Война закончилась, львёнок (СИ)

***— Всех разбудить, пусть будут на чеку, — холодный голос Селвина отдавал приказы, — проверь, есть ли еще гости в доме.
— Уже проверил. Пусто, — тут же ответил кто-то с готовностью, — но с ней была еще одна девка. Она использовала портал и сбежала.
— Кто? Знаешь ее?
— Видел пару раз в газетах… Но не помню.
— Без разницы, — отмахнулся Селвин, — выставить патруль по периметру… Проверь всех людей и сообщи мне, если кого-то нет на месте.
Послышались шаги, хлопнула дверь. Гермиона открыла глаза. Голова болела, ее успели уже несколько раз приложить за этот вечер то об стену, то об пол. Ножа в плече больше не было, но оно болело. Перед собой ведьма увидела резной потолок с шикарной люстрой. Повернула голову и встретилась взглядом с Селвином, который стоял, опершись бедром о стол, сложив руки на груди и смотрел прямо на нее. Он был… в пижаме? Это совсем не вязалось с образом Пожирателя, который сложился у нее в голове. Разве они тоже спят и едят? Делают какие-то простые бытовые вещи? Например, переодеваются в пижаму?
Его лицо сейчас ничего не выражало. Казалось, что он задумался, всматриваясь в нее. Ведьма села, облокотившись о диван и украдкой осмотрелась. Кажется, какой-то кабинет. Боже, у долбанного психа есть кабинет? Снова посмотрела на Селвина, который неслышно подошел к ней и присел на корточки, оказываясь с девушкой на одном уровне. Гермиона неотрывно следила за ним, пока его глаза медленно обводили ее лицо заинтересованным взглядом. В них не было сейчас привычного безумия или наслаждения, которое вспыхивало в момент пыток. От этого у Гермионы даже случился некий диссонанс. Он был нормальным на вид. Немного сонным и нормальным мужиком. Пока не открыл рот.
— Грязнокровка, — протянул он, усмехаясь.
— Ублюдок, — вторила ему Гермиона, поведя бровью и его губы растянулись в хищной улыбке.
— О, кажется, это и правда ты, — он протянул руку и дотронулся до раны на лбу, — опять приходишь в мой дом и убиваешь моих людей…
Селвин покачал головой, следя за своими пальцами, которые спустились по щеке к губам, погладили подбородок, скользнули ниже, к шее, которая горела от хватки оборотня. Если бы Гермиона не знала его, подумала бы, что он ласкает ее.
— Вообще-то я пришла убить тебя, — уголок ее губы потянулся вверх в злой усмешке, — они просто попались под руку.
— Плохая девочка, — шутливо пожурил он, улыбаясь и недобро поблескивая карими глазами, — разве можно так себя вести? Ты же играешь за добро…
— Я получила твой рождественский привет, — уже без улыбки сказала Гермиона, чувствуя, как образ Иви, вспыхнувший перед глазами болью отдается в грудной клетке. Но затолкав эти чувства подальше, улыбнулась и издевательски протянула: — И решила, что клин клином…
Он засмеялся, откинув голову. Смеялся вполне искренне, словно получал удовольствие от этой перебранки. Они снова встретились взглядами, и Гермиона подумала, что, может, когда вокруг нет его слуг, он более разумный. Может с ним можно договориться? Но она тут же выкинула эти мысли из головы. Теперь уже поздно строить диалоги.
— Грейнджер, — он протянул по слогам ее фамилию, хватая за подбородок. — Ты такая предсказуемая… Но скажи, — он приблизил свое лицо почти вплотную, — тебе понравилось смотреть?
Должно быть вся боль за семью Алдриджа отразилась в ее глазах, и он предугадал ее следующие действия, потому что она вдруг потеряла контроль над телом. Только могла часто дышать, давясь злобой, и смотреть в ненавистные глаза. Селвин запустил руку в ее волосы и оттянул голову назад так, что затылок коснулся дивана. Носом провел по щеке девушки к ямочке за ухом и шумно втянул воздух.
— Скажи, разве грязнокровка не должна быть такой же отвратительной как ее кровь? — прошептал он ей на ухо. Гермиона закрыла глаза, не собираясь ему подыгрывать. Пусть говорит, пусть делает что хочет, пока она жива. Гарри скоро придет за ней.
Северус, прости.
— Я представлял тебя на ее месте… Но это было трудно, ведь ты бы вряд ли была таким же бревном, правда?
 
