В любви и на войне все средства хороши! Книга 2 (СИ)

Заметив мой несколько растерянный вид, Мортон отложил лопатку, поднялся, отряхивая руки от земли, и подошел ближе.
— Рональд ушел во вторую ходку за дровами, их нужно много. Ночи становятся все холоднее. Лучше, если костер будет гореть всю ночь. Так что не волнуйся, скоро вернется.
Только сейчас я заметила сваленную на краю поляны уже довольно внушительную кучку сушняка и успокоилась. Раз Рон оставил меня одну с Мортоном, значит, опасаться нечего, вряд ли так случилось, если новый спутник мог причинить мне вред.
Поэтому я решила не сидеть сложа руки, а достать все необходимое для приготовления ужина. Пока я потрошила наши с Роном вещмешки на предмет съестного, Мортон успел разжечь костер, воткнуть по обе стороны от него крепкие рогатины и положить на них перекладину, на которую подвесил принесенный мной котелок.
Пока вода закипала, я во втором котелке водой из фляг промыла крупу. Потом нарезала мелкими кусочками вяленое мясо, смешала необходимые для приготовления специи и приготовилась ждать.
— Мисс Штерн, — нарушил тишину голос Мортона, и я подняла взгляд на него, ожидая продолжения разговора. — Здесь недалеко я видел черничник. Если хотите, могу показать где. Пока не стемнело, можно успеть собрать немного ягод для чая: будет и вкуснее, и полезнее. Брусника там тоже уже местами поспела, хотя надо выбирать.
— Черничник? — переспросила я осторожно, сомневаясь в том, что правильно его поняла, и совсем не желая прослыть полной невеждой. Это там, где растет черника?
Признаться, ботаника и травничество, в целом, не были моей сильной стороной. Больше всегда интересовала непосредственно хирургия, реабилитационные мероприятия и, как вариант, ароматерапия. Да и то только потому, что масла часто использовались во время массажа или как общеукрепляющее средство. Еще немного разбиралась в микстурах и травяных сборах, но делала это на уровне обывателя: знала в общих чертах, что от чего помогает и как это использовать по назначению целителя.
О том, чтобы представлять, как выглядит тот или иной ингредиент сбора в натуральном свежем виде и речи не было! А ягоды узнавала «в лицо» только те, что росли на участках и продавались на рынках. Как ту же малину — повезло мне ее в лесу опознать. И пусть по внешнему виду она была значительно мельче своей садовой разновидности, зато не в пример ароматнее.
И теперь я сидела и вспоминала, что о чернике и бруснике слышала точно, но мало, ибо в наших краях она не росла, предпочитая более холодный северный климат. Выходит, мы уже настолько далеко от Таккара, что даже флора разительно поменялась. Поэтому-то и ночи стали намного холоднее, чем обычно в это время года. А я-то удивлялась этому необъяснимому феномену. Думала, просто осень ранняя выдалась на редкость холодная.
Но ягоды были и впрямь полезными, вот только я совсем не представляла, как они выглядят: вылетело из головы и все тут! Однако Мортон не стал смеяться над моей неосведомленностью, а невозмутимо пояснил:
— Именно так. Низкие кустики, усыпанные темно-синими, почти черными ягодами, сладковатыми на вкус с красящим в фиолетовый цвет соком. А брусника — гроздья красных ягод на маленьких одиночных веточках с глянцевыми кожистыми овальными листиками.
— Да, вспомнила, — кивнула и улыбнулась в знак благодарности, но все же попыталась найти причину для отказа. — Но готовка…
Идти, если честно, вообще никуда не хотелось. Приятно было просто сидеть и смотреть на костер, все сильнее прикипая взглядом к танцу огненных лепестков, со временем будто охватывающих сознание. Видимо, недавняя медитация даром не прошла. Только теперь меня заворожила стихия огня, а не воды, гостеприимно приглашая на время раствориться в ней сознанием.
Однако Мортон, кажется, всерьез нацелился услать меня одну в лес. Ну, или просто очень любил ягодный чай, вот и решил воспользоваться ситуацией.
— Не волнуйтесь. Я пригляжу за похлебкой и все закину в нужный момент. Процесс не такой уж и сложный. Особенно, когда все уже приготовлено.
Пришлось изображать согласие, буквально вытягивать себя из расслабленно-созерцательного настроения. И, взяв для сбора ягод большую кружку Рона, выдвигаться в указанном направлении.
 
