Мама Для Наследника Стаи (СИ)
«Элейн! – звучал в голове жаркий шепот Оберона. – Моя! Как долго ждал! Моя и только моя!».
И снова обжигающее прикосновение губ к нежной коже на шее, точно там, где в храме ее касались его клыки, оставившие на мне метку альфы.
Кожа не болела. Она горела, обжигала и я не знала, что тому виной, мой страх, или огонь мужа.
Невольно бросила взор на постель. Цветы на покрывале, белые, как мое платье. Смотреть на них было больно и я не выдержала, закрыла глаза, чувствуя, как руки Бренна, осторожно, но властно, словно клеймя, подтверждая свое право, опускаются на талию, поднимаются выше, накрывая полушария груди.
«Моя! Элейн!» - позвал альфа. Он хотел меня, ждал, чтобы отозвалась, отреагировала на ласку, на манящие слова и тепло тела. Но я молчала. И мысленно, и вслух.
Тогда Оберон развернул меня к себе. Теперь мы встали лицом к лицу. Альфа немного отодвинулся, будто рассматривая черты моего лица, затем его руки осторожно принялись выпутывать шпильки, поддерживающие фату. Справился он с этой работой удивительно быстро и проворно. Миг и фата легкой паутинкой летит на ковер. Бренн наклонился ко мне, поймав губами тревожный вздох. Удар сердца и альф меня поцеловал. Уже не так церемонно, как за праздничным столом, когда радовал своих приближенных. Нет, на этот раз он целовал меня иначе. Так, как еще никогда и никто до него не касался к моим губам. Руки мужа властно опустились на талию, притянули к сильному телу, позволяя ощутить готовность к продолжению церемонии. И я снова задрожала, не отвечая на поцелуй.
- Ну же, Элейн! – прошептал он горько, то ли уговаривая, то ли умоляя.
Я зажмурилась. Но оборотня это не остановило. Легко, словно я не весила ничегошеньки, муж подхватил меня на руки и куда-то понес. Нет, я, конечно, знала, куда. И ощутив спиной мягкое покрывало, задрожала еще сильнее.
- Отзовись, ответь, - просил муж, осыпая поцелуями мою шею.
Его руки скользили по моему телу. Касались груди, задевая болезненно напряженные вершинки, опускались по животу, обжигая даже через ткань платья. А в какой-то миг он забрался под белые юбки, и я в страхе распахнула глаза, ощутив его пальцы на своих ногах.
- А! – выдохнула в лицо альфе.
Он не остановился. Поцеловал снова. Жадно, почти до боли истязая губы. Его рука продолжала чертить странные узоры на моем бедре, забравшись непозволительно далеко. Еще немного и муж прикоснется к сокровенному. Он уже был готов взять свое, а я…
А я продолжала тихо молиться о том, чтобы наступило утро, а вместе с ним и облегчение. Но внезапно все прекратилось. Я даже не сразу это поняла, лишь по ногам в какую-то секунду повеяло холодом.
Резко открыв глаза, увидела, как Бренн навис надо мной. Смотрит в лицо пристально, но в глазах его нет ни проблеска эмоций. И мысли не слышны, будто альфа закрылся от меня.
- Не бойся, Элейн, - сказал он тихо и оправил задранное платье. – Я не возьму тебя силой. Не трону до тех пор, пока сама не захочешь и не придешь ко мне, - он отодвинулся и встал с постели, продолжая мерцать желтыми глазами. – Ты моя жена перед богами и перед лицом стаи. Все остальное подождет. Ты должна быть готова. Я не хочу и не могу насиловать свою пару. А то, что происходит сейчас, иначе не назовешь. – Сказал и повернулся спиной, поправляя собственную одежду.
Я медленно села, не веря услышанному. Но что-то подсказывало – не лжет.
Только неужели он надеется, что я, действительно, сама захочу продолжения этих отношений? Что сама приду к нему и предложу себя?
Вот уж нет! Право слово, благородство лорда Оберона в данной ситуации мне только на руку.
- Прими ванну и ложись спать. – Прозвучало в тишине холодное и сдержанное. – Я пока пойду в кабинет. Горничную присылать не стану. Надеюсь, справишься сама. Не стоит пока никому знать о том… - он запнулся, но я и так все прекрасно поняла.
Пока здесь король, пусть Тайран думает, что между мной и Бренном было все, что должно быть между супругами. Это и мне казалось правильным.
