Падение "ангелов" (СИ)
Киберарий тут же снова прильнул к стене и стал ждать следующего шага задумки. Спустя пару минут томительного ожидания, к месту шкодливой диверсии, рыча двигателем и шурша колёсами по асфальту, приехал большой военный грузовик — чёрная машина с крупной кабиной и длинным открытым кузовом, в котором тряслись ящики и коробки. Авто остановилось плавно, тихо, без визга шин, и дверь тут же открылась.
Андронник, сохраняя невидимость плаща, смог тихо ступая по дороге, перемахнуть через бордюр и оказаться возле кузова. Зацепившись и подтянувшись, он оказался среди ящиков с патронами и снарядами, так и оставшись невидимым призраком для тех, кто подъезжал сзади.
— Эй, что там у тебя?! — выкрикнул один из мужчин, управляющих грузовиками сзади.
— Да кто-то мусорку выкинул! — крикнул водитель и оттащил бак в сторону, затем снова сел и поехал.
Андронник смог укрыться и пока машина медленно тащится к пункту проезда, воин металла и цифровой логики смог задуматься о происходящем. Его непоколебимый ум тревожат события последних дней и ещё больше его волнует тот факт, что Рейх и Канцлер ничего не предприняли для исправлению ситуации, хотя и кто-то пытался.
Балканы будто бы объяло какое-то странное безумие, акты неповиновения следовали один за другим. Сначала месяца стала теряться связь с отдалёнными силами и небольшими гарнизонами, затем Фемистокл добился у Императора возможности иметь больше войск и самостоятельно подавлять конфликты. Но это не стало пределом и на Балканской Автономии была введена своя полиция, однако это не помогло остановить нарастающие мятежи и тогда помочь Фемистоклу решились избранные воины императора — ордена Чёрных Судей, Серебряных Гоплитов и Поборников Справедливости. И венцом всего этого стали терракты, творимые якобы Империей против митингующих, за которыми последовали бесконечные срывы поставок оружия, затруднительный надзор и целые районы остались вне взора разведки Империи. А затем все остатки имперской власти, представители её, были собраны в отдельных местах под охраной войск Балканской Автономии.
— Как же чудны дела интриг… но всё ли началось с этого?
Андронник поднял массивы данных в памяти и ощутил, как к месту, там, где должно быть живое сердце, подбирается страх. Полгода всякая мелочь нагнетает обстановку — начиная от мелких бунтов и пропаж пары единиц оружия со складов и заканчивая тем, что целые отделения уходили в самоволку и команды преследователей Фемистокла их так и не нашли.
На КПП грузовики резко остановились, и агент Империи как можно сильнее прижался спиной к стенке авто, что бы у досмотрщика не возникло никаких подозрений. Пары взглядов воина Балкан в бежевой форме хватило, чтобы получить одобрение на дальнейшую поездку и авто двинулось.
Высадиться Андроннику пришлось прям на ходу, чтобы не попасть в один из ангаров и тенью он скользнул на асфальт, оказавшись перед воротами огромного укрепления, за которым раскинулась артиллерия. Моментально он на полном бегу ушёл в сторону и оказался в тени одноэтажного жестяного строения. Невидимость его плаща и прилегающего костюма — хорошо, только проблески света и его резкие перепады могут породить видимые искажения, что накроет миссию.
Нога киберария подошвой сапога аккуратно ступила за укрытие и молнией он махнул в другое место, но остановился и встал возле какой-то машины, просчитывая, к какому зданию побежит, коих тут множество. Внезапно его взгляд заманил чёрный корпус солидного авто, которое остановилось возле военной грубой машины.
«— Кто это?» — подумал про себя агент и навострил слуховые сенсоры.
На встречу плацу вышел солидный чуть загорелый мужчина, лет сорока и на котором классический костюм, с чёрным пиджаком, штанами и туфлями, только вместо рубашки белая футболка.
— Здравствуйте, господа бойцы! — заголосил человек с крупными чертами лица, только в его голосе не было ни радости, ни печали, полная безучастность.
— Здравия желаем господин глав-агит! — ответили рядом стоящие солдаты в форме цвета беж.
