Случайно беременна, или Позволь тебя любить (СИ)

— Хорошо, обещаю, — процедила сквозь зубы Рори.
— Поклянись Ульяной, что не расскажешь ни Русу, ни его семье.
— Знаешь, это уже слишком. — Подруга нервно выдохнула, вдохнула и все же продолжила: — Я клянусь, что не расскажу Руслану о твоей беременности и ребенке, что бы ни случилось. Но все последствия этого будешь разгребать ты сама. Я бы все на свете отдала за то, чтобы Уля знала своего отца не только по изображению на фотографиях.
— Я согласна с тобой, — растерянно кивнула я, эмоции Авроры душили, — но, когда рассказывать обо всем Руслану, я решу сама. В конце концов, для начала мне надо родить.
Рори одобрительно мне кивнула, и на этом вся наша беседа как-то сошла на нет. Совета насчет учебы я от нее так и не дождалась, потому что она изначально высказалась против того, что я забрала документы. По ее версии, нужно было уходить в академический отпуск или поступать сейчас сразу же на четвертый семестр в другое учебное заведение. Рожать-то мне только летом, так что можно было спокойно отучиться до летней сессии. В ее словах был здравый смысл, но я-то упустила уже все сроки. Да и не представляла я себя бегающей по парам с огромным животом.
Рори подвезла меня до названного адреса, даже не спросив, где и у кого я остановилась. По ней хоть и было видно, что она очень торопилась и еле как выкроила для меня свободное время, но я почему-то очень сильно расстроилась. Словно после того, как Руслан выкинул меня из своей жизни, я сразу стала не нужна и всем остальным.
— Ты чего? Глаза на мокром месте? — удивился Максим, открыв мне дверь, а я переступила порог и просто обняла парня. — Эй, Вострова, ну ты чего? — ахнул он и начал поглаживать меня по волосам, даря человеческое тепло, которого мне сейчас так не хватало. — Это, наверное, у тебя гормоны, — пробубнил он и потянулся к ручке, закрывая дверь.
Наверное, он был прав и гормоны действительно были виной перепадов моего настроения. Когда я приехала в Москву, то сразу же набрала Максима. Я особо не отдавала отчета своим действиям, просто на подсознательном уровне знала, что он поддержит меня и поможет. Так и получилось: Макс приютил меня на своей съемной квартире на неделю. И даже почти не шутил надо мной, что было удивительно.
— Все хорошо, спасибо. — Я легонько похлопала его по груди и отстранилась, скинула шубу, жалея, что вообще надела ее в дорогу. А потом прошла в большую комнату, именно здесь я спала всю неделю. Макс на кухне, как истинный джентльмен, каковым он, увы, не являлся. — Я завтра уезжаю.
— Уже взяла билеты?
— Ага, — кивнула я, присев, и облизала пересохшие губы. Они в последнее время постоянно обветривались и трескались. — Ты мне хотя бы сейчас признаешься, что тебе от меня надо?
— Ты опять за старое. — Максим задрал голову и уставился в потолок.
Да, многое обдумав, пока жила в Сочи, я поняла, что с Максимом все было не просто так. В один момент мне даже пришла в голову идиотская мысль, что Макса ко мне подослал Руслан, но довольно быстро эту глупость я отмела, хотя бы потому, что если бы все было именно так, то Руслан давно бы уже знал о моем положении и своем будущем отцовстве. Тогда в чем еще может быть выгода Максима? Парень так и не признался, продолжая строить из себя моего друга, а я все чаще забывала все свои подозрения и начинала верить в его искренность.
Вернувшись к родителям, я все же отнесла документы в указанный в бумагах Руслана институт. Меня даже спрашивать ни о чем не стали, просто взяли и зачислили.
— Мы вас уже три месяца ждем, — противно улыбнулся пухлый и уже лысеющий декан.
Я лишь кивнула и поспешила на выход, осознавая, что здесь мне даже учиться не потребуется, Руслан обо всем договорился. Не удивлюсь, если мне за два года вперед автоматом уже нарисовали оценки в зачетке.
Вышла на улицу, подставила лицо прохладному порыву ветра, давя в себе слезы и радуясь чудесному климату. Как же прекрасно, что мои родители уехали жить сюда, а не на Чукотку или Камчатку. Хотя Руслан, наверное, был бы рад.
 
