Всполохи любви (СИ)

Бесполезно. Когда начало темнеть, подъехала знакомая машина, из которой вышла блондинка и тот мужик, что щедро отвалил мне бабла. Я поднялся, схватил костыли и еле успел настигнуть дамочку, которая мило мне улыбнулась.
— Здравствуйте! Я хотел бы поговорить с Алиной. — Сказал, придерживаясь вежливого тона.
— Здравствуй! А ты, наверное, тот одноклассник, которому она помогает. — Блондинка скривилась, а мужичок скрылся из вида, когда она ему кивнула. — Алина не может с тобой говорить. Кстати, ходить на квартиру к парню с повышенным тестостероном она тоже не будет. Уходи-ка отсюда и держись подальше от моей дочери. В противном случае с тобой поговорят другие люди. — Женщина мило улыбнулась, а я сжал кулаки, чувствуя, что кровь в венах просто закипела.

  
Глава 30
 
Аля
Я была, словно в клетке. Мама решила опекать меня, как никогда раньше. Естественно, с занятиями на дому было покончено, но не по моей воле. Сейчас я, как никогда, хотела увидеть Ярославского и натворить с ним каких-нибудь глупостей. В большинстве это желание возникло из-за запретов матери. Хотелось сделать что-то плохое и не свойственное мне ей назло. Чтобы у нее венки все от напряжения повздулись. Только я не могла себе такое позволить, потому что совесть присутствовала и рамки приличия, которые сама себе установила, а не кто-то.
Злилась из-за того, что она забрала мой телефон в качестве наказания. Я даже не успела сообщить Ксандру, что не смогу больше приходить. От одной этой мысли в груди защемило. Сидела за учебниками и не могла сосредоточиться на том, что в них написано. Теперь мне запрещено было запираться в комнате, в противном случае такое поведение грозило наказанием. Я так надеялась, что этот ад закончится, но он обещал быть долгим. В качестве бунта я не пошла ни завтракать, ни ужинать, хотя мама приходила и долго вещала о том, какая я неблагодарная дочь.
Слушала ее в пол уха и уже мечтала, чтобы наступило утро, и я смогла уйти из этой чертовой квартиры, превратившейся в тюрьму. В эти дня, как никогда, была рада оказаться в школе, где меня нашла Ангелина и Макс.
— Куда ты пропала? Я тебе столько сообщений отправила! — Забубнела подруга, а я лишь развела руки в стороны.
— Я тоже пару смсок настрочил, между прочим. — Максим растянулся на стуле, как на шезлонге, и довольно улыбался.
— Чего ты скалишься, идиот? Я же переживала. — Ангелина перевела взгляд с парня на меня, и это жалостливое выражение лица окончательно добило мое настроение.
— Простите, ребята, у меня дома проблемы, и телефон теперь в руках у озлобленной мамочки. — Произнесла я и пожала плечами. — Я с этим ничего не могу поделать.
— Браво, наша девушка прилежность попала в немилость матери. — Максим хлопнул в ладоши и выпрямился. — Колись, Петрова, что натворила? Неужели четверку домой принесла?
— Очень смешно, Макс, прямо обхохочешься. — Скривилась Ангелина, а я усмехнулась. — А что случилось, Аль? Неужели у мамашки гормоны расшалились?
— Если бы, — я усмехнулась и тяжело вздохнула, — мне кажется, она родилась с гормональным сбоем. — Да, и ладно. Выдержу. Наказание скоро закончится, и смогу снова потискать свой старенький смартфон.
— Получается, — как-то задумчиво начал Максим, — ты и на бал не придешь?
— На какой еще бал? — С недоумением посмотрела на парня.
— Точно, — расстроено произнесла подруга и цокнула, — через две недели будет бал, на котором там танцульки будут и все такое. Троица, то есть вы, должны присутствовать на этом вечере.
— Зачем? — Буквально выдавила из себя и занервничала, ведь в этом случае Ксандр быстро узнает о том, что я стала участницей программы.
— Там будет громко во всеуслышание объявлено о начале борьбы за приз. — Уже без улыбки сказал Макс. — И Ярославский придет.
— Поджилки затряслись, Максик? — Съехидничала Ангелина, а одноклассник фыркнул и кивнул на дверь.
— Тебе пора, язва. — Сказал хмуро, и мы замолкли.
Подруга пошла к себе на урок, а я уткнулась в учебник и пребывала в каком-то непонятном состоянии весь учебный день. Две недели у меня есть в запасе, чтобы рассказать Ярославскому о своем участии в борьбе за трофей школы. Только это меня не радовало. Уже несколько раз хотела отказаться от дурной затеи, но останавливалась возле двери директрисы. Хочется освободиться от маминого гнета, получить хорошее образование и уехать подальше отсюда, поэтому каждый раз уходила, не забрав заявление.
 
