Дети Левиафана (СИ)

Эйнар вошёл в заветную дверь и присвистнул. Стоили.
— Ого. Хватит на целую армию.
Вот это действительно гора оружия. Копья, мечи и мушкеты сбросаны в кучу, тут же лежат шлемы, части доспехов, пара кольчуг и стёганые куртки, дырявые и окровавленные. Есть даже настоящая рыцарская кираса, только изрешечённая отверстиями от пуль и алебард. И шлем с роскошными перьями и вмятым глубоко внутрь забралом. Лучше не думать, что стало с лицом предыдущего владельца.
— Вы же легко отобьётесь с таким арсеналом.
Эйнар подобрал короткий пехотный меч. Дешёвая сталь, уже ржавеет, на лезвии сколы и вмятины. До дорогого клинка Людвига не дотягивает ни прочностью, ни качеством, ни красотой. Но такой стоит дороже, чем может позволить себе обычный воин, не говоря уж о лесорубе.
— Почему вы не сказали об этом рыцарю?
— Нам запрещено иметь оружие, — староста опустил голову и сел у порога. — Милорд Дитрих очень разгневался, когда нашёл копья. А когда он узнает об этом… Мы боялись, что он уйдёт, а что толку от оружия, если никто не умеет им владеть?
— И откуда оно здесь?
— Когда островитяне отступали, они бросили раненых. Тех, кто не мог идти, оставили у колодца.
— А вы их убили в отместку за сожжённые дома, да?
— Нет, нет, нет! — староста замахал руками. — Ради Спасителя, как вы можете так говорить? Никого мы не убили. Многие сами умирали. Мы умеем лечить переломы и ушибы, но не раны от пуль и мечей. Кто умер, мы их похоронили, а остальных забрали аниссары. Но оружие мы успели спрятать.
— Зачем вам оно?
— Пригодится, времена неспокойные.
Староста лукавит. Про раненых звучит правдоподобно, но с оружием не всё так явно. Эйнар подобрал мушкет. Кремнёвый, лучше фитильного, хуже капсюльного. Но капсюльные есть только у Ангварена.
— Порох хоть есть?
— Есть порох, пули и всё остальное.
— Возьму с собой. Если милорд Л… Эммерик научит вас стрелять из этих штук, то отобьётесь. А что там? — Эйнар показал на ржавую дверь у дальней стены.
— Ту мы не смогли открыть.
— Ага, как же.
Если тут хранят оружие, то что же находится дальше? На поверхности полустёртые буквы, их почти не разобрать. Зато видно хорошо знакомую эмблему человека в круглой шляпе. Райдзин Технолоджи, конечно. Пульт кажется исправным, но кнопки не срабатывают.
— Скоро будет смеркаться, — сказал староста. — Эту дверь мы никогда не могли открыть.
Скорее всего, она заблокирована. Попробовать ключ? Эта панель должна его принимать. Эйнар прижал мизинец. Над дверью зашипело.
— Доступ отклонён, — раздался очень хриплый голос. — Вход только для администраторов контрольной группы проекта «Бледный Огонь».
— Спаситель, помилуй, — пробормотал староста и обвёл себя кругом. Выглядит испуганным, значит, слышит это впервые.
В зал вошёл поводырь, с опаской рассматривая оружие.
— А эту дверь ты открыть не сможешь?
Паренёк не ответил. Нет, здесь он бессилен. Кажется, что эта дверь действительно заперта. А жаль, было бы интересно узнать, что внутри. Эйнар развернулся и чуть не подпрыгнул. Поводырь стоял прямо перед ним.
— Ты меня напугал.
— Он всех так пугает, — староста хихикнул.
Васур взял Эйнара за левую кисть, присматриваясь к пальцам.
— Что ты делаешь?
Поводырь знает о ключах? Он отпустил руку, посмотрел на панель и прижал большой палец. Дверь начала открываться, паренёк улыбнулся.
— Ну-ка покажи.
Под грязным ногтем видна знакомая чёрная точка. Ключ, откуда он там? Кто этот парень такой? Васур испугался и начал тянуть руку на себя.
— Да не бойся, я только посмотрел, — Эйнар потрепал его по плечу. — Но кто ты?
Паренёк не ответил, только опустил голову, смотря на истрёпанную обувь. Должно быть это погонщик боевой машины из армии Левиафана, неудивительно, что он сошёл с ума. Хотя он слишком молод, во время Похода должен был быть совсем мальчишкой. Но кто знает, может, тогда и дети управляли оружием?
— Ты молодец, Васур, спасибо, — сказал Эйнар.
Парнишка просиял. Откуда у слепого священника такой поводырь?
Староста вошёл первым и вскрикнул. Неприятные зелёные и красные полосы на стенах освещали комнатку со ржавыми кроватями. На истлевших тряпках покоились кости. Повсюду стояли мониторы, но ни один не работал. Под ногой что-то хрустнуло. Скелет, опутанный проводами, лежал, вытянув руки к двери.
 