Опять он. Всюду он.
Даже через две недели, когда мне сделали второй скрининг и сказали пол будущего ребенка, я опять вспоминала о Руслане. Причем совершенно нехотя.
У меня будет сын. Как только я спустилась с кушетки, вытерла живот салфеткой и одернула вязаное платье, сразу же приложила ладонь к животу, знакомясь. Да, мне хотелось с ним познакомиться заново. В моей голове начали хаотично метаться мужские имена, почему-то я даже не подбирала их до этого. А теперь поняла, что не так-то просто выбрать то имя, что запало бы мне в душу и сочеталось с именем его папы. И вот именно на этих мыслях мне захотелось громко-громко выругаться. Чертов Востров.
Сев в машину, я прикрыла глаза и начала перебирать в голове все известные мне имена в паре с Русланом, пообещав себе, что это был последний раз, когда я целенаправленно о нем вспоминала. Чудо ли произошло или обычное совпадение, но, когда мне в голову пришло имя Алексей, меня словно что-то защекотало в животе.
— Алексей Русланович? — повторила я и прислушалась к себе, точнее к своему сыночку, но ничего похожего больше не повторилось. Правда, теперь это ни имело никакого значения. Выбор я сделала.
А вечером, на грани сна, я опять почувствовала легкое щекотание и поняла, что это все же и есть мой сыночек.
— Наконец-то, — шепнула я в подушку и расплакалась. В этот момент я даже не думала сдерживать слезы. Потому что они были от счастья и такой щемящей душу нежности, что невозможно было это все оставлять в себе, иначе бы меня просто разорвало.
Я же так ждала. Читала, что у худеньких девочек малыши начинают толкаться раньше, и все ждала, ждала… И вот… В этот день впервые за долгое время я засыпала абсолютно счастливая, с плотно прижатой к животу ладонью.
  
Глава 11
 
Я сдержала обещание, данное самой себе. Только вот за других я же ничего не обещала, а потому однажды мне позвонила Аврора и начала эмоционально рассказывать про то, что мне надо закругляться играть в молчанку, потому что Востров и правда начал появляться на людях с Максимовой.  Судя по тому, чего именно Рори ожидала, эффект получила она от меня обратный. Я не то что даже гуглить не стала ту самую Максимову, я даже на звонки Рори в последующем больше не отвечала.
Да, я закрылась в свою ракушку, посещая лишь изредка пары, но мне так было спокойнее. И менее больно. Потому что сердце и душа болели все равно.
Лешка регулярно пинался и устраивал какие-то сумасшедшие пляски в моем миниатюрном животе. Перинатолог несколько раз отправляла меня на дополнительную фетометрию плода, потому что живот был слишком маленьким. Вычитав, на каком сроке обычно фотографируются беременные, я в итоге ждала до последнего, потому что мой аккуратный животик тянул лишь на пятый месяц, и то с натяжкой. На тридцать четвертой неделе — в конце мая — я поняла, что ждать больше не буду, а то мало ли что, рожу ещё раньше срока… и не останется красивых фотокарточек на память.
Записалась к фотографу, по совету одной из будущих мамочек, с которой я познакомилась, и в ожидании своей даты просматривала чужие фотосессии, выбирая идеи для фотографий.
А за два дня до назначенной даты выставили на продажу идеальную квартиру. Чистую по документам и для срочной продажи. Лишь с одним требованием: покупателям нужна была наличка. Я сначала уже хотела расплатиться той суммой, что у меня была отложена, но потом представила, что придется опять ходить и трястись с деньгами, и не захотела. Сделка у нас все равно должна была быть в банке, так что я просто заказала на оговоренную дату нужную сумму и даже почувствовала себя счастливицей. И квартира еще одна будет, и фотосессия, и о Руслане с каждым днем я думала все меньше, ведь каждый толчок Лешки перетягивал все мое внимание на себя.
 
На фотосессию я собиралась сразу со всеми документами, потому что через пару часов после нее как раз должна была состояться сделка.