Дети Левиафана (СИ)

Мюррей снял шляпу и почесал облысевший затылок.
— А где этот проход?
— Там дом раньше был, под ним мы копали. Но внизу всё ржавое и железное, а потом какая-то сука визжать и скрипеть начала, так эти гомики прочухали и дом сожгли, а теперь постоянно за ним какая-нибудь боденская шлюха следит, чтобы никто внутрь не пролез.
— Внизу был Страж?
— Страж? — сапёр нарисовал круг в воздухе. — Храни нас Спаситель, я не видел…
— Как бы он увидел? — Каннан хмыкнул. — Бежал так, аж пятки сверкали. Ладно, всё равно завтра сдохнем, какая разница?
— Лучшего командира для последнего боя и не придумаешь, — Мюррей сплюнул на землю. — Завтра будем ужинать с Вечным.
— Кстати об ужине. Кормят хорошо, так что жрите от души.
Капитан и сапёр ушли, переругиваясь по дороге.
— Весёлые ребята, — сказал Эйнар. — Я хотел…
Людвиг повернулся к нему и со всей силы ударил в плечо.
— Ай! Это больно.
— Какого Вечного ты сюда полез? — зашипел рыцарь. — Ты же мог уйти и остаться живым. Ублюдок, вот как завтра идти в бой, зная, что из-за меня ты можешь сдохнуть?
— Вот и проследи, чтобы я не умер. А я прослежу за тобой.
— Ты понимаешь, что я натворил из-за тебя? А ты идёшь в самое пекло. Кретин!
— Давай-ка лучше поедим, — предложил Эйнар.
Людвиг выдохнул через нос. Но его ревущий от голода желудок не хотел спорить и драться.
— Тащи, я подожду.
— А с чего это я должен за едой идти?
— Я рыцарь, мне не положено. Быстрее, нордер!
На костре томится котелок с похлёбкой. А смертников неплохо кормят, раз остаётся еда. Эйнар налил похлёбку в маленькую кастрюльку, взвесил в руке и оставил вместо котелка, который забрал с собой. После Лефланда аппетит стал пугать и на паре сухарей, как раньше, уже не протянуть.
— Знаешь, я тебя сейчас изобью и свяжу, — пригрозил Людвиг и вытащил здоровенную кость с мясом. — Чтобы ты никуда завтра не влез.
— Можешь попробовать, но я всё равно освобожусь, — Эйнар глотал похлёбку не прожёвывая. — За тобой надо присмотреть, вдруг опять продашь мир?
— Не смешно, — рыцарь скорчил свирепое лицо и начал выколачивал костный мозг.
— Раз уж ты приговорил наш мир к смерти, тебе надо успеть сделать ещё много дел.
— Каких?
— Помнится, ты хотел закончить всё и уйти. Как звали ту вдовушку?
— Ханна, — Людвиг с мечтательным видом посмотрел вдаль.
— У тебя даже лицо поглупело. Разве не хочешь увидеться с ней ещё раз?
— После того, что случилось?
— Особенно после того, что случилось, — Эйнар окунул в бульон сухарь. — Мы же собирались с тобой туда вернуться, помнишь?
— Я не знаю. Признаться, когда бы всё это закончилось, я бы хотел… попробовать.
— Поэтому тебе и нужна помощь, чтобы выбраться отсюда, да?
— Ты сукин сын, нордер, — Людвиг отбросил голую кость и поскрёб ложкой по дну котелка. — Если ты завтра умрёшь, я тебя побью.
— А кроме этого, — Эйнар показал на городские стены. — Где-то там есть таинственная дверь. А кто ещё поможет тебе её открыть, кроме меня? Что-то я не наелся.
— Я тоже. Тащи ещё.
  
Глава 10.2
 
Людвиг проснулся рано утром оттого, что замёрз. Немного непривычно после жары Лефланда. Эйнар сидел у потухшего костра и жевал чёрствый хлеб.
— Горячего не будет, — пожаловался он и зевнул. — Холодно, суставы ломит. Старею.
— Тебе даже двадцати пяти нет.
— Нельзя поныть, что ли? Поспал бы в той камере с недельку, то понял бы меня.
— На ноги, сучьи дети, на ноги! — раздался крик капитана Каннана. — Подъём!
Кто-то загудел в трубу, не очень умело, зато громко.
— Спаситель, храни нас, — смертник у ближайшего костра начал молиться.
— Ты лучше доспехи натягивай, — сказал ему сосед, проверяя однозарядный пистолет.
Каннан остановился рядом с Людвигом.
— Вы двое, слушайте. Мы в полной жопе, но это вы и без меня знаете. Но мне бы не хотелось сдыхать просто так, и я намерен выжить. Нам нужно захватить ворота, потому что пробить их невозможно даже тараном, Старый мир, тут и пушки не помогут. Поэтому мы должны захватить сторожку и открыть проход, а потом держаться, пока не придёт основная армия. Я набираю ребят, кто умелый, а вы двое выглядите бывалыми. Мы пойдём второй волной.
 