— Спаситель милосердный, — староста нарисовал круг в воздухе.
Васур зажал рот, всхлипнул и побежал наружу, но совсем без шума.
— Что же тут было?
— Он хотел выбраться, — прошептал Эйнар. — Их забыли.
У скелета раздроблены берцовые кости на обеих ногах, но он всё равно полз к двери. Пальцы на одной руке сломаны, от падения с кровати, скорее всего. Черепа остальных смотрели на него, будто ждали, сможет ли он выбраться и позвать на помощь.
— Бедные люди, — сказал староста. — Мы их похороним, чтобы они не злились на нас.
  
Глава 7.5
 
— Вы уже воевали, сэр Эммерик? — спросил Дитрих, вытягивая больную ногу.
— В настоящем бою был всего раз, — ответил Людвиг. — Поражение наголову.
Защитники деревни расходились. Этой толпе не поможет никакое обучение. Но зато появилось время скинуть броню, сесть в тени и выпить ледяной воды из кувшина. Правда, от неё сильно ломило зубы.
— Ещё успеете, — сказал предвестник. — Я вот всю жизнь воюю и помню каждую битву. Только битвы и помню.
Он посмотрел на заходящее солнце, а потом на стоящих рядом детей, разглядывающих рыцарей. Их присутствие немного раздражало, малолетки постоянно окружали и требовали показать меч. Людвиг никогда не умел правильно вести себя с детьми и не понимал, зачем вообще с ними разговаривать. Оружие не показывал.
— Вспомнилась одна история, — сказал Дитрих. — Как семь рыцарей защищали крестьян от разбойников. Вы не слышали?
— Нет.
— Рыцари победили, но большинство из них погибло. Но у нас будет не так грустно. Ну-ка идите отсюда! — прикрикнул он на детей, пряча улыбку под усами.
— Покажи булаву! — потребовал голопузый мальчик.
— Ты её вчера смотрел! — рыцарь-предвестник нахмурил брови в притворной злости. — И поднять не смог. Каши мало ешь.
— Я подниму, — похвастался другой.
— Ну попробуй, — Дитрих потянулся за булавой, но посмотрел на Людвига. — Мелкие засранцы, да валите отсюда! Мы же тут разговариваем.
Детишки не отошли далеко. Так и крутились поблизости, будто в деревне нет других развлечений. Может, и правда нет.
— Дома — вот также, куча детей, — пепельник засмеялся. — А я постоянно в походах и не сразу вспоминаю, какие из них мои. Но к делу. Я думаю, может заманить разбойников и атаковать со всех сторон?
— Мы не знаем, сколько их, — сказал Людвиг. — Когда Э… Губерт вернётся, я с ним поговорю. Может, сходим с ним на вылазку.
— Вам лучше остаться. Но насчёт разведки стоит подумать. Да что они творят?
Детишки нашли себе развлечение. Они кидали камни в бегущего куда-то поводыря священника. Увесистый булыжник попал в голову и сбил шляпу. Малолетние злодеи восторженно закричали.
— Стоять! — взревел Дитрих, но не как добродушный здоровяк, а как ветеран множества битв.
Дети замерли, смотря испуганными глазами на рассвирепевшего рыцаря. Поводырь сидел в пыли, закрывая голову и трясясь от рыданий. Предвестник склонился и рассмотрел повнимательнее.
— Вот же тебе досталось. Царапина, но надо промыть. Хорошо?
Дитрих напялил на паренька шляпу, разлохматив волосы. Мелькнувшее на мгновение лицо показалось знакомым.
— Такого я не ожидал, — старый рыцарь стоял перед детьми и говорил строгим голосом. — Он же мухи не обидит! Вашим родителям помогает, слова злого никому не скажет. А вы его камнями! Да как вам не стыдно?
 
Детям или было стыдно, или они сделали такой вид. Скорее всего, второе. Как по команде, детишки уставились в землю, а Дитрих продолжал их укорять. Людвигу тоже стало немного неловко.