Падение "ангелов" (СИ)

— Там есть люди, которых необходимо переместить в наиболее безопасное и благополучное место.
Андронник отвернулся от канала, став быстро продвигаться снова ко кварталу. Он в душе лелеет надежду на то, что ему удастся добраться до семьи Данте, надеется на то, что сможет их вытащить. Этот человек не должен потерять в страшной бойне свою семью… она не должна стать принесённой на алтаре амбиций Фемистокла жертвой.
Тем временем на севере кипит бой. Противник напирает на придворцовые территории и кварталы, его окружавшие, но сообщение о предательстве достигло их ранее, чем враг начал акт коварного вероломства, и Империя смогла тут сформировать оборонительные рубежи, раскинувшиеся средь высотных зданий, которые стали защитой для лоялистов от мятежной артеллерии. Здания потонули в дыму и покрылись выбоинами, между ними то и дело свистят пули и раздаются взрывы, а две стороны с остервенением сражаются за клочки территории. Пусть сторонников Балканской Конфедерации и больше, пусть они внезапным ударом и опрокинули большинство гарнизонов и пусть огромная часть территории под контролем врага, но пока живы бравые защитники Рейха, сепаратисты не прорвутся к месту, где удалось собрать немногих гражданских, оставшихся верными императору.
Вместе с тонким ручейком людей идёт и высокого роста девушка с дочерью под ручку. Обе они облачены в какие-то одежды, а на спине женщины с волосами, подстриженными под каре, болтается рюкзак.
— Гражданские, проходите в казематные помещения, — с небольшого возвышения командует среднего роста военный. — Выключайте все средства связи, и соблюдайте тишину.
— Мама, что случилось?
— Ничего страшного, — успокаивает дочь Сериль, вспоминая, как подскочила ночью под звуки сирены и стала той из немногих, что спасали себя от повстанцев под крылом Империи; она жена военного и по её душу пришли бы в любом случае…
— А где папа?
— Ничего, твой папа скоро будет. Он-то со всем этим разберётся.
  
Глава 11. Восход предателей: Гордость нации
 
Глава 11. Восход предателей:
Гордость нации
Этим временем. На севере Кинет.
— На тебе военная форма смотрится просто чудесно, — отметил мужчина с автоматом. — Если бы Сериль увидела тебя в ней, то точно не стала бы спорить с тобой по всякому вопросу.
— Это да, — обрадовалась девушка, облачённая в бело-голубую куртку, с пиксельным рисунком; её рыжий волос скрыт под шлемом, ноги утянуты бежевыми берцами, а в руках лёгкий короткий автомат.
Рядом с ней идёт по широкой дороге мужчина, одетый так же как она, да и ещё два десятка таких же парней и девушек.
Элизабет вспомнила, как всё началось, с сегодняшнего утра. В Великий Коринф привезли всё необходимое — оружие и форму, вместе с новым пакетом приказов прямо по адресу их ячейки. Элизабет как уже несколько дней муштровала бойцов, и экипировка пришлась на них, как на родных, да и радости у народа нет предела от того, что они наконец-то выступили в прямое сопротивление с Рейхом.
Только вот Элизабет не до радости — это война, она снова идёт проливать кровь и видеть смерти. Вокруг неё одноэтажные домики, под серым небом, разноцветные и аккуратные, стоящие на зелёных лужайках и окружённые изгородями стриженных кустов.
— Элизабет, ты как? — раздался голос из устройства связи, прикреплённого у шеи, и девушка моментально ответила:
— Отец, ты по делу или как?
— Ох, узнаю мою дочь… ладно, сержант, к вам группа человек, не больше двадцати. Идентифицировать их не можем, лучше приготовьтесь к бою.
— Так точно, господин лейтенант, — Элизабет, вспоминая основы военного дела, отдала приказ. — Отряд, быстро рассеяться и найти укрытие!
Воины моментально рассеялись, прячась за заборами, деревьями и легли на склоны лужаек, в предвкушении ожидая врага. Каждый готов выполнить задачу — выдвинуться в сторону Афин и прочистить улицы от возможных остатков лояльных сил Рейха — полицейских, ополченцев и остаточных войск. Они слишком долго ждали этого момента и не упустят его.
 
