История вора (СИ)
Так, например, Лариса, при нашем знакомстве, неспроста упомянула про класс «Инферно». Хрупкая девушка обладала невероятной мощью, и без последствий для здоровья за раз могла спалить целую десятиэтажку — её сил вполне хватало на это.
После того, как внутренний резерв мага оказывался исчерпан, наступало «выгорание». По названию понятно, о чём речь, но для таких магов как Лариса подобная штука была довольно опасной. Магия огня жрала прорву энергии, а чем мощнее были заклинания — тем сильнее они вытягивали энергию из резерва колдуна. И если не успеть вовремя остановить этот «насос», когда Сила закончится, можно запросто лишиться жизненных сил — мощный аркан высосет и их.
К счастью, для меня подобной проблемы не существовало — прыжки ели строго отмеренное количество энергии. Чуть ранее опытным путём мы установили, что в одиночку я спокойно могу телепортироваться на любое расстояние — но строго ограниченное количество раз. И в этом заключалась главная проблема.
Мастер уверял, что с помощью медитаций и техник я могу исключить потери энергии при прыжках, таким образом, увеличив их количество. Правда, после всех обследований и замеров стало понятно — мой внутренний резерв просто не позволит прыгать бесконечно. Максимум, на что можно рассчитывать — семь прыжков, и это при условии, что я полностью научусь контролировать поток энергии в своём теле.
Учитывая, что в школу клана детей забирали примерно в пять лет, а выпускали оттуда ближе к двадцати — времени на подобное понадобится немало. Впрочем, лично для меня это не являлось проблемой. Даже пять прыжков — довольно много, и для моих целей этого было вполне достаточно. Так что переживать, как казалось, вовсе не стоило.
Хотя, признаюсь, был один момент, который меня смущал. А именно — цена на энергию Истока. Она оказалась совсем немаленькой. Поначалу я этого даже не заметил — возможно, потому, что карман грел целый миллион, а большую часть батареек я получал у Мастера, и уходил с тренировки «наполненным» под завязку. А иногда и вовсе умудрялся прихватить пару цилиндриков с собой.
Однако после нашего с Машей путешествия в Марсель на подобное установили жёсткие квоты. Я пил батарейки только для того, чтобы тренироваться, и уходил от Мастера пустым. Энергию, как уже говорил, мне не продавали, так что я в полной мере ощутил всю прелесть жизни простаков. А когда, наконец, запрет спал, и я снова получил возможность затариваться в магазинах — попросту обалдел от цен.
Один мой прыжок стоил примерно пятьдесят тысяч рублей, плюс-минус. И это, пожалуй, был единственный недостаток моего таланта.
События во Франции также натолкнули меня на мысль, что неплохо бы получше разобраться в путаном своде магических законов, традиций и рекомендаций, прежде чем снова туда возвращаться.
В том, что рано или поздно я это сделаю — никаких сомнений не было.
Конечно, ещё несколько недель назад можно было просто найти фото той клиники и прыгнуть к ней, но… Я, как и любой уважающий себя вор (а я, напоминаю, был лучшим из лучших), предпочитал импровизации тщательное планирование. А для него всегда лучше видеть цель собственными глазами.
Теперь я знал, что нельзя попадаться клановым структурам французов на глаза. Знал, что могу рассчитывать на помощь марсельских ренегатов, если прижмёт. Знал, где расположено учреждение и запомнил местность вокруг него — даже выбрал подходящую точку для следующего прыжка.
Этого было мало, так что я принялся раскапывать о клинике всё, что только можно. Официальная страница в сети говорила о том, что это одно из лучших медицинских заведений Франции. Были и фотографии, которые с лёгкостью могли бы помочь мне проникнуть внутрь, но… Я решил уточнить кое-какую информацию у Маши, и оказался прав — помимо простецких систем безопасности вроде сигнализаций и камер наблюдения, учреждение охранялось и магически.
Глупо было бы думать иначе. Главный «затык» состоял в том, что я понятия не имел, какая именно защита стояла на здании, и узнать это, не отправляясь туда, было невозможно. Так что, оставаясь под надзором, некоторое время я изучал различные виды магических сигнализаций, ловушек, систем безопасности, и кое-чего ещё.