- Я справлюсь, милорд! – прошептала горячо. И добавила тихо, еле слышно: - Спасибо!
Он обернулся. В золоте глаз сверкнул такой голод, что я едва не шмыгнула под покрывало, горя от желания накрыться с головой, как случалось в детстве, когда слушала страшные сказки. Там, где я жила после смерти родителей, иных не знали и не рассказывали.
Наверное, муж хотел что-то сказать, ответить, но в последний миг передумал. Лишь вздохнул так тяжело, что у меня в груди отозвалось его болью. Пока мне чужой и чуждой. А затем вышел, тихо прикрыв за собой дверь.
Я встала с постели только после ухода Оберона. Отыскала обещанную ванную комнату и набрала в мраморную ванну горячей воды. Стащила брачное одеяние и забралась в воду, чувствуя, как тело бьет озноб, все еще не веря в то, что произошло. Не веря в то, что он просто ушел, оставив меня одну. Не тронул, хотя и попробовал разбудить во мне влечение.
Что и говорить, лежа в горячей ванне, пыталась успокоиться, но не могла не думать о лорде Обероне. И этот его поступок! Он вызвал чувство облегчения и благодарности.
Кажется, впервые я не могла и не хотела его бояться.
- Так и знал, что найду тебя здесь, - Снор протиснулся в приоткрытую дверь кабинета и, не спрашивая дозволения альфы, сел за стол, напротив Оберона, успев плотно закрыть за собой входную дверь. – Чем занимаешься? – желтые глаза старика лукаво сверкнули. Он опустил взгляд на толстую книгу в руках своего предводителя, затем поднял глаза и встретил ответный взгляд Бренна.
- Да вот, решил почитать, - криво усмехнулся альфа.
- Понятно, - кивнул, словно соглашаясь, Снор. – Я отчего-то сразу так и решил, что этой ночью ты предпочтешь чтение другим более приятным развлечениям.
Оберон улыбнулся в ответ, но рассуждать далее на эту тему не стал, хотя книгу закрыл из уважения перед более старшим собеседником.
- Король что-то чувствует, - уже тише, почти шепотом, проговорил старик, изменив позу на крепком стуле. Наклонившись ближе, он произнес, уже не шевеля губами. В голове у альфы прозвучало отчетливое: «Надо же, Тайран успел. Кто бы мог подумать!».
«Не сказал бы, что это так. – Ответил мысленно альфа. – На церемонию он опоздал и теперь не в силах помещать мне».
«Не сомневаюсь, тот буран дело рук его колдуна, - согласился Снор. – И утренняя непогода…»
«Конечно», - кивнул Бренн.
«Кажется, он не верит твоему слову, - старый оборотень возмущенно сверкнул золотым взором. – Всех равняет по себе!» - уже более негодующе добавил он.
- Мне все равно, - ответил Оберон вслух. – Сейчас меня менее всего волнует король. Он уедет, потому что не в силах что-то изменить. Не теперь.
- Но Элейн? – сдвинул брови старик.
- Мне надо многое ей рассказать о себе, - вздохнул Бренн.
- Но что ты намерен делать с вашими отношениями? Сегодня получится скрыть тот факт, что вы пока не совсем вместе. Но после…
- Мне просто нужно время. – Альфа поднялся. Отошел от стола, оказавшись у окна, за которым еще темнела ночь. – Нам обоим нужно время. Для нее все произошло слишком быстро. И, возможно, сказывается то, что она наполовину волк. Я не чувствую в ней ответа, а значит, буду ждать.
- Ты альфа, тебе виднее, - Снор тоже встал. – Вниз еще пойдешь? – уточнил он, но увидев отрицание во взгляде хозяина замка, кивнул, продолжив: - Да. Если не спустишься, тебя поймут. Все же, столько лет искать свою пару…
«Ауд присматривает за королем?» - уточнил снова мысленно альфа.
«Да. Все, как договаривались. Тайран сейчас внизу, как и его троица. Пьют, едят, гуляют. Кажется, он решил, что полукровка бесполезна и не таит в себе опасности», - ответил старик.
«Вот пусть и дальше думает именно так!» - ответил лорд Оберон и Снор направился к выходу.
Альфа проследил за старым другом, но к книге так и не вернулся, оставшись стоять у окна и смотреть в глубину ночи, молча взирающей на мужчину в ответ.