Не бойся. Я рядом (СИ)
— Будет похлеще вот этого? — Франк подхватил меня за бедра и впился зубами в мою попу.
— Ау-ау-ау!!! — завопила я как дикая. — Ты с ума сошел?
— Нет! Просто решил проверить, вдруг прыщ раздулся до десяти сантиметров?
— Не прыщ, — закатила глаза. — А прыщик! Маленький и миленький!!!
Стоя к нему спиной я ждала, когда он, продолжая валяться на диване, перенасладиться видом моей прекрасной пятой точки.
— Я бы тебе его выдавил. Прям и просится в пальцы…
— Только тронь! — возмутилась я.
— Ха-ха-ха! Ну ладно-ладно… пусть живет.
Не обращая внимания на его протестные стоны, на то что мы полностью голые, я, схватив его ладонь, потянула Романова на себя:
— А ну, счастливый, вставай!!!
И как только он поднялся, мы принялись танцевать.
— Между прочим, мой список «впервые», тоже пополняется, — заметил Дима. — Танцевать голым, да еще и посреди гаража мне не приходилось…
Не переставая хихикать кивком головы согласилась я с ним.
По кругу эти странные танцы —
Ты словно бабочка кружила нежно и легко
На кончиках пальцев.
— Ты посмотри на это! — залилась я громким смехом, когда вышла на улицу.
Дима только-только присоединился ко мне, перед нашим отъездом собравшись загонять свое старое Рено в гараж.
На машине было нарисовано что-то очень неприличное. А также приписано:
«Трахаться надо громче!».
— Дауны, а! — усмехнувшись, Франк смахнул картинку из свеже выпавшего снежка.
— Пошли? — поставив машину, закрыв гараж, взял меня Дима за руку.
— А как мы поедем домой? На такси?
— Зачем? — удивился он, ведя между образовавшихся луж. — Тут ходит трамвай!
— Фу, — тут же поморщилась я. — Ненавижу трамваи.
— Почему? — искренне удивился Романов.
— Потому что я на них ездила всего пару раз в жизни, а в последний раз ехала после того как мной нагло воспользовались и бросили!
— Ха-ха-ха! — угарнул Франк. — Ну видишь… зато был повод прокатиться!
— Очень смешно, — не оценила я его юмор.
Забравшись на конечной остановке во что-то очень старое, очень гремящее и явно желающее развалиться, мы осмотрелись.
— Садись на место где печка. Чтобы прыщу было тепло.
— Не прыщу, а прыщику! — уже на автомате поправила я его.
Усевшись в самом конце, возле окна, я с удовольствием обняла себя его рукой.
— А мои подарки? Ты обещал…
— Я их перевез, — не дал он мне договорить. — Пока ты была на парах.
— Ми-ми-ми! Пока мы едем, расскажи мне о чем-нибудь, — попросила я его, сладко зевнув, — как ты это умеешь.
— Могу рассказать о Стрельце А, — посмотрел Франк на темное небо.
— Да хоть Б, — отмахнулась.
— Идиотка, — потрепал меня Дима по голове. — Стрелец А — это сверхмассивная черная дыра в центре Млечного Пути. Надеюсь, что такое Млечный Путь ты хотя бы знаешь?
— Я по-твоему даун? — удивилась. И тут до меня дошло. — В смысле в центре Млечного Пути? Это же наша галактика! А черная дыра, насколько я знаю… это не хорошо!
— Ха-ха-ха! — Франк рассмеялся, — говоря на твоем языке, живые мы с тобой в нее точно не попадем.
— Ох, ну ничего, — смирительно вздохнула я. — Нам здесь и сейчас неплохо. Сияем ярче всех звезд на Земле!
— Точно, — согласился мой молодой человек. — Хоть прям сейчас фильм снимай!
По нашей жизни снимут фильм,
О том, как мы вдвоем выходим в открытый космос.
О том, как мы с тобой весь путь пройдем
Через тернии к звездам!
Выйдя на остановке, расположенной напротив моего поселка, взявшись за руки, мы с Димой перешли через дорогу. И тут зазвонил его мобильный.
— Эй, здорово! — ответил он, включив громкую связь. Это был Паша.
— Привет! — крикнула я ему.
— Привет, — поздоровался он с нами. — Слушайте, не хотите приехать к нам на выходные… через пару недель хотя бы?
— М-м-м, — замялся Дмитрий, смотря на меня.
— Мы хотим, — ответила я вместо Франка. — Если получится, то конечно.
