Падение "ангелов" (СИ)

Девушка сделала пару шагов, и вторая порция воспоминаний накрыла её разум — это были картины пыток и зверств, которые творила новая власть, издевательства над бессильными и репрессии. Кого-то подвергали грабежу, красивых девушек и мужчин стаскивали в храмы Эроса, чтобы те обслуживали солдат новой власти, кого-то гнали в тюрьмы на усиленные работы. Фемистокл с новым царём легализовали любое преступление в отношении тех, кто не продержал мятеж, но Элизабет понимает, что всё это суровые моменты, необходимые для поддержки правопорядка. Всё это для их свободы, и она надеется, что вскоре всё это закончится, что безумие, устроенное мятежниками слишком наиграно.
— Двигай в зону «Альфа», — стал ей грозно кричать один из воинов, на котором серо-белая форма.
— Да, — обессиленно говорит девушка и пытается шагнуть, но едва не падает от усталости, но под её руку попадается каменное строение — прямоугольник, метр ростом, на котором валяется смердящее животное. Она, проклиная безумие кровавых обрядов жрецов, отталкивается и идёт вперёд.
Вокруг жертвенника множество тел, накрытых простынями — обычные парни и девушки, которые наслушавшись брехни от Алэксандэра пошли в бой за новую страну и погибли. Все они — пламенные, готовые отдаться ради дела победы, стали не более чем жертвенными животными на алтаре победы Фемистокла и его командования, которое никого и ничего не желает. Смотря на мертвых, Элизабет наполняется горьким гневом от ненависти к своей новой родине, она не может стерпеть, что молодые люди, столько юношей и дев, умерли, брошенные в самоубийственные атаки, которые не возымели никого результата.
— Госпожа лейтенант Элизабет, приём? — раздалось в рации. — Говорит генерал. Созон. Все мои группы задействованы в операции по оборону восточного края острова. Принимаю командование вашей частью.
— Есть, господин. Слушаюсь господин.
— Нам Фемистокл подогнал летающую крепость СВ-150. Мы должны её использовать максимально полно.
— Крепость может быть сбита зенитками врага.
— Он знает, что делает. Имперцы режут нашу оборонцу, как горячий нож масло. Если мы их не остановим тут, они подойдут к столице.
— Хорошо, что необходимо?
— Вы должны прикрыть эвакуацию нашего передового командования из Пердики, потом присоединяйтесь к обороне Цитадели «Буря», — дальше голос генерал стал более возбуждённым. — Вы понимаете, что это сердце обороны страны! Ибо на всей батареи держится столица и Саламин! Если они полностью займут цитадель, то прорваться дальше, их корабли пройдут на юг.
— Так точно, полковник, мы выступаем, — устало ответила девушка и пошла вперёд. — Конец связи.
Девушка прошла дальше и подобрала типовую штурмовую винтовку — длинное вытянутое орудие простой конструкции, с голографическим прицелом, длинным стволом, прямым магазином и ручкой.
— Филон, ты как?
— Нам всё врали…, - тихо заговорил парень. — Всё врали. Обещали, что Конфедерация станет страной свободы, страной справедливости, но это не так. Ох, лучше бы я не видел всего этого…
— Я понимаю. Но у нас сейчас другие цели, — девушка швырнула парню автомат. — Нам нужно отстоять независимость Афин. Поднимайся, нас ждёт бой.
— Ты права, — мужчина поднялся, с оружием. — Пойдём. Назад пути нет.
Двое вышли наружу, где их уже ждали десять человек — всё что осталось от взвода, когда он был растащен для подкреплений в другие части. Всё вокруг гремит и разрывается на части, небо заволокло таким количеством дыма, что кажется будто бы наступила кромешная ночь. Они пробежали по траншеям, уложенным досками и фанерами, увидев, как из полуразрушенного здания напротив них ведётся беспрестанная стрельба из всех видов оружия. Длинное двухэтажное здание, посреди которого возвышается куполообразная постройка чёрного цвета — Великий Пантеон, который новый Верховный Жрец устроил на месте бывшего отделения Министерства иеалогической чистоты.
Территория между бункером и ним изрыта окопами и всюду насаждены гряды колючей проволоки, с двух сторон идёт такая стрельба, что пули сталкивают друг с другом или попадают на лучи раскалённой энергии.
 
