Настойчивый Муз или Рецепт аврального дописания (СИ)
После таких угроз говорить резко расхотелось, как и вообще общаться с этим мужиком дальше. И ведь вроде симпатичный такой тюремщик попался: брюнет весьма приятной наружности и судя по внешнему виду, явно не стесненный в средствах. Но единственно желание, которое он во мне вызывал, оказаться от него как можно дальше. Желательно, дома и за закрытой дверью. Закрытой с моей стороны. И цепочечку сверху еще навесить для верности.
Однако желаниями моими поинтересоваться забыли. Вместо этого пришлось сосредоточить внимание и внимательно выслушать все, что он посчитал нужным мне сказать. Мужик, представившийся Владиславом, — прям как Дракула, бр-р-р… — выразился коротко и по существу, на пальцах объяснив мне сложившуюся ситуацию и мое в ней участие.
Сестра у него, видите ли, — инвалид, к постели прикована. Да еще, как на грех, большая поклонница именно моего творчества. А сейчас писать я стала мало и редко — непорядок. Надо срочно исправлять! Иначе девочка расстраиваться будет.
Да еще и сказал так: допишешь, мол, свою книжонку — отпущу, да еще и денег дам. Только писать надо быстро, много и регулярно. А то у сестры операция скоро. Ей волноваться нельзя. Показаны только положительные эмоции, а их она черпает в чтении. И больше всего ей понравилась моя последняя, находящаяся еще в процессе написания, книга.
Пока слушала его недовольный голос, все смотрела и гадала, кто сейчас стоит передо мной: гад гламурный, доминирующий самец или все же хамло обыкновенное? К окончательному выводу так и не пришла, однако связываться с ним лишний раз поостереглась. Наверное, проклюнулся тот самый инстинкт самосохранения. Больно уж недобрый взгляд был у Владислава, когда он со мной разговаривал. Стало страшно.
Потом прошло.
Глава 1
И вот теперь, он снова стоял рядом, недобро прищурившись и скрестив руки на груди. Только я его уже не боялась. Мне вообще на окружающих сейчас было наплевать, другая печаль точила сердце и мучила разум, в чем я и не преминула ему заявить в ответ на глупое предположение.
— И вовсе не специально, — безразлично пожала плечами я и пояснила: — У меня затык.
— Какой еще затык? — ага, раздражаешься? А я вот грущу.
— Творческий. Сцена никак не идет, мне опыта не хватает. Или хотя бы интернета, чтобы поискать нужные материалы и картинки.
С тоской поглядев на широкоэкранный моноблок, который мне выделили для работы, признала: шикарная модель! И удобный такой, но совершенно отрезан от внешнего мира. У меня здесь нет ни интернета, ни телефона — ни-че-го! Даже бутылочное письмо с просьбой о помощи бросить некуда: ни одного открытого водоема в пределах видимости. И бутылки тоже нет. Только блокнотик и ручка из всего необходимого. Печалька.
— Интернета я вам предоставить не могу — сами понимаете. Даже, если вы дадите мне слово, что не будете сообщать никому, где вы находитесь, я все равно не намерен так рисковать.
Не особо-то я на это и рассчитывала, поэтому лишь снова, на этот раз молча, пожала плечами прикусила кончик ручки, остановившимся взглядом глядя в блокнот. Вдохновение. Ну где же ты? Или хотя бы Логика… Отзови-и-итесь! Что, нет никого? Эт плохо. Потому что меня сейчас, похоже, живьем за отсутствие проды съедят.
Однако, в следующий момент Влад меня немало удивил. Присев на подлокотник кресла, он заглянул в мой исчирканный блокнот и с сомнением вопросил:
— Что у вас там не получается? Может я смогу чем-то помочь?
Я аж чуть колпачком от ручки не подавилась. Надо бросать эту привычку: в задумчивом состоянии грызть все, что под руку попадается.
— Вы? Издеваетесь, что ли? Или серьезно намерены помочь мне в написании дамского романа?
— Ну, почему бы и нет? Не забывайте — мне важен результат. А уж что это будет: роман, детектив или хоррор — мне совершенно без разницы. Сегодня очередное продолжение должно появиться в сети. И это не обсуждается! Так что заканчивайте пустую болтовню и рассказывайте, давайте, в чем там ваш этот «затык» состоит?
— Ну, сами напросились… — пробурчала я, занятая больше мыслью, как интереснее скомпоновать события, нежели тем, как объяснить своему нежданному помощнику, что от него сейчас потребуется.
