Грязные новости (ЛП)

Я ухмыльнулся. Откинулся назад. Сцепил пальцы вместе.
— Я отправлю Брианну на третий этаж за одним из стилистов Джеймса, чтобы он привел Киплинга в форму.
Джуд распахнула глаза, нижняя губа выпятилась.
— Как ты?..
— Догадался. — Я отмахнулся от нее.
Не совсем. Тайна занимала мои мысли много долгих ночей. Настолько, что я собрал воедино каждую встречу, в которой она упоминала Киплинга. Во всех этих случаях она сжимала в руке блокнот.
Джуд выглядела растроганной, а мне не хотелось этого, поэтому я продолжил.
— Во всяком случае, мисс Дэвис больше не будет в состоянии наносить ущерб имуществу или беспокоить сотрудников LBC, особенно учитывая, что я расторг нашу помолвку.
Это был действительно хороший способ сказать, что мы могли бы вернуться к мирному траханию без того, чтобы Джудит устроила мне допрос с пристрастием. Просто и не так много слов.
— Так поэтому я здесь? — спросила она, выпятив подбородок. — Думаешь, что я снова прыгну к тебе в постель?
— И диван. И дверь в кабинет. И гребаный общественный туалет, если я так скажу. — Я пожал плечами, откидываясь назад и ухмыляясь ей.
— Ошибаешься, Селиан. Когда я сказала, что не влюбляюсь, то имела в виду именно это. Но я и не увлекаюсь случайными связями. Мне нужно, чтобы это что-то значило. Я была с Милтоном, потому что способна на отношения.
Я реально не хотел слышать об этом придурке Милтоне. В то же время моя растущая потребность трахнуть Джудит вполне могла заставить мои яйца взорваться. Поэтому решил, что искажу свою правду — или изменю ее немного, — чтобы удовлетворить ее потребности.
— Мы можем договориться.
— Мне не нужна договоренность. Я хочу отношений.
— Называй, как хочешь, Конверс. До тех пор, пока ты понимаешь, что в конце этого туннеля нет ничего — ни брака, ни свадьбы, ни детей, ни уютных вечеров за просмотром телевикторины с отцом, — ты получишь это. А теперь собирай вещи. Мы едем в Майами на выходные.
Я обдумал все, что сказал, и решил исправить одну вещь.
— Вообще-то, может быть, иногда телевикторина с твоим отцом будет вполне приемлема. Периодически твоя киска будет нуждаться в отдыхе.
— Майами? — Ее глаза расширились, как будто я предложил поездку в Афганистан. Она быстро пришла в себя, прочистила горло и добавила: — Мы еще не закончили работу над статьей о Сирии.
Точно. Черт. Конечно же, нам все еще нужно было закончить работу.
— Мы будем работать всю ночь.
— Я обещала папе посмотреть с ним игру «Янки», — сказала она и покраснела.
Я ненавидел то, что мне это нравилось в ней — ее яростная преданность семье. Независимо от того, как поздно она оставалась на работе, Джуд каким-то образом всегда находила время для своего папы.
Но, может быть, в Джудит не было ничего особенного. Может, я просто понятия не имел, как устроена нормальная семья, и давал ей дополнительные баллы.
— Можешь взять выходной, — коротко сказал я. — Я пришлю такси, чтобы отвезти тебя в аэропорт. Что-нибудь еще?
Несколько секунд девушка недоверчиво смотрела на меня. Наверное, я ожидал, что она обрадуется этой новости, но не стал доставлять ее с цветами и сладкими обещаниями.
— Ты свободен? — уточнила она.
Я окинул ее взглядом.
— Похоже на то.
— Ты порвал с ней?
Она потерла лоб, оглядывая комнату. Почему? Неужели ожидала, что это какой-то розыгрыш? Очевидно, Джуд очень мало думала обо мне в части морали.
— Тебе нужны письменные заверения, Хамфри?
— Вообще-то было бы здорово.
Я ухмыльнулся.
— Убери свою умную задницу из моего кабинета, пока я ее не отшлепал.
— Ты ужасен, — сказала Джуд, вставая со своего места и направляясь к двери.
Я наблюдал за каждым ее движением, недоумевая, почему нашел ее такой очаровательной, и внутренне спрашивал себя, какого хрена я делаю, взяв эту случайную цыпочку к моей матери, которая все еще пребывала в блаженном неведении о крахе моей помолвки.
— И тебе это нравится, — возразил я.
Девушка остановилась у двери, склонила голову и покачала ею, смеясь. Когда Джудит вышла за дверь, запах надежды заполз в мои ноздри — запах ее ванильного шампуня и имбирно-пряных духов.
 
