Ученица огненного мага (СИ)

— Хесо, пойдем туда! — я с воодушевлением устремилась навстречу лапше.
Однако Хесо, аристократически сморщив нос, сообщил, что в такие заведения не ходит, и целеустремленно повел меня через проулки и улицы в «приличный ресторан». Вот сноб! — думала я, сверля возмущенным взглядом спину дракона перед собой, пока мы шли по узкому проулку, — нормальная лапшичная, что его не устроило?
Какими были требования Хесо к заведению, в котором его будут кормить, я поняла, когда он привел меня к неприметным деревянным воротам, над которыми висела вывеска «Павильон Хуаюань[1]», и мы зашли внутрь. И требования эти были воистину драконьи, потому что мы оказались в уменьшенной копии дворца — те же изящные павильоны с изогнутыми крышами, теряющиеся в пене цветущих деревьев, бегущий ручеек с перекинутым через него ажурным мостиком, только без удушающего красного цвета повсюду, что показалось мне несомненным плюсом.
К нам тут же подплыла дивная красавица с рубиновыми губками и подведенными тонкой черной линией глазками, одетая в розово-лиловые шелка.
— Господин Хесо, как долго вас не было, мы уже заскучали, — нежно проворковала она и окинула мня быстрым взглядом, — вы сегодня с дамой? Я буду ревновать, — девушка мелодично засмеялась, вежливо прикрывая рот рукавом.
— Я просто друг, — ляпнула я, и едва держалась от того, чтобы не покраснеть. Не надо было это говорить, почему я должна оправдываться? Но вдруг у них с Хесо что-то есть, и из-за меня они поругаются?
— Азуми, посади нас где-нибудь в тихом месте, — попросил Хесо, никак не комментируя мое заявление о нашей с ним крепкой товарищеской дружбе. Впрочем, на красавицу он смотрел с явным одобрением, и я подумала, что, возможно, была не так уж неправа в своем предположении.
Пока девушка вела нас по выложенной деревянными досками дорожке к одной из беседок, я смогла как следует рассмотреть территорию сада. Кто бы ни спроектировал это место, вкус у него был отменный — за каждым поворотом нам открывались живописные виды — то кривая сосна, то небольшой рукотворный водопад, то огромный ноздреватый камень — но вот ни одного человека, как прислужника, так и гостя, мы не увидели. Издалека доносилась ненавязчивая музыка, из чего я заключила, что другие гости, кроме нас, тут все-таки были, просто беседки были расположены таким образом, чтобы посетителям не было друг-друга видно и слышно.
— Прошу, располагайтесь, — Азуми остановилась перед входом в беседку, нависающую прямо над небольшим прудом, и сделала рукой плавный приглашающий жест, — ваше любимое место, господин Хесо. Мы всегда держим его свободным в надежде, что вы нас навестите, — это было сказано с легким то ли намеком, то ли упреком, которые дракон равным образом проигнорировал.
Мы с Хесо расположились на подушках возле деревянного столика в центре беседки, и Азуми почему-то подошла и села с нами. Я уже было решила, что она будет с нами обедать, но девушка лишь налила нам чаю в крошечные чашечки из полупрозрачного бледно-зеленого фарфора и удалилась, уточнив, нести ли все «как обычно».
Глядя ей вслед — она двигалась так плавно, что казалось, она не шагает, а плывет среди цветущего великолепия сада — я незаметно вздохнула. Хотела бы я научиться ходить так же плавно, смеяться так мелодично и разговаривать так же нежно! Нужно запомнить это место и никогда не ходить сюда с мастером Рэном, — смутно подумала я и перевела взгляд на Хесо.
Дракон невозмутимо попивал чай, а за его спиной в беседку врывались пышные ветви розовой вишни, от вида которой я тут же вспомнила вчерашний ужасный вечер и, передернувшись, села за другую сторону стола, чтобы мне не было ее видно. Лучше посмотрю на воду, этот вид напоминает пруд у нас дома и успокаивает. То есть, у мага дома.
— Тост за нашу дружбу, друг, — вырвал меня из раздумий голос Хесо, и я сначала подняла кружку с чаем, а потом осознала смысл его слов и вскинула на него недоверчивый взгляд. По его лицу, как всегда, было невозможно что-то прочитать, но в глубине глаз таились смешинки: так и есть, насмехается! А я ведь всего лишь пыталась оправдать его перед той девушкой…
 