На крайний случай опять психанет и уйдет. Ну, а если останется, то получит массу нового опыта и жизненных впечатлений. Хотя, пару моментов у него все же нужно уточнить. А то вдруг он еще больший профан в этом деле? Тогда вообще дурь полная получится, а не хорошая продочка. А туфту я никогда не писала: по мне, так лучше хорошенько продумать и написать сразу хорошо, чем поторопиться, а потом в долгой правке, вычитке и переделке завязнуть.
Мда… как бы его поделикатнее об этом спросить?
— Скажите, Влад, а вы когда-нибудь с женщинами спали?
Кажется, он обиделся.
— Я что, похож на монаха, ботана или полного неудачника? Разумеется спал!
— Чудненько… А сексом занимались? Ну, так, чтобы страстно и с прелюдией?
Кажется, он очень обиделся.
— Нет, черт возьми! Просто спал, как с плюшевым мишкой, чтобы теплее было! К чему вообще все эти вопросы о моей личной жизни? Вам совет опытного в любви мужчины нужен или вы тут постельную сцену моделировать собрались?
— Хм-м… в любви — это вряд ли. Разве что в сексе, — пробормотала я себе под нос, но похоже, он все равно услышал. Однако прежде, чем он успел сказать мне очередную гадость, я поспешила пояснить: — Нет, постельную сцену я с вами точно не собираюсь отыгрывать. У меня тут книга приличная, никаких подробностей физиологических нет. Тут скорее хотелось бы прочувствовать эмоцию… смоделировать ситуацию и понять, что по логике вещей может произойти дальше.
— Короче, что делать надо?
Тон Влада был не очень дружелюбным, а вот меня, наоборот, захватил исследовательский азарт. Заглянув в блокнот, и найдя нужный кусок, обрадовала своего неожиданного статиста:
— Так, я остановилась на сцене, где злодей, укравший героиню и заперший ее в башне, начал делать ей грязные предложения.
— Кому, башне? — прозвучало ехидное.
— Героине, естественно, — не обратила я внимания на издевку. Процесс пошел, я была уже в ударе. — Про извращения я не пишу. Итак, он значит, ей предложил… всякое, она ему — отказала! Поэтому, он решил ее принудить к близости.
— Какой-то у вас шаблонный злодей получается, не находите?
— Какой уж есть! Зато в остальном весьма себе интересный мужик получился. Правда с придурью и парой маний, но это сейчас не важно. Вернемся к сюжету.
— Давайте попробуем.
— Значит, так… он к ней подбегает и рвет на ней платье, — я оторвалась от записей, и нахмурилась. Придется пожертвовать одной из трех имеющихся с собой футболок. Но искусство, как говорится, требует жертв! Поэтому, я решительно заявила: — Рвите!
— Ну, вы хоть встаньте для начала. Или у вас героиня в кресло забилась и ее сначала оттуда выковыривать пришлось?
— Хм… ценное замечание, — я недоуменно на него посмотрела и снова сверилась с записями. — Нет, она стояла. Значит, и я встаю. Одну минутку.
Выбираясь из кресла, я вдруг почувствовала, неладное. Видимо, от долгого сидения в одной позе нога незаметно затекла и при попытке подняться, предательски подломилась. А я, соответственно, рухнула прямо к ногам стоящего рядом мужчины.
- Это вы уже начали отыгрывать сцену?
— Нет, это у меня свело ногу и я упала. Может, все же, поможете мне подняться?
— Я не могу.
— Почему?
— Вживаюсь в роль отрицательного героя. Мне по сюжету не положено помогать главной героине. Я тут, наоборот, морально настраиваюсь ее изнасиловать.
— Хам и пошляк! — возмущенно припечатала я, цепляясь на подлокотники кресла и кое-как принимая вертикальное положение.
Немного помассировав, доставляющую весьма неприятные ощущения, ногу я, наконец, выпрямилась и сердито повторила:
— Рвите!
Влад ухватился за ворот моей футболки и резко рванул его в разные стороны. Ворот не поддался. Хех, еще бы, я же не на барахолке футболки покупаю. У меня вся одежда хорошего качества. А эта, к примеру, вообще из «Декатлона»: почти не мнется, легко стирается и сохнет, сделана из натуральных «дышащих» материалов повышенной износостойкости. Самое — то для спортивной одежды!