Диплом о браке, или Попадалово.com (СИ)
— Да чтобы тебя перекосило, — злобно сквозь зубы выдавила я. Пусть уж я разозлюсь. Но надо справиться со своим страхом — как хочешь, но надо. Это как прыжок из окна, когда за спиной все горит. Да, страшно, но внизу уже натянули спасательный куб.
Каждый шаг давался с трудом, но я себя заставляла по шажочечку. И метров через тридцать меня почти отпустило. И на сердце спокойнее стало. Черт, может, это был какой-то мелкий зверь. И чего я так напугалась?
Нервы, нервы лечить надо. Нет, я понимаю, что последние дни были несладкими и мне досталось и так, и этак, и вообще, один раз мне уже пытались башку оторвать. Но все же окружение чуть страшнее, чем наш большой коллектив в разгаре корпоратива, когда на столах остались только пустые бутылки.
Диего сидел возле костерка, согнув ноги в коленях и пристроив поудобней голову, и смотрел на пламя. Душа, та, которая потерялась в моем красивом и юном теле, намекнула, что он хорош. Да и глазки подтверждали, что плечи широкие, а бедра мускулистые, вон как штаны их обтянули!
— Извини, что так долго, — пробормотала я, подошла и протянула фляжку. — Ты как?
— Нормально, — слабо улыбнулся он. Я села рядом. Ой, вышло близко. Но отсаживаться уже не стала, сделала вид, что ничего такого не произошло. Впрочем, Диего тоже даже не вздрогнул, только спросил: — Все хорошо? У тебя сердце так бьется.
И хотела бы я сказать, что это от чувств… Но нет, банальный страх вызывал куда больше эмоций, чем влюбленность. Отношения это вроде волнительно, но за свою шкуру как-то сильнее беспокоишься…
— Мы ночевать будем здесь? — уточнила я.
— Да, видишь, как тут спокойно. Никаких хищников.
Да-а? Так, а кто тогда был в кустах? Но почему-то я передумала говорить про это. Не стоит. Еще нажалуюсь и совсем буду выглядеть типа я слабая и беззащитная, спаси меня, помоги мне. Во-первых, я не такая и притворяться, когда нет нужды, не хочу. Во-вторых — это дешевая провокация.
Диего положил фляжку на землю. Он так и смотрел на огонь, не на меня, подбрасывал иногда в костер веточки. Собрал их, пока меня не было, судя по всему. А мне тоже хотелось глядеть в огонь, а еще положить голову оборотню на плечо. Для начала. Так и теплее, и уютнее, наверное.
— Завтра доберемся до места, — продолжал Диего. — Если ты не возражаешь, то на мне будет быстрей.
— Я не возражаю.
Абсолютно не возражала. Если он еще и бежать будет ровнее и на кочках не подпрыгивать. А так своего рода езда на волке не отличалась от поездки по проселочным дорогам на допотопном уазике.
— Если тебе это не тяжело, — поспешно добавила я. А то, так-то он не ездовой волк.
Диего помотал головой, а я подумала. Да, думать о всякой фигне получается замечательно. Например, о том, что скакать Аленушкой было круто, но смотреть на Диего после этой скачки — на человека уже — все равно круче некуда.
— Знаешь что? — внезапно спросила я, а когда Диего неосторожно повернулся ко мне, потянулась вперед и коснулась губами его губ.
Что я делаю-то вообще?
Мозг, конечно, у меня был. Без мозгов мой универ не заканчивают. Только я, наверное, оставила его в своем прежнем мире. Променяла мозги на магию. Молодец. Мне бы заморочиться, что со змеей делать, как ее обратно тащить — кто бы об этом подумал, точно не я, как приволочь в академию и так, чтобы ректор меня не надул, непись страшная, а я…
А я не заметила, как уже оказалась лежащей на голой земле, и не было ни холодно, ни неудобно. И горячие ладони под кофтой, и требовательные губы на моих губах. Я целовалась так, будто в первый раз, с таким восторгом и любопытством, какого я и в шестнадцать не испытывала. Отключилось все, кроме состояния полной тянущей эйфории, не осталось вообще никаких других чувств.
— Лидия, — прошептал мне Диего, — ты же понимаешь, что пути обратно не будет?
— Ну и пусть, — необдуманно брякнула я.
Диего простонал, ощутимо прикусил мою нижнюю губу. Божечки, у него и клыки имелись. Я специально потянула оборотня обратно к своим губам, чтобы уже языком проверить, не показалось ли мне. И руки мои так идеально обхватили его за шею. В ответ Диего низко заурчал и всерьез принялся за мою одежду.
