Война закончилась, львёнок (СИ)

Но взрывов больше не было.
Тело онемело. Гермиона откинула голову и зарычала в отчаянии, давясь слезами злости и безысходности.
Девушка услышала голоса, они звучали, словно издалека, нечетко. Поэтому разобрать, свои это или Пожиратели, спешащие их добить, не смогла. Повернула голову, различив приближающиеся силуэты. Облизала влажные от крови губы и поняла, что уходит. Проваливается в темноту.
Черт!
Ведь у нас почти получилось…
Комментарий к Глава 34
Ну что, как сказал Гарри во 2ой части Даров Смерти - “Наши планы никогда не работают, Гермиона”. Но зато это вылилось в открытое противостояние. Надеюсь, оно вам понравилось.
Все итоги, потери и сумасшедшие последствия будут в следующей, последней главе. До встречи в 35.
Видео к главе, подготовленное моей дорогой TheoremI - https://vm.tiktok.com/ZSJWYtDPT/
========== Глава 35 ==========
20 января 2004 г.
Гарри Поттер ворвался в свой кабинет, с силой хлопнув дверью. Все эти поздравления, заискивания, улыбки… К черту их! Как он ненавидел эти игры.
«Предатель!» — билась в мозгу навязчивая мысль. Глаза жгло от слез.
Твою мать!
В голове шумело от злости и безысходности. Поддавшись эмоциям, пнул стол и скинул бумаги. Успел наложить чары, прежде чем из груди вырвался крик.
— Ненавижу…
1 января 2004 г.
Дело было официально закрыто 29 декабря. Гарри, сквозь пелену тревоги и волнения подписывал отчеты, документы уже даже не понимая, что он подписывает. Только вчера ночью они рисковали жизнями, теряли людей, боролись и вот, наконец, закрыто.
Все закончилось. Но облегчения это не принесло.
Он валился с ног от усталости и пережитого напряжения, страха и горя. Еще не был ни дома, ни в больнице. Подвергся многочасовому допросу под сывороткой правды. Узнал, как это выглядит со стороны чиновников и был в отчаянии. Орал на Кингсли, когда тот кривился в отвращении глядя на него, отчитывая и угрожая ему и его близким. Он впервые увидел Бруствера в роли политика, и он ему совершенно не понравился.
Министр был в ярости. Гарри готовился к увольнению и брал все на себя, лишь бы это не задело никого из отряда. К концу допроса он понял, что ему грозит настоящий срок за нарушение Международного Статута о Секретности, потому что военные маггловского мира каким-то невероятным образом записали часть их битвы. Самую грандиозную часть.
— Ты все исправишь, Поттер, — прорычал Кингсли, приближая свое лицо к лицу Гарри, которое все еще было измазано в засохшей крови, — будешь разгребать это вместе со мной.
4 января 2004 г.
Казалось, закрытие дела запустило цепочку каких-то непонятных пока для Гарри событий. Нервничая от недостатка информации и отчаянно желая сбежать из того кошмара, в какой превратилась его жизнь, он постоянно думал о Гермионе, Снейпе, и чувство вины затапливало его.
Кингсли сегодня приказал явиться пораньше и вручил магу документы. Глаза Гарри расширились. Повышение?
— Я… я не могу, — выдавил он, поправляя очки.
— У тебя нет выбора, — жестко оборвал его Министр, отворачиваясь.
К его скверному настроению в последние дни Гарри уже привык. И у него не было сил противиться. Он мечтал быть совсем в другом месте. Рядом с Гермионой. Его моральные силы были на исходе. Если бы не Луна, наверное, он бы сломался.
Нет выбора… Да, Министр объяснил, что либо он играет по его правилам, либо сегодня же отправляется в Азкабан. И когда очнется Грейнджер, она последует за ним. Сжав зубы, он мгновение смотрел в карие глаза Бруствера, не понимая, где тот мракоборец, которым он так восхищался. А потом поставил подпись.
Парень сел, теперь уже в свое кресло начальника Отдела обеспечения магического правопорядка, и устало откинул голову на спинку. Кабинет был пуст и еще не обжит. У Гарри не было сил на это.
Вот так неожиданно, он стал самым молодым мракоборцем, который когда-либо занимал этот пост. И чувствовал себя самозванцем. Понимал, что не заслужил этого, но Кингсли был несгибаем в проведении своей политики. Министр предупредил его, что собирается перевернуть этот Отдел с ног на голову и что Гарри будет играть в этом значительную роль.
 