— А первая отвлекает внимание? — северянин нахмурился.
— А ты как хотел? Попросить говноедов, чтобы нас впустили? Нет уж, даже пробовать не буду. Но у боденских гомиков нет своего пороха, они используют местный, а местный говно. Увидите сами. Если получится, то выживем. А если поймаю стрелка живым, засуну его же пушку ему в жопу.
Он улыбнулся и посмотрел куда-то вверх.
— Когда всё закончится, куплю поместье и женюсь на молодой красотке. Ну и что? Хотите просто сдохнуть или рискнуть и попытаться выжить?
— Может, попробуем другое? — спросил Людвиг. — Та дверь. Мы можем открыть её.
— Ты умеешь открывать двери Старого мира?
— Я умею, — сказал Эйнар. — Я был антрубером.
Каннан задумался.
— Чего ты вчера молчал? Ладно, стоит попробовать. Мюррей! Мать твою, жопу в руки и бегом ко мне!
— Да хватит вякать, толстожопая мразь! — отозвался сапёр. — Что тебе надо, сука?
Судя по запаху вина, Мюррей заправился для храбрости.
— Расскажи им о двери, — потребовал капитан. — Они смогут её открыть. А мы пойдём за ними.
— Да ни за что! — крикнул сапёр. — Я не полезу туда ещё раз!
— Полезешь, нам всё равно сдыхать. Рассказывай!
— Да, сука, дверь, ржавая, с кнопками. Только мы подошли, она что-то спросила. Вилли нажал чего-то, и из стены вышел… ну я не видел кто, я убежал.
— Ну и что, сможете убить эту тварь? — Каннан посмотрел на Эйнара.
— Попробуем. Это лучше, чем ловить пули.
— Ладно, пробиваемся в дыру, — сказал капитан. — Но много людей не надо, заметят. Поищу, кто понадёжнее, и не такой суеверный. Ты, Мюррей с нами, пригодишься внутри стен. Вот выкопал бы нормальную яму, сейчас бы не рисковали!
— Я не пойду!
— Пойдёшь! — рявкнул Каннан. — Посмотрим, кто убил твоих ребят и отомстим.
Сапёр приложился к фляжке и кивнул.
— Вот и славно. Ждите приказа. Если сможем попасть в город, то откроем ворота изнутри, я уверен. Мне мой покойный папаша снился, а это всегда к удаче. Повезёт нам, жопой чую.
Траншеи недостаточно глубокие, но под их прикрытием можно добежать почти до стен. Только, скорее всего, сверху всё это хорошо простреливается.
Смертники ждали приказа к атаке.
— Я получу титул барона после победы, — хвастался мальчишка лет семнадцати, в новой кольчуге и блестящем панцире. Младший сын какого-нибудь лорда, не иначе. Вокруг него столпилась компания из таких же сопляков, обсуждая славу, титулы и земли. Думают, что бессмертные, Людвиг помнил это чувство. И помнил, чем это обернулось.
Пушки, стоящие на стенах, изредка, будто неохотно, стреляли, но на такой дистанции ни в кого не попадали. Смертники спускались в траншеи, сначала шли обычные солдаты, мародёры и дезертиры, те, кто должен умереть в первую очередь. А за ними те, кто будет штурмовать ворота, те, кто выглядел более уверенным или обладал хорошей бронёй.
— Ну с дороги, резанная морда, — какой-то молокосос в доспехах грубо отпихнул Эйнара. — Не стой на пути, урод!
Сопляк хотел сказать что-то ещё, но осёкся, увидев меч, направленный в лицо. Людвиг вытащил оружие раньше, чем успел подумать об этом. Надо учиться держать клинок в ножнах. Если получится выжить.
— Да пусть идёт, малолетний идиот, — северянин тем не менее достал топор. — Если нарываться не будет.
— Да я… да вы, — возмущался сопляк, краснея и пуча глаза. — Это оскорбление. Я вас…
 
Его дружки столпились рядом. Да, наверняка прибыли из дома недавно, вот и выделываются. Но хоть и их и пятеро, шансов у них мало даже против двоих. Хотя нет, троих.
— Идите-ка отсюда, недоноски, — сказал молодой рыцарь в погнутой чёрной кирасе, изрядно облупившейся, и синем плаще на левом плече.