— Замечательно. Тогда ближе там определимся.
Когда связь разъединилась, Романов поинтересовался:
— Как же родители?
В ответ я пожала плечами:
— Ну это же твоя проблема, не моя!
Спустя пять минут мне позвонил Андрей. Кас.
— Здорово!
— М-м-м… — замявшись, я также включила громкую. — Почему мне? Почему не Диме?
— Да тут до меня дошли новости о вашем сексе в гараже…
— Блять, — заржал рядом стоящий Франк. — Что за дерьмо?
— У него подробности обычно скудные, — продолжил Андрей. На заднем фоне у него где-то там хохотала моя Юлька. — А ты более разговорчивая…
— Девушке своей привет от меня передай! — попросила его.
— Ну что, может потусим вместе? А? Завтра-послезавтра?
В этот момент я кое-что для себя поняла. Боже! С возникновением в моей жизни Дмитрия, я приобрела не только долгожданные отношения. Я стала не только любимой. Я приобрела себе друзей! Друзей, каких у меня никогда в жизни не было! Ведь вся семья Димы, вся его компания с Биржи… все они стали для меня дороги. И я знала, что они все так же тепло относятся ко мне, как и я к ним.
— Обязательно! Только отвали от нас сейчас! — воспользовался моим телефоном Романов.
— Ты что, до сих пор не кончил, что ли? — удивился Андрей.
— Иди на хуй! — под мой смех, Франк вернул мне телефон, сбросив своего любимого Каса.
— Как ты с ним не вежливо, — прижучила я Романова.
— А нечего лезть куда не просят.
Посмеявшись над этим, вновь взяв его за руку я неожиданно для себя решила поинтересоваться:
— Ребята с Биржи — твои друзья. Чтобы ты не говорил. Они так же очень близкие для тебя люди. Твоя семья — это отдельная тема. Но-о-о… неужели ты не хочешь…
— Даже не начинай!
— Ну почему-у-у, Дима-а-а! Тебе же этого не хватает! Тебе этого хочется!
— Они не совместимы! — отрезал Франк.
— Не верю!
— Поверь! Я как-то пытался!
— Плохо пытался, — уколола его.
— Все! Отстань!
— Хочешь, я попытаюсь?
Встав передо мной, Дима склонил голову на бок.
— Что ты там попытаешься? Маленькая и глупая!
Состроив ему физиономию, я продолжила:
— Ты же будешь счастлив, если твои друзья…
— По-моему, я тебе совсем недавно сказал, что и так счастлив.
— Да, но… будешь еще счастливее, после того как я сделаю невозможное и две компании наших общих друзей сольются воедино!
— Ха-ха-ха! — он только лишь рассмеялся.
— Не смейся!
— Ну-ну, — махнув на меня рукой, Дима пошел вверх по дороге, ближе к моему дому.
А я побежала за ним, напевая себе под нос веселую песенку.
— О! Зацени! — добравшись до местной детской площадки Франк с изумлением смотрел на свежий снежок. В свете фонарей на нем было не сложно заметить нарисованные чем-то и кем-то рисунки.
— Класс!!! — мы принялись рассматривать художества, нанесенные, видимо, специальной краской.
А потом весело смеясь, подобно детям некоторое время катались с горки. Причем вместе. Одновременно. Каждый раз я сидела сверху, на Романове, чтобы не отморозить себе попу. Ну и, заодно, свой прыщик. Диминой пятой точкой мы готовы были пожертвовать.
В очередной раз скатившись, однако не очень удачно, мы угорали, валяясь в снегу.
— Ой, смотри-и-и-и! — потянула я его на себя, как-то случайно заметив сбоку, на снежной дорожке еще кое-что интересное.
— О, Господи!
— Ты их прыгал?
— Я что, больной по-твоему? — изумился Франк. — Или в детстве был девкой?
— Ха-ха-ха! — перед нами на снегу были нарисованы теми же красками классики!
— Давай попробуем!
— Что-о-о-о? Вот я двадцать три года не прыгал, а сейчас внезапно вдруг захотел!!! — открестился от меня Романов.
— Дава-а-ай! Это будет здорово! Я тебя научу!
— Мне же так не хватает подобных знаний в жизни! — включил он скептика, подойдя ближе ко мне.
— Ха-ха-ха! Сейчас-сейчас, вспомню! Так! На один — одна нога, на два — другая, на три-четыре — две, потом одна, потом две, потом другая одна, потом разворот и обратно!