Ну а что? Это вполне укладывалось в рамки моего обучения.
* * *Ограничения на продажу энергии сняли через три с лишним недели. Я подозревал, что это значило и то, что постоянное наблюдение за моей персоной тоже свернули. Тем более, что не так давно я выяснил, что для подобного нужны немалые ресурсы, прорва Силы Истока и пристальное внимание сразу нескольких колдунов.
А учитывая, что я вёл себя как пай-мальчик, такие траты были весьма нецелесообразны. Разумеется, Арина не подавала виду, что постоянной слежки больше нет, но мне и не требовалось её подтверждение.
Если честно, я в любом случае совершенно не планировал подставлять клан. Ну… Почти не планировал — всё же за паргонским камнем вернуться было необходимо. Однако я никуда не спешил — не было никакого смысла, а собственное желание поскорее вернуть очередной кусок памяти пришлось посадить на цепь и крепко удерживать. Благо — из-за кучи занятий сделать это оказалось несложно.
Я изначально отмёл вариант с покупкой минерала. Слишком много волокиты предстоит пройти, чтобы сделать этому доктору предложение. И после этого он запросто может отказать, что, скорее всего, и сделает.
Можно было попробовать найти камень и у нас, в России. Я, пораскинув мозгами и поняв, что о моём желании вернуть память уже и так знает изрядное количество людей, спросил об этом Арину. Но она, услышав об этом, лишь покачала головой.
— Я, конечно, узнаю в наших клиниках о возможности выделить паргон под тебя, но… Думаю, это бессмысленно.
— Почему?
— Это нерациональное использование столь дорогого продукта, Кирилл. А член Совета, отвечающий за медицинскую отрасль — Черемшанцев. С его сыном ты тоже знаком.
Мысленно я лишь выругался. Кто знал, что так получится?
Впрочем, если меня и расстроил такой поворот событий — то не сильно, и ненадолго. Я лишь утвердился во мнении, что единственный из доступных вариантов — обчистить доктора Бернара, и попросить Марфу приготовить усиленный памятный настой.
* * *К своему первому ограблению в этом мире я готовился очень долго и тщательно. Не в последнюю очередь потому, что помнил о слежке, которую запросто могла организовать мой куратор.
Ей было решительно незачем знать, что ночами я мотаюсь во Францию.
Почти месяц после снятия наблюдения мне пришлось усыплять бдительность Арины. Я посещал все тренировки и занятия, вечерами оставался в отеле и почти никуда не ходил — разве что иногда встречался с Машей, Толиком и Ларисой.
Последние, узнав о нашем с блондинкой приключении, отреагировали по разному. Анатолий осуждал нашу бесшабашность, а вот Лариса напротив — очень расстроилась, что ей не удалось поучаствовать в этом приключении.
Однако оба они сошлись во мнении, что нам очень повезло не попасть в руки «забугорного» клана.
Помня об этом, я прекрасно понимал — прежде чем соваться в клинику, нужно хорошенько подготовиться. Поэтому, перед повторным визитом в Марсель пришлось прикупить кое-какие вещицы.
Одежду подобрал наиболее удобную. Не стесняющие движений водолазка и спортивные штаны чёрного цвета, кроссовки, перчатки, небольшая сумка через плечо. В неё я положил сразу три «батарейки» и три артефакта: «Колдовской взор» и два перстня невидимости.
С ними всё было понятно — недорогие побрякушки после активации давали своему владельцу час невидимости, после чего приходили в негодность. Несмотря на простоту исполнения и дешевизну — эта вещь была, наверное, самой важной в грядущем деле.
Впрочем, «Колдовской взор» своей полезностью вполне мог поспорить с колечками. Артефакт, выполненный в виде обычных очков, умел различать энергетические контуры, используемые магами. За него мне пришлось отвалить столько денег, что глядя на свой поскудневший счёт, я не смог сдержать разочарованного вздоха. Миллион, вырученный за комнату, стремительно таял.