Андронник внимательнее всмотрелся в человека и встроенные анализаторы просчитали, что рост мужчины сто девяносто девять сантиметров, а масса больше сотни килограмм. Лицо овальное, губы прямые, а на голове виднеются короткостриженые чёрные волосы. На бойцов же смотрят карие очи, в которых мерцает чувство превосходства над остальными.
— Господин Алэксандэр! — навстречу приехавшему вышел человек в длинной бежевой шинели, окутанной ремнями подсумков.
— Я это, я, господин полковник, — крупный мужчина сделал шаг вперёд и заключил в объятиях служивого.
— Ну что, надобно пройти нам и обсудить все детали?
— Пошли, у меня недалеко тут коморка.
Два человека стали удалятся вглубь лабиринта одноэтажных построек и невидимым хвостом за ними поплёлся киберарий. Они мелькнули за угол одного из жестяных строений и скрылись за металлической дверью, а у окна, безмолвным стражем встал Андронник, усилив чувствительность аудисенсоров.
— Как там, Алэксандэр твоё дело? — спросил полковник, расположившись за столом, окружённым серебристыми стенами и ударив каблуками сапог по деревянному настилу. Он открыл какие-то электронные журналы на планшете и стал что-то меланхолично выводить в них специальным пером.
— Да не очень. Что-то не идёт имперский житель на наши фильмы, не то что было в вольной Элладе. Я вот недавно отснял Перестрелка в Иллире, так он и не собрал всей части вложенных средств. Сейчас думаю продолжить съёмки Минимального Уклона — вот он точно-то подстрижёт денег с народца, — самодовольно заявил крупный мужчина.
— Это там, где ты в главной роли? Хотя я не помню ни одного фильма твоего, где бы ты ни был в главной роли.
— Ну да. Так ещё какой-то поганый критикан с интернет-канала БлохМедиан стал меня грязью поливать. Хорошо, что его творчество ещё не заметила Имперская служба мониторинга интерне-видео-контента, иначе точно ко мне прицепились бы.
— Ладно, давай ближе к делу, — полковник указал на стул, что напротив стола. — присаживайся. Фемистокл сейчас обсуждает с ложным парламентом одну вещь, так что он передал мне это дело.
— Я знаю, — ответил мужчина, садясь.
— Скажи, агитки готовы? Как насчёт фильмов? У нас всё по плану? Мы вам выделили сто тысяч империалов, вы их реализовали?
— Да. Компания «Балканвидеофильм» работает во всю на правое дело… в обход всех проверяющих комиссий, — лукаво улыбнулся Фемистокл. — И как так ваш Мастер-защитник смог добиться такого?
— Он знает нужных людей в самом механизме управления нашим славным полуостровом. Ничего, ещё пару месяцев, и вы сможете снимать своё кино без всяких ограничений и оглядку на идеологию.
— О, было прекрасно. А ещё бы я на территории нашей будущей родины запретил деятельность БлохМедиана, как элемента проклятой имперской пропаганды.
— Ближе к делу, — строго сказал полковник. — Как обстоят дела с выполнением задания для нашей славного маленького дела свободы?
— Мы уже сделали более сотни роликов и ещё тысяча на подходе. К тому же нами штампуются листовки и патриотическая музыка.
— Что там будет?
— Да всякая диза. О том, как имперская полиция грабила и убивала, как имперские чиновники обирали население и буквально вырывали последние крохи у нищих. И всякое такое.
— Но ведь всё было не так? — удивился полковник. — Как нам поверят?
— Мастерство пропаганды — убедить сытое население в том, что они живут хуже, чем все вокруг. В них это разродит такой гнев, что большинство во время общего замеса примкнут к нам.
— Понятно.
— Ну, когда начинаем?
— Сегодня. После встречи с Истинным парламентом в Большом Амфитеатре. Сам Фемистокл будет говорить речь перед Парламентом.
Андроннику этого хватило, да и слушать их больше не о чем, так как они стали вести разговор о том, как ролики БлохМедиана притесняют творчество Алэксандэра. Агент Империи отступил в сторону и активировал рацию, тихо шепча:
— База, как доложил один из офицеров, сегодня в Большом Амфитеатре состоится какая-то важная встреча.