Злобный (ЛП)

Кто её послал?
Почему?
Кто выиграет, если я уйду из Ангелвью?
Какое все это имеет отношение ко мне?
И какого черта Дженн из всех людей на свете оказалась в Ангелвью на фотографии с отцом Сэйнта и его старым деловым партнером?
Голос был слишком настойчивым, и чем больше я пыталась игнорировать его, тем громче он становился, пока не превратился в рев, который грохотал в моем черепе, требуя ответов.
И так, я вернулась. Я, скорее всего, пожалею об этом решении.
С другой стороны, когда я думаю о том, как горела моя грудь, когда я увидела скелет Дома Ангелов во время моей поездки в кампус, я уже сожалею об этом.
С глубоким вздохом я протягиваю руку, чтобы открыть свою дверь, но краем глаза замечаю движение, привлекающее мое внимание. Поворачиваясь, каждый мускул в моем теле напрягается, когда я замечаю Лони, стоящую в конце коридора. Она внимательно наблюдает за мной, и я не могу прочитать выражение ее лица.
Она, должно быть, злится на меня. Я имею в виду, я бы разозлилась на себя, уйди я так, как сделала.
Медленно она начинает приближаться ко мне, ее пальцы сцеплены перед расклешенной вельветовой юбкой, выражение ее лица решительное.
Черт, а что, если она полностью отвернется от меня? Швырнёт в меня чем-нибудь или обзовёт, как любой другой ублюдок в этой школе?
Я напрягаюсь, ожидая того, что, я уверена, будет неизбежным ударом, но она шокирует меня, обнимая меня и обнимая так крепко, что воздух со свистом вырывается из моего тела. Сначала я слишком ошеломлена, чтобы пошевелиться. Затем я позволяю своим сумкам упасть с плеч и обнимаю ее, прижимая к себе, не обращая внимания на то, что у меня во рту кучерявые волосы.
— Я так беспокоилась о тебе, — шепчет она мне на ухо— Когда ты уехала, а потом не ответила ни на одно из моих сообщений или звонков, я думала, что ты не вернешься. Мой отец позвонил Карли, и даже она сказала, что ты ушла.
— Да, так и было, — признаюсь я ей мягко. Мы отстраняемся друг от друга, и я запрокидываю голову, чтобы встретиться с ее темными глазами. — Я не собиралась возвращаться. Я собиралась пойти в школу в Атланте и больше никогда сюда не приезжать.
— Но, ты передумала.
Я качаю головой, и смех, который звучит слишком истерично, срывается с моих губ.
— Да. Я передумала.
— Почему? — В ее голосе звучит недоверие. — Как бы ни было отстойно потерять тебя, я бы не стала винить тебя за то, что ты сказала к черту это место. Не после всего, через что ты прошла.
Лони такой хороший человек, что у меня в голове не укладывается, как она выживает здесь и сохраняет в себе эту доброту. Но как бы она ни была хороша, я не могу сказать ей всю правду. Я не могу сказать ей ни слова о фотографии или записке, пока не узнаю, что они означают.
— Это ... сложно, — говорю я вместо этого. — В основном, я просто не могла позволить этим придуркам победить.
Это достаточно честный ответ, я не чувствую вины за то, что скрываю от нее подробности.
Лони отпускает меня, и когда я беру свои сумки, она заканчивает отпирать мою дверь. Она открывает ее для меня, и, войдя в мою комнату, я с облегчением вижу, что с ней, по крайней мере, ничего не случилось. Я почти ожидала, что она будет разгромлена, но именно так я её и оставила, когда вернулась в Джорджию на каникулы.
Она закрывает за нами дверь, когда я ставлю свои сумки на пол, затем бросает мне ключи, которые я ловлю и кладу на свой стол.
— И так, как ты убедила Карли позволить тебе вернуться? — спрашивает она, садясь на мою кровать, когда я начинаю распаковывать вещи.
— Потому что каждый раз, когда мой отец разговаривал с ней, он говорил, что она не позволит тебе вернуться ни при каких обстоятельствах.
Я пытаюсь скрыть свое удивление тем, что мистер Джеймс говорил с Карли не один раз, когда я бросаю свою сумку на стол и расстегиваю ее.
— Это было нелегко.
Отнюдь нет. Это была наша единственная ссора во время моего визита домой. Я думаю, что она была близка к тому, чтобы отдать меня из-за моего решение, но в конце концов я измотала ее и убедила довериться мне.
 