Из-за одного уличного поворота появилась группа людей, в бронежилетах и чёрной форме, передвигающимися быстрыми перебежками.
— Арес! — крикнула Элизабет пароль, удерживая группу на прицеле.
— Война! — был дан ответ от одного из людей.
Две группы люде сблизились и объединились, а один из солдат подбежал к сержанту:
— Второе разведывательное отделение пятой мотострелковой роты первого отдельного афинского полка. Младший сержант Колот Дейн.
— Третье штурмовое отделение первой роты третьей оперативной группы. Сержант Элизабет Ноус. Младший сержант, доложите обстановку.
— Мы вышли из освобождённых Афин и не встретили никакого сопротивления, — доложил солдат, убрав пистолет в кобуру. — Противников нет.
— Что по боям внутри города?
— Ничего. Противников не оказалось, так как все лояльные Канцлеру войска были переведены в Великий Коринф ещё до начала операции.
— Какой вы получили приказ в штабе?
— Мы выдвинулись на юг от Афин, чтобы прочесать улицы и найти сопротивление. У нас приказ найти и отметить точки скопления вражеских войск, в бой не вступать, пока не дождёмся подкреплений.
— Хорошо, свободен.
Элизабет отошла в сторону. Слева от неё простирается часть залива, которые устремляется вперёд, и через него перекидываются некрытый мост. Уши ловят только звуки переговоров бойцов и ничего больше. Перепуганные жители сидят по домам, все возможные противники отошли и кажется, что долгожданная свобода вот-вот наступит, но что-то в душе девушке скребётся, не даёт покоя.
— Да ты самая настоящая гордость нации, — сказал Филон, перекинув автомат за спину. — Отец тобой гордится.
— Но что от этого, — мужичину тронул тяжёлый вздох девушки. — Мне кажется, что это не моё. Я бы предпочла вместо это формы…
— Свадебное платье, а вместо автомата букет? — перехватил слово Филон. — Я понимаю, мы сыграем свадьбу по нормальному, когда всё закончится… должно же оно когда-нибудь закончится.
— Ты моя гордость, — раздалось из рации и Элизабет узнала по голосу отца. — Для тебя появилось задание.
— Слушаю.
— В ста метрах, во дворах мы засекли группу людей, не больше десятка. Мы пробили эту местность, никого из наших там быть не должно.
— Хорошо, мы проверим, — Элизабет отключила рацию и подняла автомат, отдавая приказ. — Отряд, приготовиться, цели в ста метрах к северу.
Всё равно врагов в дальнейшем не предвидится, и возможно это единственная группа противников на весь афинский округ, а поэтому девушка подошла к операции ответственно. Перебежками, прикрывая друг друга, они вошли в пределы домов и подобно теням двигались вперёд. У стен, по траве и лужайкам, ступая через дворы и маленькие высаженные цветами огороды, отряд быстро сблизился с предполагаемыми врагами. Переговоры становились совсем близкими и когда их отделял один забор, Элизабет резко поднялась и уставила автомат на тех, кто там мог быть. Безрассудный поступок, ибо она даже не проверила, сколько противников могло быть за забором, но все навыки военного дела ветхой страны древности забыты и только сейчас какие-то их основы вспоминаются.
— Всем стоять! — закричала она и подняла оружие вместе со своими солдатами; в ответ ей в грудь «смотрит» дуло дробовика, который держит смуглый лысый парень, в окружении трёх девушек в различных одеждах.
— Вы совсем не солдаты, — выговорила тихо сержант. — Кто вы? Куда идёте? Отвечайте, живо!
— Мы сотрудники управления по проверок по школам Службы антиидеологического надзора Министерства идеологической чистоты Рейха, — начала ответ темноволосая женщина в кофте. — Мы бежим из Афин. Там такое творится.
 
— Что ты несёшь? Отвечайте нормально, иначе ликвидируем вас, как врагов греческого народа!
— Так вы не знаете? — начал ответ коренастый мужчина с дробовиком. — Новая власть в Афинах стала искать тех, кто смог бы удовлетворить похоть жрецов, солдат новой армии и прочих бандитов.