— Дружнее нас нет других дружных друзей на этом свете, — согласилась я, невинно улыбаясь, и дракон чуть не поперхнулся своим чаем.
Тут в беседку начали заносить еду, и мы на какое-то время прекратили разговоры. Еда была, в принципе, почти такая же, как и дома у мага, только все было разложено маленькими порциями на огромные тарелки и замысловато украшено. Наверное, дракону нравится именно эта эстетическая составляющая, — подумала я, глядя на вырезанный из морковки цветочек на тарелке с огуречным салатом. Впрочем, все было очень вкусно.
Хесо после обеда впал в благодушное состояние, и я уже подумывала о том, не попросить ли чешуйку, пользуясь удобным моментом, как вдруг позади меня послышались легкие шаги, и в беседку вплыла Азуми наперевес с музыкальным инструментом, напоминающим длинную стиральную доску с натянутыми вдоль струнами. Точно на таком же играли певицы на вчерашнем приеме, и я невольно поежилась от неприятных ассоциаций. Интересно, как долго после приема я буду холодеть от вида цветущих деревьев и прямоугольных музыкальных инструментов?
— Гуцинь, — заметив мой взгляд, пояснил дракон, — Азуми прекрасно на нем играет.
Польщенная похвалой Азуми скромно улыбнулась и, установив гуцинь на подставку, принялась дергать струны, исполняя незамысловатую мелодию. Меня после обеда клонило в сон, а вот Хесо слушал ее с явным удовольствием, кивая в такт и глядя на воду. Впрочем, задерживаться в ресторане дольше необходимого он не стал даже ради прекрасной музыки и не менее прекрасных глаз исполнительницы, и спустя полчаса мы вышли за ворота.
Хесо, который явно был бы абсолютно безжалостным учителем, потащил меня в храм — продолжать изучать местную культуру. Храм был далеко, но по дороге он так интересно рассказывал легенды, что я заслушалась и сама не заметила, как дошла. В храме он рассказал мне обо всех божествах и некоторых обрядах, а что не успел, дорассказал по пути домой, куда мы вернулись уже после заката. Ноги у меня гудели от усталости, голова — он новых знаний, а в груди пожаром пылал энтузиазм все это запомнить. Ради мастера Рэна. Вдруг он все-таки полюбит меня, и я останусь тут жить? Тогда все эти знания мне пригодятся.
Поблагодарив дракона, я распрощалась с ним у ворот — он почему-то наотрез отказался заходить и проведать своего друга, сославшись на дела и усталость. Пожелав ему спокойной ночи, я зашла во двор и побрела по белевшей в темноте дорожке, не дожидаясь нашего привратника, блуждающего огонька, и поэтому, когда меня окликнули, чуть не упала в пруд с мостика, по которому как раз шагала.
— Мэй, это я, — плоским голосом отозвался маг, и я наконец-то разглядела его в беседке. Он сидел на своем обычном месте и глядел на воду и, подойдя, я остановилась напротив — совсем как в мой первый день тут.
— Мастер Рэн, все нормально? — настороженно спросила я, пытаясь разглядеть выражение его белеющего в темноте лица. Почему он сидит тут без фонаря?
— Все нормально, — безжизненно отозвался он, но его голос был похож на голос человека, у которого все нормально, так же, как бумажный цветок похож на настоящий. — Император оказал мне великую честь: я отправляюсь с поручением к …цзинлин.
— К кому? — с ужасом переспросила я. Этого слова я не знала, но выражение лица мага говорило, что ничего хорошего оно не означает. Что там придумал этот император?
— К соседям из-за холмов, — перевел для меня маг, — к эльфам.
 
— К альвам? — я стояла, но, услышав это слово, почувствовала непреодолимую необходимость присесть. Еще несколько лет назад никто о них не знал, вернее, в Эггерионе этих существ считали полностью вымышленными, и лишь с узакониванием магии и учреждением эльфийского посольства в Эггерионе люди убедились, что они действительно существуют. Но они же опасны! Коварны и непредсказуемы!
— Это все из-за меня? — дрожащим голосом спросила я, — император отправляет вас, потому что вы привели на прием человека под иллюзией?