Обучение Элис Уэллс (ЛП)

— Так что же привело тебя сюда? — подмигивает Тео Шарлотта.
— Да так, просто подумал, как убить время до следующего эфира, а потом увидел тут вас. — Тео поворачивается ко мне и улыбается. — Ты сегодня очень хорошо выглядишь, Элис.
Чувствую, как сердце ударяется о грудную клетку. Уже открываю рот, чтобы начать отрицать, что выгляжу хорошо, но в голове всплывает наш с Раником урок. В ресторане я получила от него гораздо больше смущающих комплиментов, и мне удалось не отбиваться от них. Принимай комплименты изящно, слышится в голове голос Раника.
Я улыбаюсь Тео.
— Спасибо.
Шарлотта, хорошо знающая меня, разевает от удивления рот, а Тео улыбается шире.
— Я тут подумал… Сейчас ведь открылась ярмарка.
— О, да-а-а! — очухивается Шарлотта. — На Мэйн-стрит! Все о ней говорят.
— Ага, точно. В общем, там есть и аттракционы, и еда, и колесо обозрения, и игры, и я подумал… ну… я подумал, что мы могли бы сходить туда. — Тео смотрит на меня.
— Правда? — Я склоняю голову набок.
— Ага, — кивает он с энтузиазмом. — Я иду туда с другом и хочу пригласить и тебя. Ты тоже можешь кого-нибудь взять. Если захочешь.
— То есть, там буду я, ты, и…
— Грейс, — выпаливает Тео. — Это она предложила. Но обещаю, будет весело.
Грейс пригласила его? Прежде чем я успеваю все обдумать, Шарлотта берет меня за руку.
— Конечно она пойдет! Во сколько?
— Я на машине, заеду за тобой в восемь. Вот мой номер.
Улыбаясь, Тео передает мне бумажку, на котором написан номер его телефона. Беру ее, и мои руки начинают дрожать. Я потрясена. Наконец-то у меня есть номер Тео! Теперь я смогу звонить или писать ему, чтобы узнать его лучше!
— Ну, до встречи, — говорит Тео, что выводит меня из ступора, и я поднимаю взгляд.
— Ага. Да. Спасибо, — сбивчиво бормочу, и он уходит.
Шарлотта глядит ему вслед, а когда Тео исчезает за зданием, визжит как банши, отчего у меня чуть не лопаются барабанные перепонки.
— А-а-а-а! Не могу поверить, что он пригласил тебя на двойное свидание!
— На двойное свидание?
Шарлотта кивает.
— Угу! Грейс пригласила его, а он предложил тебе привести пару. А знаешь, что самое классное в двойных свиданиях? То, что можно поменяться партнерами! Это твой шанс сблизиться с Тео! Боже, я уже представляю, как вы сидите в кабинке на колесе обозрения, в небе вспыхивает фейерверк, ночь полна звезд…
— Есть только одна проблема, — перебиваю ее, — у меня мало знакомых парней. А точнее… их вообще нет. Во всяком случае, таких, которых можно пригласить на свидание.
Шарлотта задумывается.
— Ну, я бы одолжила тебе Нейта, но не уверена, согласится ли он позависать с Грейс. У них были довольно бурные споры на дебатах.
— Может, мне позвать Раника? — говорю я.
Шарлотта распахивает глаза, а затем заламывает руки.
— Раника? Но он… Эл, он не очень хороший…
— Он спас меня от Мэтерса, помнишь? А значит он не настолько плохой, — настаиваю я.
Подруга не в курсе, что я знаю его достаточно хорошо, и мне бы хотелось, чтобы она и дальше не знала. Пусть она и сказала, что я могу рассказывать все, и она не станет меня осуждать, на мои отношения с Раником ее обещания явно не хватит.
— Ох, — вздыхает Шарлотта. — Ну ладно. Тогда думаю, он подойдет. Если что, спихнешь его просто на Грейс. — Внезапно она оживляется. — Мы обязаны съездить в город и купить тебе симпатичный наряд. Больше никаких одалживаний моих вещей! Конечно, они тебе очень подходят, но это твое первое свидание. Тебе нужна своя красивая одежда, и это не обсуждается.
Я смеюсь, пока она строит планы на шопинг, вспоминая, в каких магазинах сейчас распродажи. Думать сейчас могу только о своем первом свидании. Не обучающем, а наконец-то настоящем, как у всех нормальных девчонок. Я больше не буду считаться белой вороной. Ведь я понравилась парню достаточно сильно для того, чтобы он пригласил меня на свидание. И не просто какому-то парню, а самому Тео.