Правда, пришлось еще раз вернуться к лагерю, чтобы спросить совета по поводу найденных ягод. Они почему-то оказались двух видов: большие — чуть посветлее, почти голубые, и мелкие — от синего до черного цвета. Стеснение стеснением, а травануться чем-нибудь непривычным по глупости мне не хотелось категорически.
Но Мортон уверил меня, что обе эти разновидности совершенно съедобны. Значит, буду собирать и те, и другие, так даже быстрее получится. Бруснику же я решила проигнорировать, о чем и предупредила любителя полакомиться свежими ягодами. Больно сухая и костистая. Видимо, не дозрела еще.
Признаться честно, раньше мне не доводилось собирать лесные ягоды, и первое время я больше складывала себе в рот, чем в кружку. Только основательно полакомившись, начала наконец-то собирать чернику на чай. Дело продвигалось не слишком быстро, но мне даже нравилось это занятие: можно ходить, искать более щедро осыпанные ягодами кусты, а потом обирать их, стараясь не повредить нежную сочную мякоть.
Я так увлеклась новым для меня занятием, затрудненным все ближе подступающими сумерками, что сама не заметила, как отдалилась от лагеря, поднявшись на холм и затем спустившись в низину. Единственным оправданием моему легкомыслию было то, что я здесь не одна, и мужчины потеряться мне точно не дадут.
Ведь достаточно просто покричать и я, услышав зов, сразу же вернусь назад на звук голоса. А раз пока тишина, значит еще есть время погулять в одиночестве перед сном. Размышляя таким образом, я совершенно расслабилась, а потому сильно испугалась, когда прямо за спиной, чуть выше по склону раздался громкий голос Мортона:
— Мисс Эрин! Вы куда так надолго запропастились? Там уже пора пробу с похлебки снимать, готова или нет. Да и не стоит женщине одной на ночь глядя удаляться так далеко от лагеря.
Прежде чем ответить ему, мне пришлось перевести дыхание и немного успокоить сердце. Вот и зачем, спрашивается, так пугать?!
Однако справилась с испугом я быстро и, обернувшись, даже смогла выдавить из себя подобие извиняющей улыбки.
— Прошу прощения, мистер Мортон, я несколько увлеклась. Даже не представляла, что ушла так далеко. Мне почему-то казалось, что, если я понадоблюсь, вы просто позовете.
— Ничего страшного, по первости бывает, — с улыбкой кивнул он. — А насчет того, чтобы покричать вас из лагеря, то в подобной местности это совершенно бесполезно. Холмы глушат звуки, и в этой низине вы вряд ли смогли бы услышать мой зов. Пойдемте, нельзя оставлять вещи и лошадей без присмотра.
— А Рон еще не вернулся? — странно, вроде бы много времени уже прошло. Мне стоит начать волноваться?
— Пока нет. Но он собирался на обратном пути завернуть к ручью выше по течению и немного освежиться. Так что скоро уже будет, наверное. Но вы не беспокойтесь, когда его нет рядом, за вас в ответе я.
— Это радует, — попыталась перевести все в шутку и улыбнулась уже более дружелюбно.
Возвращение в лагерь прошло без происшествий, если не считать того, что я все же умудрилась споткнуться о незаметную в густых черничных кустах сухую ветку и чуть не рассыпала все с таким старанием собранные ягоды. Спасибо Мортону, вовремя поддержал меня под руку, помогая сохранить равновесие. А потом он резко остановился, ненадолго замерев, чем вызвал мое неподдельное удивление.
На мой вопросительный взгляд лишь показал глазами куда-то вперед и качнул головой:
 
— Змея. Пусть себе ползет. Они не нападают на человека первыми. Разве что только напугать их или намеренно разозлить.
И вот вроде спокойно так сказал, буднично, но меня все равно озноб прошиб. Это вообще нормально? Я тут по лесу хожу бесстрашно, а тут оказывается еще и змеи спокойно ползают! Умом я понимала, что это вполне закономерно, но побороть свой страх перед этими ползучими гадами и относится к ним, как к неотъемлемой части природного равновесия было куда как сложнее.