Я долго сидела в столовой после уроков, плотно пообедав и размышляя, как связаться с Ксандром. Все-таки надо обо всем сказать, и будь, что будет. Вышла из школы и направилась к воротам, зная, что Вадим меня уже ждет. Иннокентий чуть ли не покрутил у виска, когда мама надрывно орала на меня в его квартире, но пожал плечами и дал водителя. Чувствовала себя чертовым мистером президентом, когда подъезжала к школе.
Стоило мне достигнуть ворот, как послушался странный звук из кустов. Я обернулась, но я была на тропинке одна. Снова присмотрелась к густой листве и услышала тот же звук. Хотела пройти мимо, но любопытство победило. Приблизилась к кустам, и ахнула, когда крепкая рука схватила меня, перевернув и заткнув рот. Я запаниковала, потому что даже не успела рассмотреть обладателя конечности. Дернулась раз, второй, но тщетно. Наступила незнакомцу на одну ногу, и услышала бранное слово, от которого уши загорелись и свернулись в трубочку.
Щеки запылали. Я снова дернулась, но хватка была крепкой. Только потом ощутила приятный запах парфюма и перестала двигаться. Рука медленно опустилась, и я смогла вдохнуть полной грудью.
— Ярославский, ты больной на голову человек. Неужели нельзя было позвать меня без этих маньячьих штучек? — Прошептала, но не спешила поворачиваться, боясь, что упаду к его ногам.
Ксандр
Мамаша Алины меня убила своими словами и поведением. Еле сдержался, чтобы не ответить ей грубо. Не хотелось ухудшать жизнь Петровой, хотя язык прям-таки чесался высказаться. Я вернулся домой и соображал, как связаться с одноклассницей. Ничего умного в голову не пришло, поэтому приперся в школу, спрятался в кустах и ждал ее, как сумасшедший маньяк. Вот только девчонка начала сопротивляться, да еще и на ногу мне наступила. Еле удержался на одной и выругался от боли.
— Что же ты мои ноги не щадишь, Петрова? — Процедил сквозь зубы, но она не спешила поворачиваться ко мне лицом.
— Я себя защищаю, а ты меня пугаешь. — Прошептала Алина, часто дыша.
— Где твой телефон? Почему отказалась быть учителкой дальше? — Выдал сразу, чтобы не терять времени.
Девушка тяжело вздохнула, повернулась ко мне и подарила виноватый взгляд.
— Это долгая история, — она криво улыбнулась, — в общем, с мамой не находим общий язык, и она наказала меня, забрав телефон. Теперь за мной ведется конкретная слежка. Прости, что так вышло. Просто я даже предупредить тебя не успела.
Нахмурился, желая выловить ее мамочку за углом и вбить в голову, что так с дочерью поступать нельзя.
— И сколько это будет длиться? — Спросил, опираясь на костыли и кривясь от неудобства.
— Я не знаю, — Петрова поправила лямки рюкзака, — она меня как-то не оповещала. Только до конца учебного года за мной установили тотальный контроль.
— Так не пойдет, — усмехнулся и прислушался, потому что по тропинке кто-то шел и громко смеялся, — ты мне сейчас нужна, а не в конце учебного года.
У Алины челюсть отвисла.
— Зачем?
— Такие глупые вопросы задаешь, Алин. — Хмыкнул, заметив в ее глазах удивление. — С тобой время проводить хочу сейчас, а не через несколько месяцев.
 
— Мы в школе будем видеться. — Прошептала она, отводя взгляд в сторону.
— Э-э-э, нет, — задумался о вариантах, которые позволят общаться с одноклассницей вне учебного заведения, — надо что-то придумать.
— Извини, я не могу задерживаться. Итак в столовой просидела, чтобы не идти домой. — Алина вздохнула, и я увидел ее нежелание уходить, хотя, судя по настрою ее мамочки, девчонке реально впаяли не хило.