Чувствую себя так, будто у меня за спиной выросли крылья.
***
Чувство окрыленности проходит, как только я сажусь на автобус до дома Раника. Получасовая поездка дает мне достаточно времени, чтобы обдумать, как он воспримет мое предложение. Возможно, он еще злится. Но без него у меня вряд ли получится справиться с этим «двойным свиданием».
 
Осторожно стучу в дверь, и выходит Миранда с ярко-розовыми, собранными в хвост волосами. Как только она видит на пороге меня, ее лицо принимает кислое выражение.
— Слушаю. Чего тебе надо?
— Прошу прощения за беспокойство, — начинаю я. — Раник дома?
Миранда осматривает меня с ног до головы, потом оборачивается и бросает взгляд куда-то внутрь квартиры, откуда доносятся звуки выстрелов из какой-то видеоигры. Я прищуриваюсь и вижу Трента и Сета, которые сидят на диване и играют в приставку. Миранда, тем временем, вновь поворачивается ко мне.
— Нет, извини. Он ушел.
— О, — пытаюсь скрыть разочарование, но, кажется, терплю неудачу. — Ты не знаешь, где его можно найти?
Миранда фыркает.
— Не могу поверить, что ты серьезно. Раник, конечно, сказал, что ты не такая, как все, но я не знала, что ты настолько чертовски старомодная.
Еле сдерживаюсь, чтобы не вздрогнуть. Он рассказал им обо мне? Ну, конечно рассказал.
— Послушай. — Миранда оглядывается назад, как будто хочет удостовериться, что Трент и Сет не слышат наш разговор, а затем, чтобы перестраховаться, наверное, выходит ко мне и закрывает за собой дверь. — Мы не такие, как ты, ясно? Так что тебе лучше не шнырять вокруг нас.
— Почему? Я… я вас чем-то обидела? Извините, что я… что в тот день я заснула в вашей квартире. И после душа взяла чье-то полотенце. Правда, извините меня…
— Дело не в этом, — вздыхает Миранда. Она прислоняется к перилам и трет промежуток между бровями. — Послушай, Раник еще никогда… не приводил домой девушек.
Я чуть не начинаю смеяться.
— Серьезно?
— В смысле, он приводил их, но только чтобы потрахаться, — резко поправляет она. — А не затем, чтобы позаботиться об их ссадинах. И он никогда не разрешал им спать без него у него на кровати, если ты понимаешь, о чем я.
— Мы с Раником просто друзья, — выпаливаю я.
— Давай без вранья. Раник нам все рассказал. Он учит тебя, как соблазнять чуваков, чтобы ты могла захомутать какого-то парня, верно?
Потрясенная сказанным, заставляю себя кивнуть, а Миранда устало вздыхает и закуривает сигарету, стряхивая пепел за перила.
— Знаешь, он пытается бросить.
— Бросить что?
— Курить, — ухмыляется она. — Из-за отца Раник почти не пьет, а теперь еще и курить бросает. Прямо как будто пытается произвести на кое-кого впечатление.
— Не понимаю. Почему он не пьет из-за отца?
— Да ладно тебе. Он говорил, что ты типа как суперумная.
Недоумевающе смотрю на нее, и она снова вздыхает.
— Скажу это тебе лишь потому, что ты должна знать, с чем имеешь дело. Но ты не скажешь об этом ни единой живой душе, иначе я тебя выслежу и перережу глотку.
Я напрягаюсь, а она опять тяжело выдыхает.
— Отец Раника был алкашом. Пристрастившимся к виски. И сильно избивал Раника и его мать. Но однажды терпение его матери кончилось, и она просто… ушла. Потом полиция нашла ее в лесу в нескольких милях от дома. Она повесилась.
Кровь в моих жилах стынет. Мгновенно. Болезненно. Леденяще. Ту счастливую, улыбающуюся, красивую женщину на фотографии довели до самоубийства?
— Через несколько лет он бросил школу, — продолжает Миранда, глядя на меня, точно ястреб, защищающий свое потомство. — Папаша постоянно избивал его до полусмерти, и в итоге Раник сбежал — сюда, к нам с Трентом. Он нашел нас не сразу, сначала жил у Барбары и получал аттестат, а затем ему удалось поступить в хороший универ. У него была дерьмовая жизнь, ясно тебе? И мы не хотим, чтобы она стала еще дерьмовее.