнел Гарри. — Но наивно полагать, что на этом всё бы закончилось. В первые месяцы Магическую Британию захлестнула волна мародёрства, причём грабили не столько простых граждан, сколько волшебников из старинных семей. Охотники за добычей проникали или пытались проникнуть в мэноры и поместья. У дома Лестрейнджей мы нашли нескольких глупцов, понадеявшихся на лёгкую наживу в отсутствие хозяев. Дьявольские силки не подпустили самых удачливых воришек к крыльцу, и когда я говорю «удачливых», то «неудачливыми» считаю тех, кто всё-таки смог преодолеть ступени Лестрейндж-холла. Люди Скабиора и Грейбека разбились на мелкие банды и до сих пор прячутся в лесах, но раз-два в месяц выбираются оттуда и подстерегают зазевавшихся в тенях Лютного переулка, а некоторые так осмелели, что нападают на волшебников и в Косом. В августе наши ребята взяли одного из таких прямо возле «Гринготтса».
— Это ужасно, А’гги, — пробормотала Габриэль.
— И Питер Петтигрю до сих пор разгуливает на свободе.
— Вы его поймаете! Вот увидишь!
— А что это за дикая история, что на днях приключилась с младшим Гойлом? — спросил Регулус.
— Да чушь какая-то! Флетчер зачем-то дал интервью, и журналисты раздули из него страшилку. Наземникус перебрал в новогоднюю ночь, вот ему и привиделся медведь.
— Но Гойл тем не менее мёртв, — задумчиво сказал Регулус.
Гарри нахмурился. Ему было тяжело говорить об этом случае. Сложно думать о смерти человека, с которым вместе учился. Гойл, хоть и носил метку, Пожирателем смерти как таковым не был. Его допрашивали под Веритасерумом, и слизеринец так и не сознался ни в чём противозаконном.
— Да, его нашли мёртвым.
— С разорванной когтями грудной клеткой, — добавил Регулус с ноткой сарказма в голосе.
— Нам обязательно выяснять подробности при Тедди?
— Да, не стоит, — согласилась Андромеда. Гарри не мог не восхищаться её самообладанием.
— Прошу прощения. Я лишь хочу разобраться, откуда исходит опасность.
Гарри удручённо вздохнул.
— Я понимаю. Вы только вернулись в Британию, а у нас тут бедлам по всем фронтам. Авроры не справляются, тут даже скрывать нечего. Скитер и так полощет Сэвиджа в каждом номере. Нас, стажёров, готовят по ускоренной программе, чтобы мы могли как можно скорее присоединиться к основному костяку. Авроров не хватает.
— Как же так?! — изумилась Габриэль. — Испокон веков служба в Ав’го’гате считалась самой почётной. Все мальчики с детства мечтают встать на защиту магического сообщества, бо’готься с Тёмными Ло’гдами и злодейками Мо’гганами. Когда я посетила Хогва’гтс в девяносто четвё’гтом, то слышала, как один младшеку’гсник сказал своему п’гиятелю, что хочет стать вторым А’гги Потте’гом!
— Вторым, третьим, тридцать вторым… — безрадостно рассмеялся Гарри, в глубине души тронутый её словами. — «Избранных» на всех злодеев всё равно не хватит.
Не говоря уже о количестве протоколов и выписок, гордо именуемых отчётами, которые могли отпугнуть морально не подготовленных мечтателей. Горы бумаг, которые приходилось заполнять каждому аврору после задания или вызова. По этой причине авроры были счастливы, когда к ним прикрепляли стажёра, на которого можно было перекинуть возню с чернилами и пергаментом. Иногда стажёров допускали в Архив, реже — в комнату «магдоков»: предметов с неподдающейся анализу магической активностью. Разбор последних признавался новичками самым увлекательным занятием. В залежалой коробке можно было нарваться на что-то, отдалённо напоминающее настоящее расследование. На деле же ничего особенного — лишь то, что не забрали потерпевшие после рядовых краж, или принесли сердобольные граждане. Перкинс (3) традиционно в конце месяца отправлял в отдел «магдоков» целый ящик заколдованных маггловских вещей.
Стажёрам предстояло всё описать, проверить на остаточные чары, прикрепить бирку, и так по кругу. Рона уже мутило от этой рутины. Гарри пока держался. Он и не рассчитывал на подвиги на ежедневной основе.
Регулус наконец сел, заняв место возле Габриэль, и девушка сразу потянулась к нему за поддержкой, накрыла его руку своей, а затем и вовсе сжала пальцы.
Гарри отвёл глаза от парочки и наткнулся взглядом на кислую физиономию появившегося в зале Кричера. Эльф поставил на банкетку поднос с угощениями. Не бог весть что, откровенно говоря. Ломтики говядины на тарелке выглядели так, словно их долго пилили тупым ножом, отделяя от жёсткого куска мяса. Тарталетки с одинокой креветкой на листе салата на их фоне смотрелись не так жалко.
Гарри оставалось только гадать, чем Кричер был столь вопиюще недоволен.
Он подцепил мясной ломтик и с сомнением отправил его в рот. А ведь на вкус не так плохо, как на вид. Всё лучше, чем бутерброд и растворимый кофе в пластиковой чашке, который Гарри перехватил с утра в Аврорате. Жизнь научила его ценить прелести даже такого кофеина.
Остаток часа прошёл за пустой болтовнёй, говорили в основном девушки, а Гарри поддакивал им, когда требовалось. Флёр делилась новостями о работе в банке, куда они с Биллом вернулись после победы. Рассказать ей было о чём. Гоблины упорствовали и запрещали доступ к ячейкам чистокровных семей, чьи дальние родственники объявлялись по окончанию войны. «Зелёные колпаки» (общество защитников волшебных животных, в которое вступила Луна после выпуска) осаждали «Гринготтс» с транспарантами, требуя отпустить на волю всех драконов, сторожащих сейфы в отделениях банка по всему миру. Гоблины с ними не церемонились и чуть что вызывали авроров — ещё одна головная боль Сэвиджа. Утренняя планёрка в Аврорате начиналась с назначения дежурного у входа в банк, так что Гарри знал о проблеме не понаслышке.
— Мы купили маленькую яхту, — призналась Флёр. — Билл поставил лодочный сарай на берегу… — акцента за время, проведённое в Британии, у жены Билла почти не осталось. — Я совершенно не умею ставить паруса, менять галс, но Билл одержим идеей отправиться на остров Уайт в августе месяце и принять участие в регате.
— Замечательный настрой! — поддержала Андромеда. — В конце концов, мы великая морская держава, а ты, милая, вышла замуж за англичанина, так что крепись. Любой уроженец Альбиона тебе скажет, что кровь англичан солёная исключительно из-за морской соли.