Не бойся. Я рядом (СИ)

— А меня трогают! — было обидно до слез. — Кто они такие, чтобы…
— Что ты…
— Вот и сиди с ними тогда! Понятно? — оскорбилась я до глубины души. — Но без меня! Не надо меня смешивать с гря… ай!
Опрокинув меня на кровать, Романов принялся меня целовать. Как бы я не сопротивлялась, он добился своей цели.
— Прекрати!
— Не прекращу!
— Блин! А ты не знала, с кем связалась? — прищурился он, нависнув надо мной.
— В смысле? — опешила я.
Молча покачав головой, устроившись на покрывале возле меня, Дима вновь взял в руки свой мобильник.
Во второй раз подав мне в соцсети предложение, он зашел в отдел, где хранились все сообщения.
К этому моменту их там прибавилось. И насколько я могла видеть, радующихся за нашу пару там было всего человек пять, и то мужского пола.
Проигнорировав сообщения, в которых не было негатива, Романов поочередно заходил в те, которые были оскорбительные и… удалял из списка своих друзей тех, кто позволил себе лишнее.
Спустя человек двадцать мне стало неловко.
— Ты-ы-ы… так всех удалишь… — прикусила я губу.
— Ничего страшного. Мне пофиг. Я же говорил тебе. Пишет гадость — тем более пошла на хуй. Раз тебе они мешают, то и хер с ними.
Прильнув к его плечу, я… я почувствовала, как становлюсь более-менее довольной.
— Ну? Все? — капитально расчистив свои сообщения, ущипнул он меня за нос.
— Да, — улыбнулась я.
— Ты понимаешь… что-о-о… в силу моего увлечения и тамошнего статуса…
— Я понимаю, — к сожалению, мне пришлось с ним согласиться. — Почему они все так пристают к тебе?
— Ха-ха-ха! — рассмеялся Дима. — Даю повод? Я же люблю внимание. Женское.
Это было неприятно слышать.
— Но теперь все будет иначе, — заметил он изменения на моем лице. — Я же не скрываю, что занят. Что не один и что мне никто не нужен.
— Хочешь сказать, теперь у тебя нет потребности в этом тысячном внимании? — не поверила я ему.
— Нет. У меня же есть ты, — пожал он плечами. Будто бы для него все это было естественно. — У меня есть моральные установки. Не поверишь…
— Ха-ха-ха! — рассмеялась я.
— Давай! Возвращай меня.
Выхватив мобильник, он вновь все сделал за меня. И кстати, на моей странице за это время тоже появились новые сообщения.
— Эй! — это было справедливое возмущение.
Ведь зайдя в список, Франк, даже не заметив записи от женского пола, сразу же открыл последнего написавшего мне мальчика.
— Это кто?
— А что-о-о? — не сдержалась я.
— А что он тебе пишет-то?
— Дима! — попыталась я забрать у него телефон.
В отличие от беспредела на его странице, писавший мне молодой человек был моим бывшим одноклассником и просто спрашивал, как у меня дела.
— Франк!!! — в ужасе прижала я руки к губам. — Ты что сделал?
— Что?
— Ха-ха-ха! Ты дурак? — у меня не было сил возмущаться. — Зачем ты его удалил? Я же его хорошо знаю.
— Ну и ничего. Переживешь.
— Это не… — «нормально», хотела договорить я, но вновь лишилась мобильника.
В этот момент мне снова написали. Это была та девушка, с которой мы познакомились на последних гонках. Это была Аня.
— Значит, я была права во всех своих предположениях, — прочел ее сообщение Дима. — Это к чему?
Я решила не вдаваться в подробности.
— О! А что у нее делают мои фотки? — заинтересовался он, пролистав историю нашей переписки.
Дело было в том, что эта девушка, отыскав мою страницу, как и обещала на съезде, скинула мне те фотографии, которые у нее получились во время нашей тусовки.
Тогда она фотографировала нас с Димой. И надо было признаться, фотографии получились отличными. Они были очень романтичными. На большинстве из них мы обнимались, хотя, если честно, я не помнила, чтоб мы уж так долго стояли с ним рядом. Было несколько фоток, где мы смеялись, а также парочка с поцелуями.
— Ну ничего себе? — именно такую сейчас и рассматривал Дима. — Это кто это такая? Откуда у нее такой компромат?
— Это та девушка, которая уехала с Сашей. Забыл? Она нас фотографировала.
— А-а-а… — судя по его ответу, он так и не вспомнил, о ком я. — Крутая фотка.
 