Ему было противно даже от мысли, что он стал пешкой в чужих руках.
Снова.
Гарри тошнило. Он надеялся на общественный резонанс. На то, что чиновники будут резко против. Потребуют назначить на эту должность кого-то более опытного…
Он просто тогда не знал, какую информационную бомбу готовит Министр.
6 января 2004 г.
Одетый, во все черное, с уложенными волосами, залеченными ранами, Гарри стоял возле глубокой свежевырытой ямы, опустив голову. Не отрываясь, смотрел на красивый лакированный гроб из красного дерева, и крепко сжимал руку Луны. Его снова тошнило — следствие постоянного напряжения и стресса. Он не хотел быть здесь, на виду, под пристальными взглядами десятков людей, изучающих его. Не хотел прятать глаза от фотокамер.
Не хотел, но… Ах, да! У него нет выбора…
На похоронах Алдриджа собралась добрая половина Министерства. Все начальники, более-менее важные люди. Репортеры из разных газет, жаждавшие получить хоть какую-то информацию, урвать ее в тихих разговорах, многозначительных взглядах. Министр выдерживал тайну, нагнетал обстановку, наращивал напряжение. И был прекрасным актером.
Умело держал спокойное, дружелюбное выражение на лице, когда обращался к Гарри, выглядел скорбящим, когда смотрел на гроб Алдриджа и обнимал за плечи хрупкую фигуру Иви, которую до этого при Гарри накачали маггловскими транквилизаторами. Используя все свои способности к окклюменции, Гарри старался держать лицо, искоса поглядывая в их сторону. Все было подстроено. Все вокруг. Помпезность, торжественность, количество пафосных речей и вся театральность похорон доходили до абсурда.
Дешевый театр. А я в нем главный актер.
7 января 2004 года.
Вскрикнув, Гарри проснулся в холодном поту, резко сев в постели. Его теперь еще долго будут преследовать сны, в которых Гермиону убивают у него на глазах. Парень провел рукой по лицу, сбрасывая сон. Встал и тихо прошлепал босыми ногами на кухню. Налил себе воды, тяжело вздохнув.
Такие сны будто погружали его в омут с воспоминаниями.
Две одинокие фигуры против стены адского пламени. Замершее от страха сердце. Восторженные крики его людей, когда Северусу и Гермионе удалось усмирить огонь. Облегчение затопившее сердце Гарри, когда он увидел, как они обнимаются, вероятно сами не веря, что получилось.
Кингсли, появившийся сразу после того, как Гарри со своими людьми рассредоточились, напряженно всматривался вперед. Какое он облегчение испытал, увидев Министра… нет, члена Ордена Феникса.
— Пусть держат щит дальше, Гарри, — крикнул он, оглядевшись, и побежал к Артуру Уизли.
Поттер отдал приказ не убирать защиту, снова начиная нервничать. В этот же момент земля сотряслась, глухой рокочущий звук прошелся по ней, а потом… Гарри закрыл лицо, вспоминая, как рассыпалась в тот момент любая надежда. Магические бомбы, таящие в себе проклятия. Магию в тот момент можно было буквально увидеть. Первая взрывная волна разнесла поместье на части. Гарри с замиранием сердца смотрел, как Северус закрывает собой Гермиону, выставляя мощнейший щит, проходя сквозь который любые обломки превращались в песок. Он помнил, что когда-то подобный щит применил и Дамблдор. А потом, следующая волна выпустила несколько заклятий. Снейп не удержал защиту, не успел поставить новую, возможно, сказалась большая растрата сил… Он упал. Гермиона, отброшенная невидимой волной, отлетела от него на несколько метров.
 
Раздались еще несколько взрывов. Гарри обратил внимание, что мракоборцы и члены Ордена с трудом держат защиту. Магические волны ударялись в их щит, расползаясь по его куполу радужными всполохами. Некоторые гасли сразу, поглощенные заклинанием, которое держали десятки человек.