И должен признать, мне это нравилось намного больше.
«Просто улыбайся и веди себя нормально».
Рядом со мной сидел папа, одетый в футболку и бейсболку «Нью-Йорк Янкиз» и пил газировку, которая определенно не входила в состав его нынешнего меню. Я закрыла на это глаза, потому что он выглядел совершенно очарованным игрой. На мне была огромная шляпа с американским флагом и футболка с Фрэнком Синатрой. Подходящий наряд, если хотите знать мое мнение.
Я заговорила после того, как вернулась с кухни, наполнив миску попкорном — еще одна вещь, которую папа не должен есть, но немного не повредит.
— Пап, ты… ты не будешь возражать, если я уеду на эти выходные? — Я старалась говорить небрежно сквозь комок вины, образовавшийся в горле.
Мои ладони так вспотели, что миска с попкорном чуть не выскользнула из рук. Я снова собиралась солгать папе, и ради чего? Почему скрывала правду от отца, самого близкого мне человека? Ведь я не делала ничего плохого. С другой стороны, он все еще был таким хрупким и только сейчас потихоньку начал вставать на ноги, в прямом и переносном смысле. Папа чувствовал себя лучше физически, а проводя время с миссис Хоторн и видя, как я преуспеваю на своей новой работе, он чувствовал себя лучше и эмоционально. Но все равно не хотела, чтобы отец знал, что я порвала с Милтоном. Это может перечеркнуть все достигнутые папой результаты, а если его здоровье пошатнется, я никогда себе этого не прощу.
— Милая. — Он похлопал меня по колену, когда я села, и его рука тут же скользнула к миске с попкорном. — Думаю, это отличная идея. Ты заслужила отдых. Милтон отвезет тебя в какое-то роскошное место? — он улыбнулся.
«За это ты отправишься в ад», — сказал Иисус в моей голове. «И если ты думаешь, что я вытащу твою задницу, когда ты туда доберешься, то ты, очевидно, была не внимательна на уроках по Библии».
Я решила, что скажу отцу, что рассталась с Милтоном, когда вернусь из Флориды. Я могла бы даже рассказать ему о Селиане, так как эти двое, казалось, нашли контакт. Не уверена, что у них было много общего, но одна из причин, по которой я не презирала Селиана — хотя это было заманчиво, — заключалась в том, что знала, что у него была мягкая сторона. Я видела это в том, как он помогал моему папе и в том, как пытался спасти меня.
— Не знаю… — уклонилась я от ответа. — Увидим. Ты же знаешь, что я буду доступна по телефону, верно?
— Да, — рассмеялся папа, отправляя в рот еще попкорна. — Ты уже упоминала об этом один, два или миллион раз. К тому же, если мне что-нибудь понадобится, миссис Хоторн наверху.
Я с любопытством посмотрела на него, улыбаясь.
— Когда же я, наконец, смогу встретиться с ней в качестве дочери ее бойфренда?
Отец опустил взгляд и пошевелил пальцами в тапочках.
Тогда я впервые заметила, что на нем новая пара. На самом деле весь его внешний вид был новым — все те же серые спортивные штаны и белая футболка, но они были выглажены и хорошо смотрелись на нем. Он также сбрил то, что осталось от его волос, чтобы создать более единый образ. Я не знала, почему мне было так душераздирающе радостно видеть его счастливым с другой женщиной. Может, и не стоило. Но выглядел он неплохо, как Брюс Уиллис без бровей.
 
— Он заставляет твое сердце петь, Жожо?
— Что? — Я сделала вид, что смеюсь. И потерпела неудачу.
О боже.
— Мильтон заставляет твое сердце петь? Музыка — такая важная часть твоей жизни, и когда ты счастлива, я это вижу. У твоих шагов есть ритм. Когда ты говоришь, то непроизвольно качаешься. Ты влюблена в него? Потому что если это не так, то оно того не стоит.