— М-м-м… — конечно, я была с ним согласна. Но… вслух подтверждать это не стала.
Зачем-то перекинув себе снимок, Романов перегрузил свою страницу.
— Дима, — уткнулась я в его толстовку. — Жди новый поток негатива…
— Ха-ха-ха! Зато классно же.
Он сменил заглавную фотографию. И теперь большую часть его страницы занимал наш совместный фотоснимок. Тот самый. Где, прижав меня к себе, притянув за подбородок, он целовал мои губы.
Засмущавшись, я закрыла лицо ладонями.
— Что? Ха-ха-ха! — рассмеялся Франк.
— Это же интимное фото, — нашлась я что ответить.
Вызвав этим в нем приступ смеха, я подобрала с кровати свой мобильный.
И тоже. Тоже. Выбрав фото, обновила свою страницу. Вот только снимок был другим. На нем Романов обнимал меня, стоя за моей спиной. При этом мы с ним явно смеялись над тем, что он произносил мне на ухо.
И как я и предсказывала, не прошло и минуты, как под его новой фотографией начался переполох.
Но в этот раз он был более решителен. И все те, кому хоть что-то не понравилось сразу же исчезли. Это не могло меня не радовать. Однако горечь не отпускала из-за мыслей о том, сколько еще будет гневных сообщений в мой адрес, когда он уедет домой. И поведет ли Дима себя таким же образом, или же…
— Молодому человеку не пора ли домой? Поздно уже совсем, — сбила меня с мысли мама.
— Точно-точно, — поднявшись с кровати, не стал с ней спорить Франк. — Уже давно.
— Папа, кстати, на подходе, — не понятно зачем добавила мама… тем самым, заметно ускорив Романова.
— Ну во-о-от! — грустно протянула я, наблюдая за тем, как он надевает куртку.
— Не хнычь! — прищурился Дима. — У тебя сколько осталось зачетов?
— У меня ерунда. Я уже, считай, свободна.
— Отлично. Значит, скоро увидимся.
— Скоро — это когда?
На это он пожал плечами:
— Скоро — это скоро.
Меня этот ответ категорически не устроил.
— Мне просто надо все-таки разобраться со своей зачеткой, да и… на работе иногда хаус.
— Понятно, — вздохнула я.
— Отдыхай, — поцеловав меня на прощание, Дима исчез. А я уже по привычке почувствовала пустоту внутри себя. Так было каждый раз, когда он уезжал.
Но впрочем…
Все-таки стоило отметить, что у нас был прогресс. В конце концов, теперь мы были вместе. Вместе!
Поднявшись на второй этаж, я естественно направилась в родительскую комнату.
— Ну как? — не сдерживая улыбку, поинтересовалась я у мамы. — Как он тебе?
Мама лишь неопределенно покачала головой. Странно. По тому, как они общались, мне казалось, что реакция будет немного другая.
— Что? — тут же напряглась я.
— Да ничего…
— Ничего? Всего лишь ничего? — меня задела ее оценка. — Ну он же классный, — присела я с ней рядом. — Правда он красивый?
Переведя на меня взгляд, она усмехнулась:
— Ха-ха-ха! Ну он смазлив. Так и быть.
— В смысле? Он не просто смазлив! — рассмеялась я. — Признай очевидное!
— Ладно-ладно. Пусть будет так.
— И он умный, — добавила я.
Мама кивнула.
— Эй! — потребовала я у нее более развернутого ответа.
— Я же не возражаю. Симпатичный…
— Красивый, — тут же поправила я ее.
— Умный, — кивнула она. — Высокий, что немаловажно.
— О да! Это самое главное! Ха-ха-ха! — оценила я ее вывод.
— Вроде бы хороший, но…
— Что-о-о-о? — нахмурилась.
— Как-то знаешь, — прищурилась она, — у него как-то разнится образ и поведение. Путаница. Смотришь на него, на повадки — двор двором, а когда говорит, рассуждает — вроде и нет.
— Ха-ха-ха! Это… есть такое…
— Неужели, как-то сдержанней нельзя быть? Шутки, конечно, у него… — естественно, сатира Дмитрия не смогла пройти мимо нее.
 
— Ну он такой, — вытянула я руки перед собой. — К этому надо привыкнуть. Он за словом в карман не полезет.