Жалеть? Когда на тебя с восторгом и каким-то запредельным желанием — так что я даже покраснеть сподобилась — смотрит классный мужик? Который еще и щетиной не колется в стратегических местах, оттого что щетины у него нет. Я же еще не совсем кукухой двинулась! К тому же, может, это вообще последняя ночь в моей жизни. Но об этом я не стала уже говорить.
Глава тридцать девятая
«Лучше жалеть о сделанном, чем о несделанном», — сказала я себе в седьмом классе, когда перешла по ссылке «Ваш компьютер взломан, примите меры, чтобы обезопасить себя». Пришлось покупать новый. Но так началась моя карьера программиста.
Жалела ли я сейчас? Этого я не понимала, просто не задумывалась о последствиях. Фактом было одно: это было лучшее, что произошло в моей жизни. Так бережно, так заботливо и вместе с тем с такой отдачей… нет, такой ночи или дня у меня никогда не было. И о том, что больше не будет, я не хотела думать. Просто лежала в тепле, прижавшись к Диего, под куртками и на плаще.
— У тебя сердце так бьется, — сказала я, открыв глаза с утра. Выползать из объятий оборотня было зябко, на траве высыпала роса. Диего молча улыбнулся и мило муркнул, совсем как большущий кот. А моя душа очнулась и опять томительно закрутилась в неподобающем месте — в том, где лежала горячая ладонь оборотня. Коварные пальцы еще и узоры рисовали на моей ягодице, намекая, что неплохо бы и продолжить...
Но тут пальцы замерли, и я услышала вопрос, от которого вот прямо в тот же миг и села, выныривая из тепла.
— Ты не жалеешь?
Ну вот — блин! Кто задает такие вопросы после того, что между нами было? Не порть малину!
— Вообще это неправильно, — не открывая глаз, произнес Диего. — Но лучше поздно, чем никогда. Я все равно спрошу: ты выйдешь за меня замуж?
Э?.. Все-таки испортил малину, ну блин!
Я сразу же принялась одеваться. Все же быть в лесу и без одежды, ну, частично без одежды, было небезопасно. Ну мало ли, подрываться и бежать сейчас нужно будет. А я отношения выясняю с голыми нижними девяносто… ладно, девяносто восемь. Я нащупала рюкзак, подтащила его и принялась в нем копаться.
Диего неопределенно вздохнул и тоже принялся за сборы.
— Почему неправильно?
Язык мой не просто враг. Это патологический вредитель какой-то. Все-то мне нужно было узнать!
— Потому что ведьма делает выбор. Не мы. Ты высказываешь желание, а я принимаю его.
В рюкзаке я откопала что-то съедобное. Похоже на смятые бутерброды. Откуда они? Не помню. Но вроде бы можно есть? Подумав, я протянула одно подобие бутерброда Диего. Такая вот забота о ближнем. Второй оставила себе.
Меня слегка мучили два вопроса. Точнее, три, но о третьем я даже задумываться боялась. Первое: мое новое тело явно не было неопытным. То есть мальчики у Лидии в любом мире были. И это никак не повлияло вообще ни на что, иначе у меня бы уже гарем был из мужей. Второй: Диего говорил о привязке. Третий… Почему мне-то так… Хорошо? И сердечко бьется?
— Как она работает? — спросила я, уже немного нервничая. — Эта привязка? Я назвала тебя женихом. А что дальше?
— Если жених не заинтересован, то пара расходится в разные стороны. Желательно не встречаться пару месяцев. А в нашем случае… Извини, я ничего не мог поделать. Сложнее разорвать эту связь, когда...
— Договаривай, — поторопила я. Мне все равно терять уже нечего?.. Диего искоса глянул на меня и отвернулся.
— Если бы я ничего к тебе не испытывал. Ты запала мне в сердце, ведьма.
О как!.. Приятно ведь, да? Когда-то я даже мечтала о чем-то подобном. Чтобы и любовь, и классный мужчина рядом, и секс с ним — ух. Но потом мечты были раздавлены реальностью.
А сейчас уже, может, и поздно. Или нет?.. А я что чувствую? Влечение — это да. Что, собственно, понятно, очень уж хорош оборотень. Даже сейчас хорош, когда с тенями от недосыпа под глазами и следом от соуса на щеке. Ой как хорош, хотя этот перестук моего сердца очень не вовремя.