Гермиона почувствовала, как злоба, улегшаяся после того, как она разобралась с Мунгандом снова поднимается в ней. Тьма, которая получила свою порцию ярости снова заинтересованно подняла свою голову. Но она ничего не могла сделать, даже говорить. Только смотрела на него свирепым взглядом, когда он снова оказался с ней лицом к лицу. И тут Селвин ее поцеловал. Это было так ошеломительно, что у Гермионы все мысли на мгновение вылетели из головы. А потом она почувствовала, как магия спала с нее, и ведьма прикусила его губу со всей силы. Оттолкнулась от дивана, заваливаясь на Селвина, ударила кулаком, достала нож и замахнулась. Удар. Лезвие не вошло в его тело. Он блокировал его, а ей не хватило размаху, чтобы пробить блок. Селвин выбил нож, перекатился, оказавшись сверху. Он нависал над ней, держа за руки и посмеивался, облизывая нижнюю губу, с которой капала кровь.
— Вот об этом я и говорю.
— Я убью тебя, — прошипела Гермиона.
— Да, может быть, — он дернул бровью. — Я сейчас отпущу тебя. Ты будешь сидеть ровно, поняла меня?
Нет, она не будет сидеть ровно. Стоило ему ее отпустить, Гермиона сгруппировалась, ногой ударила его в живот откидывая от себя, вскочила на ноги и бросилась к столу, на котором еще раньше заметила свою палочку. Селвин нагнал ее слишком быстро, толкнул изо всей силы вперед, прямо на стол, но палочка уже была скинута на пол, а бедра Гермионы больно вжались в стол под весом Селвина, который придавил ее сверху. Она зарычала, взбрыкнув, но он прижал ее голову.
— Я сказал: веди себя смирно, иначе я сделаю тебе больно.
Гермиона хрипло рассмеялась и прорычала:
— А разве мы здесь не за этим собрались?
Селвин одним рывком поднял девушку и бросил на диван. Связал руки и ноги, но свою уродливую магию больше не применял. Потом насмешливо посмотрел на Гермиону.
— Мы еще успеем, не торопись, — он легонько хлопнул ее по щеке и встал, когда в комнату вошел Рабастан.
— Руди нет в поместье, — напряженно сказал он, потом нахмурился, глядя на разбитое лицо Селвина, — э-э… Мне позвать Трэверса?
Он покачал головой и обернулся к Гермионе.
— Расскажи мне, грязнокровка, где мой человек?
Гермиона злорадно рассмеялась.
— Он предал тебя, — сказала она, смакуя эти слова, и глядя во вспыхнувшие глаза Селвина, вот теперь он больше походил на обычного сумасшедшего Пожирателя, которого она знала.
— Руди не мог, — запротестовал его брат, но Селвин поднял руку, останавливая его, и подошел к своему слуге, сжав плечо.
— Конечно, не мог, — согласился он спокойно, — мы во все разберемся… Но потом. А сейчас нам нужно подготовиться к приему гостей.
— Нужно уходить, — настойчиво сказал Раб, делая шаг вперед, ближе к Селвину.
— Нет-нет, — покачал головой тот, улыбаясь, — раз Министерство решило поиграть с нами, нарушив требования, накажем их. Уничтожим сегодня этот город, раз так. В конце концов, какая разница, правда?
На последних словах он посмотрел на Гермиону, наслаждаясь произведенным эффектом.
Она похолодела.
Пожалуйста, нет…
Мысли лихорадочно забились в голове. Паника накатила на нее. Если по ее вине погибнет столько людей, она не сможет этого пережить.
— Иди подготовь все. И скажи всем пусть соберутся, — приказал он Рабастану, и тот, коротко поклонившись, ушел.
Селвин, прошел к столу и налил себе огневиски. Взмахнув палочкой, он привел себя в порядок и осушил бокал. Обернулся и, склонив голову, посмотрел на нее.
— Руди настроил портал в это место?
— Да, — сказала Гермиона, встречая его взгляд.
 
— И ты пришла одна? Больше похоже на его подарок, чем на предательство, ты не находишь?
Гермиона не нашлась, что ответить. Селвин продолжал:
— Без Поттера, без Снейпа, просто вот так оказалась в нашем укрытии с какой-то девушкой, — он усмехнулся, доливая себе еще огневиски, — кто она?
— Не твое дело, — огрызнулась Гермиона, незаметно для него пытаясь ослабить веревки. Но они не поддавались.