— Однако она не могла отрицать, что для меня откроются двери, которые откроет диплом из Ангелвью, — объясняю я.
— Я полагаю, что это так.
Лони несколько мгновений молча наблюдает за мной, пока я хожу по комнате, и я снова не могу понять, о чем она думает.
— Что? — наконец требую я, отворачиваясь от уложенных горсти трусиков в верхнем ящике моего комода. Я прислоняюсь к нему спиной и выгибаю бровь.
Она на мгновение прикусывает губы, затем делает глубокий вдох и крепко зажмуривает глаза.
— Ты же знаешь, что это будет ... хуже, чем раньше, верно?
Я перевожу взгляд на окно, бросая взгляд на нетронутый кампус внизу.
— Да, — бормочу я. — Я знаю
— Все думают, что это ты устроила тот пожар.
Я оглядываюсь на нее и обнаруживаю, что она снова смотрит на меня.
— Ты тоже так думаешь?
Она не колеблется с ответом.
— Конечно, нет. Что за чертова глупость спрашивать меня об этом. Генри тоже уверен, что это была не ты.
Я улыбаюсь твердости которую слышу в ее тоне.
— Прости.
Выражение ее лица расслабляется, она пожимает плечами.
— Я полагаю, все в порядке. Тебе можно простить случайную оплошность в данных обстоятельствах.
— Я ценю это, у тебя нет ...
Внезапно я понимаю, что чего то не хватает, и мой лоб морщится.
— Эй, а где Дорито?
Она драматично закатывает глаза, ее длинные ресницы трепещут у щеки.
— Эта сука снова нанесла удар.
Я не сомневаюсь, что она говорит о Лорел, сводной сестре из недр ада, и, конечно же, она добавляет: — Когда она не скулила и не стонала из-за тебя во время рождественских каникул, она плакала из-за кота. Он с моим отцом.
Господи, Лорел хуже всех.
— Прости, — тихо говорю я.
— Все в порядке, я увижусь с ним во время каникул этим летом, а затем я смогу забрать его в колледж следующей осенью, так что все. Я просто рада, что ты здесь.
Да, что ж, я даже счастливее, что она здесь. Что она не злится на меня и что мы все еще друзья. Я знаю, что в ближайшие несколько месяцев она будет нужна мне больше, чем когда-либо. Я снова на вражеской территории, но Лони и Генри всегда заставляли меня чувствовать, что я в безопасности.
Однако есть еще одна вещь, которая меня успокаивает, когда я думаю о том, что ждет меня завтра, когда начнутся занятия. Когда я уходила отсюда, Сэйнт и Лорел раскрыли все свои карты. Они взорвали мою жизнь и выложили мое грязное прошлое на всеобщее обозрение. Без сомнения, этот семестр будет ужасным и несчастным, но нет худа без добра?
Они сделали так, что мне больше нечего терять.
Я возвращаюсь к этой войне заряженной и решительной, а они уже сбросили свою ядерную бомбу. Но я пережила это, и я переживу их.
Они заметят, как я приду.
И я не могу дождаться, чтобы увидеть удивление на их глупых, красивых лицах.
— Надо было держаться подальше, тупая пизда
— Ты никому здесь не нужна.
— Чертова убийца. Сайди была ангелом!
Я изо всех сил стараюсь игнорировать язвительные слова, которые бросаются в мой адрес в тот момент, когда я выхожу из своего общежития на ужин в тот вечер. Я ожидала этого, поэтому я должна быть более подготовленной, но я забыла, как сильно публичное унижение и ненависть обжигают меня изнутри.
— Просто не обращай на них внимания, — бормочет Лони. Всегда верная подруга, она написала мне раньше, настаивая на том, чтобы прогуляться со мной из общежития в Д-холл.
Мы пробираемся через кампус, как можем, уклоняясь от злобных слов и вопиющих угроз. Когда мы подходим ко входу в обеденный зал, и я натыкаюсь на импровизированный мемориал из цветов, загнанных животных и фотографий трех студентов, погибших в огне, мне нужно время, чтобы собраться с силами и собраться с нервами, прежде чем мы сможем войти внутрь.
 
Лони берет меня за руку и успокаивающе сжимает ее, прежде чем мы входим в двери.