— Подавить огнём все окна. Заткните эти пулемёты и гранатомёты! Бросьте людей на правый фланг! — кричит полковник у выхода из бункера и обращается к склонившейся к нему девушке. — Это религиозное сердце нашей страны, лейтенант! У Греции в мышце есть всё ещё сила! Наш доклад о победе будет прекрасен, если мы его дополним освобождением здания пантеона! — тут же полковник озвучил задачу. — Лейтенант, по нашим данным эти гады разворачивают на крыше пантеона системы ракетного подавления. Если сработает, то они накроют нашу батарею прямо отсюда! Берите своих ребят и наступайте справа! Вперёд!
— Отряд, — повернулась Элизабет для разъяснений, — мы должны захватить это здание, и с его крыши прикрыть зону эвакуации. После чего подземными ходами добираемся до западной части цитадели и зачищаем её. Всё понятно?
— Так точно, — все ответили и вступили в бой.
Отряд по фанерным плитам, прикрываясь за нагромождениями мешков с песком и навалов камней, стал продвигаться в бок, чтобы укрыться за какими-нибудь заграждениями.
Элизабет хотела выбежать вперёд, но заботливая рука Филона схватил её за плечо и усилием заставила её присесть. Это оказалось, как раз вовремя, ибо имперские снайпера расстреляли вместо неё одного из бойца.
— Спасибо, — мягко сказала девушка и вернулась в бой.
Слева от их позиций буквально разрывают зону эвакуацию — вертолётам не дают подняться кучным огнём гранатомётов, ракеты закрыли небо. Отступающие машины останавливаются лентами автопушек. Высаженный десант словно дикий разрывает армию великой Греции, кажется, ещё немного, и они прорвутся дальше на север, но пока батарея сдерживает корабли десант без поддержки сильно урезан в возможностях. Огромная линия противокорабельной обороны — от Пердики по побережью и до Портеса держит корабли Империи.
Три танка едут по дороге по левую сторону и на ходу засыпая строение снарядами, но в ответ гранатомёты заставили их заткнуться. Обещанная летающая крепость так и не появилась на поле битвы, видимо сбитая где-то на подлёте.
— Штаб, говорит Звезда-2, нам бы не помешал тут авиаудар!
— Мы не можем ничем вам помочь. Все вертолёты на эвакуации по всему острову или уже век дут бои. Самолёты заняты с авиацией противника. Нас разрывают на части, Звезда-2.
Элизабет пронеслась по окопам уходя вправо и временами падая. В её глазах мелькает целое поле, заваленное телами тех, кто хотел прорваться к зданию — культисты и ополченцы, воины афинского полка — все ковром мертвецов легли у здания. Почерневшие белые стены пантеона то и дело освещаются яркими вспышками и всполохами огня. Истошный свист рвётся в уши, а раскаты грома от взрывов не дают сконцентрироваться на цели. Лейтенанту нет дела до полыхающего города и её взоры устремлены только на цель.
Она, отстреливаясь по пути, пробралась на право, но из входа в пантеон по двадцатью пяти ступеням побежали вражеские солдаты — пять человек прижали их. Упав возле высокой каменной изгороди она увидела, как к ним подъехала бронемашина — бежевая высокая коробка, с вершины которая два ствола накрыли позицию врага. Десантники разлетелись в стороны или раненные попытались отползти в сторону, но были добиты выстрелами автоматов.
Рядом с Элизабет припал воин в бежевой форме и стал что-то говорить, пытаясь перекричать ад битвы.
— Я майор Амос Ха-Коэн, триста первая бригада «Нахаль,» — на ломаном новогреческом объяснился воин в бежевой форме и офицерских погонах. — Что вам нужно?
 
— Подавите сопротивление. Пусть наши бойцы подойдут к зданию. И прикройте нас!
— Хорошо.
Элизабет продолжила бежать, зная, что теперь её прикрывает не только Филон, но и отделения союзников. Он пробежала по лестнице и оказалась внутри помещения, только вперёд неё зашла светозвуковая граната. Автомат выдал пару коротких очередей по десантникам в чёрной экипировке, укладывая их на землю. Элизабет ворвалась внутрь и тут же легла на сине-белую плитку, укрывшись за какой-то грудой гранита, раньше бывшей статуей некого бога.